Алекс Нагорный – Грегорианец. Четвёртый (страница 47)

Это были действительно Праще и Мо.

– Для охраны транспорта будет достаточно одного Мо, – пояснил Пращ. – Если господа разрешат, я лягу здесь поперек дверей. Таким образом, господа могут быть уверены, что до них не доберутся.

– А на чем ты ляжешь? – правомерно поинтересовался Дартин.

– Вот моя постель, – ответил Пращ, указывая на охапку ветоши из гаража.

– Ты прав. Иди сюда, – выразил согласие Дартин. – Физиономия хозяина и мне не по душе. Уж очень сладкая.

– Мне он тоже не нравится, – добавил Шосс.

Пращ забрался в окно и улегся поперек дверей, тогда как Мо отправился спать в гараж, обещая, что завтра к пяти часам утра все четыре лайтфлая будут готовы и произведён мелкий ремонт.

Ночь прошла довольно спокойно. Около двух часов, правда, кто-то попытался отворить дверь, по Пращ, проснувшись, закричал: «Кто?» Ему ответили, что ошиблись дверью, и удалились.

В четыре часа утра донесся отчаянный шум из гаража. Мо, как оказалось, попытался разбудить техников, и те бросились его бить. Распахнув окно, друзья увидели, что несчастный Мо лежит во дворе без сознания. Голова его была рассечена рукояткой от слесарного инструмента.

Пращ спустился во двор, чтобы привести в готовность транспорт. Но ноги лайтфлаи оказались испорчены. Один только флайт Роберта мог бы продолжать путь, но, по непонятному недоразумению, двигателист, за которым якобы посылали, разобрал силовую установку.

Положение начинало вызывать беспокойство. Все эти беды, следующие одна за другой, могли быть делом случая, но с такой же вероятностью могли быть и плодом заговора. Шосс и Дартин вышли на улицу, а Пращ отправился узнать, нельзя ли где-нибудь в окрестностях купить три лайтфлая по сходной цене.

У входа в придорожное кафе стояли два таких. Это было как раз то, что требовалось. Пращ спросил, где хозяева транспорта и ему ответили, что хозяева ночевали здесь в гостинице и сейчас расплачиваются.

Шосс спустился, чтобы расплатиться за ночлег, а Дартин и Пращ остались стоять у входа.

Хозяин находился в комнате с низким потолком, расположенной в глубине дома. Шосса попросили пройти туда. Входя в комнату и ничего не подозревая, он вынул два сотых кредита и подал их хозяину что сидел за конторкой, один из ящиков которой был выдвинут. Он взял и, повертев их в руках жетоны, вдруг закричал, что деньги фальшивые и что он немедленно велит арестовать Шосса и его товарищей как фальшивомонетчиков.

– Паскуда! – заорал в гневе Клерик, наступая на него. – Я тебе уши отрежу!

В ту же минуту четверо вооруженных до зубов мужчин ворвались через боковые двери и бросились на Шосса.

– Я в ловушке! – заорал он во всю силу своих легких. – Дартин! Уматывай! – И дважды выстрелил из рельсовика.

Дартин и Пращ не заставили себя уговаривать. Они вскочили на флайты у входа и, понеслись по дороге дав полную тягу.

– Не видел что с Шоссом? – на выдохе спросил Дартин у Праща, не замедляя хода, а поровнявшись.

– Я видел, как он двумя выстрелами уложил двоих из нападавших, и сквозь стекла дверей мне показалось, будто он рубится с остальными.

– Молодец Шосс! – прошептал Дартин. – И подумать только, что пришлось его покинуть! Впрочем, возможно, что и нас ожидает та же участь несколькими шагами дальше. Вперед, Пращ, вперед! Ты славный малый!

– Я ведь говорил вам это, – ответил биотехнос.

И оба, не останавливаясь, домчались до следующей точки, но, опасаясь новых неожиданностей, не выпускали из виду свои флайты, а тут же на улице наскоро закусив, помчались дальше.

В паре сотен метров от Але, где в космопорте дожидался шаттл, флайт Дартина рухнул. Оставался транспорт Праща, но и он остановился, пустив дым из силовой установки.

К счастью, как мы уже говорили, они находились в каких-нибудь ста шагах от города. Кинув лайтфлаи на проезжей части дороги, они бегом бросились в крохотный космопорт, пренебрегая транспортом. Когда до цели осталось совсем немного и уже стало видно захваты стыковочных стапелей кораблей, биотехнос обратил внимание Дартина на какого-то дворянина, который, видимо, только что прибыл со своим слугой и шёл в ту же сторону, опередив их всего на каких-нибудь пятьдесят шагов.

Они поспешили нагнать этого человека, который, видимо, куда-то торопился. Высокие ботинки его были покрыты слоем пыли, и он расспрашивал, нельзя ли ему немедленно отправиться в полёт в Империю Рош, на планету Роклэнд в одноимённую столицу.

– Не было бы ничего проще, – отвечал капитан того самого трофейного шаттла, совершенно готового к отбытию, – но сегодня утром пришёл приказ не выпускать никого без особого разрешения кардинала.

– У меня есть такое разрешение, – парировал дворянин, вынимая из кармана карту памяти с вензелем. – Вот оно.

– Пусть его пометит начальник космопорта, – пожал плечами хозяин шаттла.

– Где же мне найти этого начальника?

– Он в своем загородном доме. Тут тихая и мирная жизнь провинции, – пояснил капитан зевая.

– И этот дом расположен?..

– В четверти мили от города. Вот он виден отсюда, у подножия того холма.

– Хорошо, – согласился приезжий.

И, сопровождаемый своим лакеем, направился к дому начальника космопорта.

Пропустив их на пятьсот шагов вперед, Дартин и Пращ последовали за ними.

Выйдя за пределы города, Дартин ускорил шаг и нагнал приезжего дворянина на опушке небольшой рощи.

– Уважаемый, – начал Дартин, – вы очень спешите?

– Очень спешу.

– Мне чрезвычайно жаль, – продолжал Дартин, – но, ввиду того что и я спешу, то хотел попросить вас об одной услуге.

– О чем? – до собеседника дошло, что к нему цепляются не просто так.

– Я хотел просить вас пропустить меня вперед.

– Невозможно, – принял игру дворянин не видя достойного противника в Дартине.

– Так вот, мне нужен приказ, который у вас есть и которого у меня нет, хотя он мне крайне необходим.

– Вы шутите, надеюсь?

– Я никогда не шучу.

– Мой храбрый юноша, я разобью вам голову… Бен, подай рельсовики!

– Пращ, – среагировал Дартин, – разделайся со слугой, а я справлюсь с его господином.

Биотехнос, расхрабрившийся после первых своих подвигов, бросился на Бена, и, благодаря своей силе и ловкости опрокинув его на спину, поставил ему колено на грудь.

– Делайте свое дело, – крикнул Пращ, – я свое сделал!

Видя все это, дворянин выхватил шпагу, активировал контур и ринулся на Дартина, но заимел дело с сильным противником.

За три секунды Дартин, имевший очень большую природную силу и ловкость, росший на луне с повышенной силой тяжести, трижды ранил его, при каждом ударе приговаривая:

– Вот это за Шосса! Вот это за Басс! Вот это за Росс!

При третьем ударе приезжий рухнул.

Предположив, что он мертв или, во всяком случае, без сознания, Дартин приблизился к нему, чтобы забрать у него карту памяти. Но, когда протянул руку, чтобы обыскать его, раненый, не выпустивший из рук шпаги, ударил его острием в грудь.

– Вот это лично вам! – проговорил он.

– А этот за меня! Последний, на закуску! – в бешенстве крикнул Дартин, пригвоздив его к земле четвертым ударом палаша в живот.

На этот раз дворянин закрыл глаза и потерял сознание.

Нащупав карман, в который приезжий спрятал разрешение на отлёт, Дартин взял его себе. Разрешение было выписано на имя графа де Варда.

Бросив последний взгляд на красивого молодого человека, которому едва ли было больше двадцати пяти лет и которого он оставлял здесь без сознания, а может быть, и мертвым, Дартин вздохнул при мысли о странностях судьбы, заставляющей людей уничтожать друг друга во имя интересов третьих лиц, им совершенно чужих и нередко даже не имеющих понятия об их существовании.

Но вскоре его от этих размышлений отвлек Бен, вопивший что есть мочи и взывавший о помощи.

Пращ схватил его за горло и сжал изо всех сил.

– Слушайте, – сказал он, – пока я буду вот этак держать его, он будет молчать. Но стоит мне его отпустить, как он снова заорет. Упрямый.

И в самом деле, как крепко ни сжимал биотехнос ему горло, Бен все ещё пытался издавать какие-то звуки.

– Погоди, – остановил его Дартин.