Алекс Нагорный – Грегорианец. Четвёртый (страница 48)

И, вытащив платок, он заткнул упрямцу рот.

– А теперь, – предложил Пращ, – привяжем его.

Они проделали это весьма тщательно. Затем подтащили графа Ле Гора поближе к его слуге.

Наступала ночь. Раненый и его слуга, связанный по рукам и ногам, находились в кустах в стороне от дороги, и было очевидно, что они останутся там до утра.

– А теперь, – сказал Дартин, – к начальнику космопорта!

– Но вы, кажется, ранены, – заметил слуга.

– Пустяки! Займемся самым спешным, а после вернемся к моей ране. Она, кстати, по-моему, неопасна.

И оба они быстро зашагали к дому почтенного чиновника.

Ему доложили о приходе графа Ле Гора. Дартина ввели в кабинет.

– У вас есть разрешение, подписанное кардиналом? – спросил начальник.

– Да, – ответил Дартин. – Вот оно.

– Ну что ж, всё в полном порядке. Есть даже указание содействовать вам.

– Вполне естественно, – заявил Дартин. – Я из числа приближенных его преосвященства.

– Его преосвященство, по-видимому, желает воспрепятствовать кому-то отлёту в Рош.

– Да, некоему Дартину, грегорианцу, дворянину, который выехал из Гранжа в сопровождении трех своих приятелей, намереваясь пробраться в Роклэнд.

– Вы его знаете?

– Кого?

– Этого Дартина.

– Великолепно знаю.

– Тогда укажите мне все его приметы.

– Нет ничего легче.

И Дартин набросал до мельчайшей черточки портрет графа Ле Гора.

– Кто его сопровождает?

– Лакей, по имени Бен.

– Выследим их, и если только они попадутся нам в руки, его преосвященство может быть спокоен. Мы препроводим их в Гранж под должным конвоем.

– И тем самым, – произнес Дартин, – вы заслужите благоволение Лау Гише.

– Вы увидите его по возвращении, граф?

– Без всякого сомнения.

– Передайте ему, пожалуйста, что я верный его слуга.

– Непременно передам.

Обрадованный этим обещанием, начальник порта сделал пометку в файлах и вернул Дартину разрешение на вылет.

Дартин не стал тратить даром время на лишние любезности. Поклонившись начальнику космопорта и поблагодарив его, он удалился.

Выйдя на дорогу, и он и Пращ ускорили шаг и, обойдя лес окружным путем, вошли в город.

Шаттл по-прежнему находился в захватах, готовый к вылету а капитан ждал на берегу.

– Как дела? – спросил он, увидев Дартина.

– Вой мой пропуск.

– А другой господин?

– Он сегодня не полетит никуда, – заявил Дартин. – Но не беспокойтесь, я оплачу проезд за нас обоих.

– В таком случае, в путь.

– В путь! – повторил Дартин.

Он и Пращ вскочили в бот и через пять минут они были на борту шаттла.

Было самое время заняться своей раной. К счастью, как и предполагал Дартин, она была не слишком опасна. Острие шпаги наткнулось на броневставку куртки Адепта, и потеряв силу ударило в ребро, скользнуло вдоль кости. Сорочка сразу же прилипла к ране, и крови пролилось всего несколько капель.

Дартин изнемогал от усталости. Ему отвели каюту, где он повалился на кровать и уснул.

На следующий день, утром по времени, они оказались уже на подлёте к столичной планете Империи Рош. В десять часов шаттл сел и пристыковался в космопорту, а в половине одиннадцатого Дартин ступил ногой на землю Рош и закричал:

– Наконец у цели!

Но это было еще не все, надо было добраться до столицы.

В Империи Рошш прокат работал исправно. Дартин и слуга-биотехнос взяли каждый по флайту и за четыре часа они благополучно достигли столицы.

Парень не знал Роклэнда, не знал ни слова по-роклэндски, но он банально написал имя герцога Легг Ашера маркером на куске пластика, и ему сразу же указали где герцогский дворец. Просто и без затей. А кого тут бояться? Ведь погоня осталась на Гранже.

Герцог находился в Румве, где охотился вместе с императором.

Дартин вызвал доверенного камердинера герцога, который сопровождал своего господина во всех путешествиях и отлично говорил по-гранжски. Молодой Грегорианец объяснил ему, что только сейчас прибыл из Гранжа по делу чрезвычайной важности и ему необходимо видеть герцога.

Уверенность, с которой говорил Дартин, убедила камердинера Патика, так звали слугу министра. Он велел приготовить пару лайтфлаев и взялся сам проводить молодого Адепта. Что же касается Праща, то бедняга, когда его сняли транспорта, уже просто одеревенел и был полумертв от усталости. Дартин казался существом железным. По прибытии в Румвейский замок они справились, где пребывает герцог. Император и Легг Ашер были заняты охотой где-то на болотах, в двух-трех милях отсюда. В двадцать минут юноша и его спутник домчались до указанного места и вскоре Патик услышал голос герцога.

– О ком прикажете доложить милорду герцогу? – спросил Патик.

– Скажите, молодой человек, затеявший с ним ссору в Гранже.

– Странная рекомендация!

– Вы увидите, что она стоит любой другой.

Патрик нагнав герцога, он доложил ему в приведенных нами выражениях о том, что его ожидает гонец.

Герцог сразу понял, что речь идет о Дартине, и, догадываясь, что в Гранжире, по-видимому, произошло нечто такое, о чем ему считают необходимым сообщить, он только спросил, где находится человек, который привез эти новости. Издали узнав форму Адепта, он подъехал на своём лайтфлае к Дартину.

– Не случилось ли несчастья с императрицей? – встревожился герцог, и в этом сказалась вся его забота и любовь.

– Не думаю, но все же полагаю, что ей грозит большая опасность, от которой оградить её может только ваша милость.

– Я? – удивился Ашер. – Неужели я буду иметь счастье быть ей хоть чем-нибудь полезным? Говорите!

– Вот послание, – сказал Дартин.

– От кого?

– От её величества, полагаю.

– От неё? – переспросил герцог, так сильно побледнев, что Дартин подумал, уж не стало ли ему дурно.

Герцог принял потрёпанную карту памяти.