Алекс Лайт – Любовь напоказ (страница 6)

– Так вот почему ты сама не своя.

Я вздохнула. Бретт стоял так близко, что за ним я не видела остальной части парковки. Если на нас и пялились люди, они были вне поля моего зрения. Но я понимала, что они-то могут меня увидеть. Меня и нас. Что же они скажут? Что подумают? Поверят ли вообще, что Бретт Уэллс захотел со мной встречаться? Меня накрыло волной тревоги. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы только надеть рюкзак и шагнуть к двери, ведущей в здание.

– Знаю, ты уже давно привык к шквалу внимания, Бретт. Но я – нет. Для меня это все в новинку, и мне страшно. Дай мне… минутку.

– Конечно. Давай постоим немного. Меня мисс К. ни капельки не пугает.

Я подышала через нос, потом через рот. Сосчитала до десяти, закрыла глаза, постаралась мысленно заземлиться. А когда снова открыла глаза, Бретт внимательно на меня смотрел. Впрочем, в его взгляде не было раздражения. Напротив – надежда. Он терпеливо ждал.

– Готова? – наконец спросил он и протянул мне руку.

– Нет, – ответила я, но руку взяла.

И вот мы уже идем ко входу вместе.

– Сказать по правде, я и сам не люблю внимание, – признался он по пути, должно быть, чтобы отвлечь меня от других учеников. Я смотрела прямо перед собой, не давая взгляду блуждать по сторонам. – Это была одна из причин, заставивших меня усомниться, стоит ли все это начинать. Не люблю, когда люди судачат о моей личной жизни. Это только мое дело.

– Вот-вот, – ответила я, слушая его вполуха. – Согласна.

Он хохотнул и буквально потащил меня по школьному коридору.

Первой я увидела Дженни. Она стояла у двери в кабинет директора со своими черлидершами. Я быстро отвела взгляд, следуя первому правилу жизни-в-тени. Бретт же невозмутимо вел меня за собой, высокий и надежный, точно персональный живой щит. Вскоре мы остановились, но я не сразу сумела поднять взгляд от пола и осознать, что мы пришли к моему шкафчику. А потом достала учебники и с молниеносной скоростью кинулась к кабинету английского. Наверное, Бретт уже успел понаделать выводов о моем сумасшествии – не таких, впрочем, и далеких от истины.

Урок, в целом, прошел неплохо. Мы успели вовремя, так что обошлось без злых взглядов в мою сторону. Бретт сел было за свободную парту рядом с моей, но оказалось, что даже его чары бессильны перед великим и ужасным порядком рассадки. Уже спустя пару минут мисс Коппер наорала на него и велела вернуться на прежнее место. Класс посмеялся, и мне стало легче дышать. Больше никаких происшествий не было, разве что Дженни время от времени оборачивалась ко мне. Никто не комментировал вчерашний разговор. Никто не допрашивал меня о Бретте. Занятие прошло как обычно.

Но в тот день и без разочарований не обошлось.

Сперва все было хорошо, а потом я пошла на обед. Когда-то в столовке мы сидели с Дженни за одним столиком. Покупали себе разную еду и делились друг с другом. Потом я пару лет обедала с Касси, уже в старшей школе. А когда она выпустилась, стала есть одна. Во двое стояло несколько десятков столов для пикника. И чтобы выбрать лучшие места, надо было прийти пораньше, поэтому я приноровилась носить обед с собой, чтобы не терять время в очереди в столовой. Мой любимый столик стоял в тени дерева. Там-то я и собиралась перекусить, пока мне не пришло сообщение от Бретта с новостью о том, что он занял мне местечко внутри.

Но я и подумать не могла, что меня ожидает такое. Я решила, что Бретт, должно быть, нашел для нас столик где-нибудь в углу, чтобы мы спокойно обсудили наши дела вдали от любопытных ушей. Вот только когда я переступила порог столовой, то увидела его прямо по центру. Он сидел за столом спортсменов, в окружении товарищей по команде. Соседний столик занимали черлидерши. Дженни и компания.

Я и секунды там не провела – сразу кинулась к выходу. Еще чего! Неужели Бретт всерьез думает, что я буду сидеть среди его дружков, слушать разговоры о футболе и рассказывать всем о том, как мы начали встречаться еще летом? Поддержание видимости нашего романа не стоило таких мук.

Я села за свой любимый столик, достала сэндвич и книгу и погрузилась в чтение. Но не успела прочесть и страницы, как мне написал Бретт.

«Где ты?»

«На улице», – ответила я.

«…почему?»

Я выключила телефон и уткнулась в книгу.

Спустя минуту надо мной нависла тень.

– Ты меня подставила, между прочим, – сообщил Бретт, нагло выкрав у меня виноградинку.

– Не люблю обедать внутри. – Я заложила книгу и подняла глаза. – Да и, честно говоря, мне совсем не хочется сидеть за столом спортсменов.

– Хм-м-м, – Бретт нахмурился. – Об этом я не подумал. Секундочку.

Не успела я ничего спросить, как он уже метнулся к столовой, а спустя мгновение вернулся с подносом в одной руке и рюкзаком в другой.

– Я тебе не позволю обедать тут в одиночестве! – с широкой улыбкой сообщил он и сел рядом. – Не забывай, детка, нам надо поддерживать имидж.

Я поморщилась.

– Детка?

– Тебе не нравится? А как насчет крошки? А, крошка?

Я рассмеялась и шлепнула его по руке, когда он потянулся за второй виноградинкой.

– Первое правило: никаких прозвищ!

Бретт кивнул.

– Бекка – так Бекка. Огласи остальные правила.

– Никаких ППЧ – публичных проявлений чувств! – добавила я.

Он надулся.

– Я что, так плохо целуюсь?

– Ненавижу, когда на меня пялятся.

– Мы к этому еще вернемся, – пригрозил Бретт. – А ты теперь должна каждую пятницу приходить ко мне на матчи.

– Каждую? Может, хотя бы через раз?

– Каждую, – упрямо повторил он. – Это не обсуждается. А еще ты должна скандировать мое имя с трибун. Напомни, я поищу для тебя футболку с моей фамилией.

– А я тогда не буду обедать в столовке.

– Ой, это я уже понял, – сообщил он и откусил от своего гамбургера. – Согласен переместиться за этот столик. Так что там насчет поцелуев? И прогулок за ручку? Никто не поверит, что мы встречаемся, если между нами всегда будет дистанция в три фута.

Я старалась сохранять хладнокровие. На лице читалось: «Ага, я постоянно целуюсь с парнями забавы ради. Кучу раз уже так делала. Профи в поцелуях? Да, это я, приятно познакомиться!», хотя в голове была сплошная черно-белая рябь, как на экране телевизора, потерявшего сигнал.

– Ну ладно. Уменьшаем дистанцию и соприкасаемся по минимуму. Решено.

Бретт широко улыбнулся.

– Обожаю тебя.

Я закатила глаза.

– Нам надо придумать общую легенду о том, как это все началось, – заметила я.

– Этот пункт, пожалуй, стоило еще вчера обсудить.

– Я была занята: уносила от тебя ноги, – пошутила я, но в этой шутке была лишь доля шутки.

Бретт рассмеялся.

– Ладно, вернемся к сути. Поделишься идеями?

Мне хватило и секунды, чтобы прокрутить в голове сюжеты всех любовных романов, которые я только читала в своей жизни, и продумать правдоподобный сценарий.

– Мы встретились в начале каникул, – сказала я. – Я пришла в парк с книжкой, а ты – чтобы потренироваться.

– Разумеется, с голым торсом, – добавил Бретт.

– Само собой.

– И ты тут же потеряла от меня голову, – продолжил Бретт и увернулся от полетевшей в него виноградины. А я удивленно застыла: это что же, я только что запустила в него виноградиной? Но он улыбался во все зубы – кажется, его ничего не смутило. – Отличный бросок. Так вот, а я, увидев тебя, уткнувшуюся в книгу, тут же растаял. А когда началась учеба, мы решили держать наши отношения в тайне, чтобы не привлекать к тебе лишнего внимания.

Я кивнула, рассеянно перелистывая книгу.

– Значит, о начале нашей истории мы договорились, – произнесла я.

– Осталось обсудить, чем она кончится.

Лишь тогда я заметила, какие длинные у Бретта ресницы – такими недолго и ураган поднять. Они касались щеки всякий раз, когда он моргал. Мы смотрели друг другу в глаза, и они то и дело ударялись о кожу. Раз. Второй. Третий. А на губах Бретта играла дурацкая мультяшная улыбка.

Солнце зашло за тучу и все потускнело. Бретт сразу же переменился. Казалось, сейчас самое время задать вопрос, который весь день не давал мне покоя.

– Зачем ты это делаешь? – наконец спросила я. – Сам знаешь: в нашей школе почти все девчонки и даже некоторые из парней согласились бы встречаться с тобой. По-настоящему. Так почему я? И зачем притворяться?