Алекс Коваль – Счастье с доставкой на дом (страница 71)
– А? – хотела спросить я.
Но получилось одно гро-о-омкое, протяжное, на весь зимний лес:
– А-а-а-а!!!
Когда этот негодяй, оттолкнувшись, пустил нас со скоростью света вниз с горы!
Перед глазами картинка слилась в одно размытое пятно, но клянусь, я видела, как с соседних деревьев птицы повзлетали от моего громогласного визга! Лес покачнулся. Пульс забарабанил по ушным перепонкам. Кровь от лица отлила. Да она вообще ото всех частей тела отлила!
– Рома-а-а!!!
Очень надеюсь, что за свою проказу Бурменцев на оба уха оглох!
Сердце мое чуть не выскочило через горло. А кости, от чистого страха, едва не затрещали! Я вцепилась, как ненормальная, в штаны Бурменцева и орала, как резаная до самого, самого, самого конца этой адски длинной горки! Отхватила такую порцию адреналина, что не мудрено было грохнуться в обморок, когда злосчастная плюшка замедлилась, выехав на ровную поверхность.
– Дыши, Синичкина, – шепоток на ухо. – Все живы.
Я кое-как отодрала от штанин мужчины свои сведенные судорогой пальцы, перевалилась с колен Ромы собственными дрожащими коленями в снег и грозно рыкнула:
– Я тебя убью! – запустив столп снега ему в лицо.
– Я тебя тоже.
– Я не шучу. Беги!
Рома, посмеиваясь, не поверив мне на слово, вальяжно расселся на плюшке. Я скатала в руках мощный снежок и от души запустила в Бурменцева. Его аж пошатнуло. Он поднял на меня офигевший взгляд и…
– Это война, Синичкина?
– Угу, – запустила второй ком. – Снежками! – показала язык и подорвалась. Побежала, проскальзывая по снегу, пока в спину мне не прилетел пущенный Ромой снежок, сбивая меня с шага.
Я захохотала, дети завизжали.
– И мы!
– И мы хотим!
– Иглаем в снежки!
Вся наша дружная компания, ни секунды не колеблясь, включилась в новую игру с гоготом, хохотом, криками, завязался настоящий бой мальчишек против девчонок. Где все, от мала до велика, извалявшись в снегу носились, до безобразия счастливые!
А нам с Анфисой так и подавно досталось “счастья и снега” больше всех, когда наши мужчины, прорвавшись с боем через снежки Ники и Маруси, повалили нас в сугроб, заставляя объявить о своей полной капитуляции, своими бессовестными поцелуями своих ужасно требовательных горячих губ!
Рома
– Дядя Лома, неси!
– Что нести, чертенок?
– Шар неси, – подсказала Маруся, высунув язычок, усердно докатывая “голову” снеговику. – Это будет ребенок-снеговик.
Да, и уже третий по счету на сегодня. Вон уже целая снежная “батарея” из снеговиков в рядочек выстроилась, взирая на нас своими косо-раскосыми глазами из угольков и камней, которые детворе удалось раскопать.
– Так, где веточки? – оглянулась Анфиса. – Где руки нашего товарища?
– Демьян же за ними ушел, нет? – оглянулась Лада.
Щеки и нос красные, смотрю и едва держусь, чтобы не зацеловать. Отвлекаю себя от не детских мыслей, предполагая:
– Видать, твой муж в лесу с ними заблудился, Фис.
– Но-но, – выскочил из кустов, отплевываясь от снега Демьян, – я этот лес как свои пять пальцев знаю.
– А ведло? Бабуля, где ведло?
Фло чертыхнулась:
– Ох, ты ж, ешки-поварешки!
Побежала догонять Романа Дмитрича, который, бедный, уже четвертый раз в сторону дома через лес гонял. То за шарфиками, то за ведрами, то за морковкой. Мелочь нынче требовательная пошла. Мы в свое время подручными средствами справлялись.
– И мар-рковку! – крикул Левушка. – Мар-рковку надо! У нас закончилась!
– Раз надо, то будет! – кивнула Флоренция, с прытью молодой девчонки залетая на гору. Женщина утопала, уже через считанные минуты возвращаясь со всем необходимым для нашего финального на сегодня “снежного друга”.
День клонился к вечеру, и на горизонте постепенно вырисовывался ярко-малиновый закат.
Умаявшись, промокнув до самых трусов и промерзнув с ног до головы не только дети, но и взрослые набесились сегодня, как всемогущий молодняк! Хапнув лишней активности, мы с Нагорным неожиданно вспомнили, что, походу, нам давно не двадцать пять и со дня на день из нас посыплется песок, потому что обратно до дома мы едва тащили ноги. Поясница и подавно с нами попрощалась. Чего о родителях Демьяна не скажешь. Вот и гадай, то ли мы какие-то не такие, то ли Флоренция с Романом супер спортивные, но лично наши кости трещали, скрипели и требовали срочную порцию жара настоящей русской баньки!
Благо, та к нашему приходу уже была готова. Вооружившись купальниками и полотенцами, девчонки сначала дружно загнали отогреваться малышню, набесившуюся в снегу, а потом остались греться сами, пока мы возились с детьми, в два фена высушивая длинные волосы девчонок.
Нагорный орудовал этим страшным бытовым предметом, как своей рукой, а я с непривычки чувствовал себя настоящим оленем. Профаном, если быть точным. Но Маруся не жаловалась. Только изредка похихикивала надо мной, терпеливо сидя на попе ровно в ожидании, пока деревянный “дядя Рома” высушит ее длинные светлые локоны.
Мда, Бурменцев. Хочешь синичек, учись и головы им сушить…
– Дядя Рома, вот тут, – ткнула пальчиком в макушку.
– Тут? – перенаправил фен.
– Ага. Мама говорит, что надо корни сушить тоже, чтобы не заболеть.
– Корни? Вот так?
– Угу.
– Давай высушим. Болеть мы точно не хотим.
– А еще пальчиками надо делать вот так – “вжух”, – продемонстрировала принцесса, локоны пропуская сквозь свою маленькую пятерню.
Попробовал повторить…
Мать моя женщина, их не то что сушить, их даже трогать страшно! Волосы эти пшеничного цвета. Тоненькие, легкие, совсем невесомые. Блин, я точно ребенка лысым не оставлю?
– А еще нельзя так близко к голове, – вздохнула Маруся, – волосы можно испортить.
– Правда? А так? – отодвинул фен от светлой макушки.
– Так – круто!
– Шикарно смотришься, папочка, – подмигнул Нагорный, получив от меня пинок под столом.
– Демыч!
– Понял, заткнулся, – поднял руки друг.
Кто знает, как дети воспримут это “папочка”. Вдруг ревностно или, еще чего хуже, расстроятся? Но, честно говоря, лично мне с каждой минутой начинало все больше и больше нравиться это ощущение крепкого детского доверия. Ощущение, что ты для них все и даже больше. Не хочу это потерять, ни при каких раскладах!
Папочка…
Повторил про себя и ухмыльнулся. Приятно, черт возьми! Каждая клеточка поет. Я был бы совсем не против быть для этих двойняшек папой. И, кстати говоря, надо бы на досуге с Ладой поднять эту тему. Прописан ли Красильников у них в свидетельстве о рождении? Сильно надеюсь, что нет. Мои они. Фиг я их этому г…гремлину отдам.
***
С горем пополам домучив малышне волосы, укутали их в теплые махровые халаты и отпустили с миром, наказав дом не разносить.
Хитрое трио головками покивало, улыбочками посверкало, глазками-бусинками постреляло и улепетнуло, только пятки засверкали.
Мы же переместились на кухню. Роман Дмитрич занялся шашлыком, разводя мангал, а мы с Нагорным, как две послушные кухарки-домохозяйки, ножами орудовали, сами над собой угорая: