Алекс Морган – Драконица для Альфы 2 (страница 39)

– Увы, этого мне не известно, – покачала головой, театрально вздохнув. – Магический контур арены был в исправном состоянии, но покинуть испытание никто не мог.

– Как это? – магистр Теории Зеркальной магии удивлённо вскинул брови. – Если контур был исправен – арена не могла заблокироваться.

– Магистр де Туолин лично всё проверил – контур был исправен. Арена превратилась в ловушку, из которой не было выхода.

– Тогда как же вы освободили нимхов?

– Магия драконов, знаете ли, просто чудо как хороша! Свет всегда победит Тьму! – улыбнулась с лёгкой хитрецой в голосе и обвела всех присутствующих внимательным взглядом. Ни у кого и мускул на лице не дрогнул. На провокации никто не вёлся, да я другого и не ожидала. – Мой муж перенёс портал из академии на открытое пространство, и дальше уже всё оказалось просто...

– Такой уникальный опыт обязательно должен быть доведён Высшему Совету! – заметил магистр Корс с восторгом. – Я не слышал о таком!

– Вы, безусловно, правы. Отчёт я направлю в Совет завтра утром.

– А что Тёмный дракон? – поинтересовался магистр Вангерс.

– Морион? А что с ним?

– У него есть имя? – удивлённо пискнул магистр Трилон.

Он, собственно, никогда и не скрывал свою страсть ко всему, что связано с драконами. К слову, в пределах разумного. Эти прекрасные существа и их магия ему были интересны как научный объект, не более того. Он скупал по всему межмировому пространству драконьи артефакты (как выяснилось, прекрасные подделки), но никогда не мечтал стать всадником. Боялся самих рептилий до икоты. На картинках и вне зоны их досягаемости они ему очень нравились, но вблизи этот долговязый блёклый возрастной мужчина откровенно фонил аурой страха. Хотя драконы – существа, которые никогда не навредят человеку.

– Да. Заклинатель дал ему его, – заметил магистр МакЛесс, внимательно сканируя взглядом каждого из присутствующих.

– Значит, у Тёмного дракона ещё и всадник есть?! Вы сошли с ума?

– А что вас так волнует, магистр Вангерс? – голос мой был спокоен, но внутри всё бушевало. Сегодня он раздражал как никогда. – Только истинный всадник может дать имя дракону, потому что знает его на подсознательном уровне с рождения чешуйчатого. Этот дракон подчиняется Крамеру и как всаднику, и как Заклинателю.

– Это неправильный дракон! Его необходимо было уничтожить!

– Драконов запрещено убивать, магистр Вангерс, – от холодного, угрожающего тона шотландца даже у меня по спине побежали мурашки. – Вы отдаёте отчёт своим словам? У меня есть все основания и полномочия немедленно отправить вас на королевский суд.

– Он не настоящий дракон! – очередная попытка бывшего командира стражей прозвучала больше как оправдание своим словам.

– Вы проверяли?

– Он не рождён из яйца!

– Мы слишком мало знаем о драконах, чтобы утверждать, что это единственный способ появления на свет этих прекрасных существ, – неожиданно заметил магистр Трилон.

– Совершенно верно, – согласился магистр МакЛесс, однако взгляда от человека с изуродованным лицом не отвёл. – Итак, магистр Вангерс, как мне расценивать ваши слова?

Мужчина нахмурился, буравя шотландца ненавидящим взглядом. Его лицо побагровело, жилы на шее вздулись, а кулаки непроизвольно сжались так, что побелели костяшки пальцев. Он явно с трудом сдерживал себя, однако понимал, чего будет ему стоить его выпад. Поджал губы, а затем процедил сквозь зубы:

– Я не желаю смерти драконам.

– Тогда прошу вас сделать так, чтобы я больше не слышал подобных речей от вас.

– Как прикажете, лорд Баденох, – титул шотландца выплюнул, словно ругательство. – Хотел лишь убедиться, что этот дракон не опасен для людей. Он ведь Тёмный!

– Магистр Глум – тёмный маг, – заметила я, стараясь говорить спокойно и взвешенно. Но тут же поймала возмущённый взгляд старика и немедленно добавила, обратившись к нему напрямую: – Прошу прощения, не принимайте на свой счёт, – перевела взгляд на бывшего командира стражей. – Хочу лишь сказать, что мы ведь не считаем его злом, так ведь? Его магия – Тёмная, да. Но она не сделала его злом во плоти. Так почему мы должны считать Мориона злом только за то, что его магия Тёмная?

– Я вас услышал, – слова Вангерса прозвучали с нескрываемым раздражением. – Как долго ещё продлится наше заточение?

– Вы, видимо, прослушали. Я уже говорила об этом. Как только мой муж всё подготовит, приступим к допросу.

– Каждое ваше слово будет записано кристаллом и направлено в судебный архив Высшего совета межмировых магов, – сообщил шотландец тем тоном, которым отдавал бы указы сам король. – В ваших интересах не лгать ни в чём.

Как ни странно, о моей дочери и её друзьях никто из них не спросил. Ни единого слова, ни намёка на беспокойство. Но, возможно, магистры сделали свои выводы. Если бы с ней чтото случилось – они уверены в том, что я бы сорвалась (собственно, в действительности это и произошло), а я находилась в здравом уме с ними в одной комнате, спокойно отвечала на вопросы, держала спину прямо и голос ровно.

Однако от моего взгляда не укрылось, что все они обратили внимание на кольцо Ланселота на моей руке и точно отметили отсутствие браслета с морионами. С кольцом духов мой муж не расставался никогда, и, держу пари, сейчас каждый из них строил догадки. Не в мою пользу.

Ловила их короткие взгляды – то скользящие по пальцу, то задерживающиеся на запястье. Ктото хмурился, ктото едва заметно переглядывался с соседом. Вот только обвинить меня они не могли. Как и не могли подтвердить ход своих мыслей. Сейчас я была всё той же Светлой магичкой – собранной, сдержанной, контролирующей ситуацию. Другой меня они никогда не видели.

Джордан

После скромного ужина, доставленного из городского ресторанчика, я оставил этих двоих наедине и отправился в спортивный зал. Нужно было чемто себя занять – мысли крутились вокруг сегодняшнего происшествия, и единственным спасением казалась физическая нагрузка. В академии альтернативы у меня не было.

Сегодняшний день в очередной раз доказал, насколько сильно мы зависим от магии и наличия при себе оружия. Будь у меня там меч – я попросту отсёк бы этой птичке Хаоса голову, и дело с концом.

– Скоро отбой, нимх Джордан, – заметил Тито, открывая дверь в зал. Его голос прозвучал мягко, но в нём читалась забота, а не приказ. В кои-то веки домовик не ворчал из-за того, что я могу нарушить дисциплину!

– Тито, на занятия спортом ограничения не распространяются, – подмигнул барсуку, а тот не спешил уходить, и, похоже, отбой его волновал только на словах.

– Как себя чувствует нимха Аврора?

– Всё хорошо, Тито. Спасибо!

– Я рад! – звериные глаза лучились искренним чувством. – Закрою глаза на время отбоя, но и ты не задерживайся, нимх Джордан. Отдых – лучшее лекарство для светлой головы.

Он ушёл, а я пробежал взглядом по залу и остановил выбор на мишени для метания ножей. Пожалуй, после сытного ужина лёгкая разминка для рук и глаз – самое то, что надо.

Круг за кру́гом я метал острые клинки. Лезвия со свистом втыкались в дерево, а в голове крутились картинки с событиями сегодняшнего дня. Слишком много пробелов, требующих заполнения. Аврора обещала рассказать о том, что было там, в альтернативном мире, – нам и родителям вместе. Так что сейчас этот вопрос оставался открытым.

МакЛесс В тот миг, когда я увидел его, не раздумывал ни секунды, что делать. Если не убить, то однозначно ликвидировать. Он угрожал Авроре, и, по сути, было неважно, кто он такой и что это за мир. Ярость застилала глаза, но я сдержался – в тот раз сдержался. Что, если и шотландец, которого мы знаем, только выжидает удобного момента, чтобы нанести удар? Я хотел доверять ему, ему доверяли родители Авроры, однако было столько «но» вокруг этой загадочной фигуры...

Чувствовал себя беспомощным. Мы раз за разом попадались в расставленные сети «мистера Икс», но каждый раз он ускользал, не оставив следов. Если бы Санха́ли не существовало – в этот раз замысел этого мерзавца сработал бы так, как он хотел. Но она появилась и спасла нас всех. Это существо было уникальным, как и сама Аврора.

Растянулся на мате, уставившись в мерцающий потолок. Мысли текли, переплетаясь с догадками и планами, но продолжить размышлять мне не позволили шаги, нарушившие тишину.

Резко поднялся и лишь удивлённо повёл бровью:

– Магистр де Туолин?

В ответ он лишь приложил палец к губам и кивком пригласил следовать за ним. Дверь перед нами распахнулась, и мы шагнули в помещение, явно являвшееся комнатой одного из домовиков. Гаусс поклонился и ушёл, оставив нас наедине.

Отец Авроры накинул купол тишины, и я последовал его примеру. Двойные стены – двойная безопасность.

– Думаю, что здесь вряд ли кто-то додумается отслеживать нас, так что это оптимальное место для встречи, – произнёс он тихо, но уверенно.

– Что-то случилось, магистр де Туолин? Как ректор?

– С ней всё в порядке. Аврора?

– Всё хорошо. А как вы нашли меня?

Раз уж он спросил о дочери, значит, в нашей комнате не был. Тогда откуда узнал, что я здесь?

Хитрый взгляд мужчины меня заинтриговал, а следом он продемонстрировал мне что-то вроде карты. На ней были точки с именами: мы с ним в подвальной части академии, ректор – в другом крыле, Крамер с Авой – в комнате. Бросил на него вопросительный взгляд. Об этой карте я слышал от Авроры, но не предполагал, что и я, и Крамер тоже на ней есть. Насколько помню, на ней были только члены семьи.