Алекс Каплан – США в XX веке. От бургера до Буша. Полная история (страница 4)

Анархистский бунт на Хэймаркете. Рисунок того времени

Худшее из зол, что могло постичь Соединенные Штаты при таком расслоении общества и столь сильном классовом противостоянии, был финансовый кризис. Именно он и обрушился на страну в 1893 году. Финансовый кризис стал для США явлением новым и неожиданным, хотя в 1873 году нечто подобное уже наблюдалось в экономике, однако на тот момент страна представляла собой разрозненную аграрную державу, а не единое капиталистическое государство, которое возникло лишь после завершения Гражданской войны, оттого и кризис был менее масштабным. К 1893 году Соединенные Штаты представляли собой совершенно иное в экономическом плане государство. Важнейшими достижениями того времени было стремительное развитие фондовой биржи, а также банковской и финансовой индустрии. Сравнивать эти отрасли по состоянию на 1873 и 1893 годы просто невозможно. Американские банки из сараев и покосившихся домишек переместились во дворцы, которым могли позавидовать королевские династии Европы. Количество денег, золота, серебра и иных финансовых инструментов в сейфах американских банков поражало самое смелое воображение, а банкиры в кругу «баронов-разбойников» имели огромное влияние и вес. Раздутая на человеческой алчности фондовая биржа представляла собой явление хаотичное и практически неуправляемое. Здесь обращались акции тысяч самых разных компаний, многие из которых были дутыми. Мошенничество на бирже в то время стало самым популярным способом быстро разбогатеть, и способом этим пользовались чуть ли не все финансовые разбойники Америки, как крупные, так и мелкие. Правительство никак не контролировало, а оттого и не регулировало ни банковскую отрасль, ни фондовую биржу. В наши дни американское правительство надзирает за финансовой индустрией страны так тщательно, как ни одно другое государство мира. В конце же XIX века бурлящие финансы Америки были предоставлены влиянию абсолютно дикого капитализма, алчности которого не имелось предела. Не удивительно, что экономический кризис начался именно с паники на бирже – что в последующей истории страны будет случаться еще не раз и станет довольно типичным явлением. Первой обанкротилась железная дорога в Филадельфии, затем крупнейшая канатная компания страны. После этого на бирже началась паника – держатели акций и облигаций спешно бросились продавать абсолютно все ценные бумаги, имевшиеся на руках. Это биржевое побоище в считаные дни привело к закрытию более 500 банков и около 15 тысяч компаний. Миллионы людей потеряли свои вложения и стали нищими. Потребительский спрос мгновенно упал, что повлекло за собой дальнейшее сокращение производства. Разразилась массовая безработица. В 1892 году безработица в стране составляла 3,7 процента, в 1894-м – уже 12,3 процента. Некоторые историки-экономисты указывают на несовершенство монетарной политики того времени в качестве главной причины кризиса. Тогда в Америке действительно существовала финансовая система, фундаментом которой служили два металла – серебро и золото, когда одна унция золота приравнивалась к 15 унциям серебра, и именно в таком эквиваленте их можно было менять на доллары. В какой-то момент горнодобывающая промышленность слишком увлеклась добычей серебра, которого на рынке появилось в избытке, – и это нарушило установленный баланс с золотом. Такое положение дел привело к повышенному спросу на доллары с последующим обменом валюты на золото. Однако другие ученые указывают на куда более вероятную причину кризиса – в США впервые наблюдался феномен перепроизводства. Американская экономика, разогретая до предела за почти тридцать лет непрерывного роста, стала производить товаров и услуг больше, чем была в состоянии приобрести. Начавшийся в 1893 году кризис стал особенно тяжелым, поскольку у правительства в то время еще не имелось никаких инструментов влияния на экономику. Можно сказать, что само правительство США в конце XIX века было скорее номинальным, чем реальным, и функции его были крайне ограниченны. В то время как американская экономика входила в новый век в статусе самой крупной и передовой экономики мира, американское правительство продолжало функционировать по законам века прошлого. Однако такое положение вещей изменилось уже в первые годы XX века, и произошло это самым стремительным образом.

Глава 2. Ha заре XX века (1900–1908)

Эксцессы «Позолоченной» эпохи к концу XIX века поставили американское общество на грань политической катастрофы. Страна могла взорваться от невероятного социального напряжения, вызванного крайней несправедливостью общественного устройства. Недовольство среди народных масс росло угрожающе быстрыми темпами. Анархисты, социалисты, профсоюзы и множество других групп и товариществ, озабоченных чудовищной несправедливостью жизни в Америке, изо дня в день делали все возможное, чтобы исправить ситуацию. Борьба эта с угрожающей частотой начала принимать насильственные формы, нередко с применением оружия. Ожесточенные столкновения между рабочими и полицией, перестрелки между бастующими и пинкертонами стали обыденным явлением в США. Из этого политического хаоса, возникшего и ширившегося на просторах огромной страны, в конце XIX века возникло движение прогрессивизма. В очень короткий период времени оно широко распространилось в народных массах и в корне изменило экономическое и общественное устройство США. В исторической хронологии Соединенных Штатов «Эра прогрессивизма» пришла на смену «Позолоченной эре» в 1890-х и продлилась до 1920-х годов. Наиболее видными политическими деятелями, имена которых ассоциируются с движением, стали три американских президента, в общей сложности правивших страной с 1901 по 1921 год, – это Теодор Рузвельт, Уильям Тафт и Вудро Вильсон. В период их пребывания на высшем государственном посту Соединенные Штаты Америки подверглись, пожалуй, самым масштабным преобразованиям за всю предшествующую историю своего существования и на момент окончания Первой мировой войны стали совершенно иным государством.

Немалую роль в том, что страна пришла к пониманию необходимости радикальных изменений, сыграли люди куда менее заметные, чем президенты США. Речь идет о писателях-журналистах. Трое из них внесли свой вклад и в развитие американского прогрессивизма – вклад, сопоставимый, пожалуй, с усилиями вышеупомянутых президентов. Речь идет об Айде Тарбелл и ее романе «История компании Standart Oil», об Эптоне Синклере и его романе «Джунгли», а также о Фрэнке Норрисе и его книге «Спрут». В начале нового века пресса стала одной из тех отраслей американской экономики, что вышла вперед, оставив далеко позади по темпам роста уже устаревшие индустрии, такие как железные дороги, сталелитейная, горнодобывающая и даже банковская. После завершения индустриального прорыва и построения могучей промышленной базы в Америке началась революция в сфере массовых развлечений. В государстве возник довольно многочисленный и состоятельный в финансовом отношении средний класс, нуждавшийся в качественном времяпрепровождении, – и за это он готов был платить. Стали строиться фантастические по масштабу увеселительные парки, появился кинематограф, однако излюбленной формой досуга были все же газеты и журналы. При этом одно неприметное поначалу нововведение со временем вывело прессу на совершенно иной финансовый уровень – в газетах и журналах появилась реклама, за которую рекламодатели платили существенные средства. Получив серьезный дополнительный доход, издатели снизили стоимость своей печатной продукции, сделав ее доступной для широких слоев населения. Купить роскошный журнал за 5 центов могли позволить себе очень многие. Тиражи выросли в десятки раз, что позволило снизить стоимость еще больше и вновь увеличить тиражи. Издание газет и журналов превратилось в серьезный бизнес, поскольку их читала практически вся Америка, а ведь всего несколько лет назад это удовольствие было по карману только избранным. Развитие средств массовой информации привело к стремительному росту количества журналистов, которые должны были поставлять свежий новостной материал, выплескивавшийся каждое утро на улицы американских городов в виде многих тысяч печатных страниц. Журналистов становилось все больше, писали они все лучше – и вскоре среди них появились невероятно талантливые люди. В погоне за читателем многие журналы стали публиковать материалы, вызывавшие самый живой интерес у широких народных масс. Иными словами, они принялись разгребать отборную грязь, напитавшую общество. Вскоре появились первые литературные мастера в этом новом жанре, и страницы печатных изданий запестрели красочным описанием тех общественных язв, что в изобилии покрывали Америку того времени.

Сатирический журнал Puck был в то время самым едким. На карикатуре изображена Америка, примеряющая новую шляпку с броненосцем и надписью «Мировая держава». 1901 год

Прежде чем превратиться в талантливую столичную журналистку, Айда Тарбелл была скромной провинциальной учительницей. Однажды ее приятель, писатель Марк Твен, познакомил Айду co своим другом Генри Роджерсом, вице-президентом корпорации Standart Oil и третьим человеком в компании после братьев Рокфеллеров. Роджерс любезно согласился дать ей большое интервью, в ходе которого проявил несвойственные ему откровенность и многословие. Обычно крайне сдержанный, старый корпоративный разбойник неожиданно разболтал столько, сколько за все предыдущие годы не сподобился. Вероятно, он ошибся в Айде Тарбелл и ее истинных намерениях, подумав, что она собирается написать о нем и нефтяной корпорации хвалебную сагу. Получив столь ценную информацию из самых первых рук, журналистка на этом не остановилась, а приступила к настоящему детективному расследованию, в ходе которого собрала немалое количество документов, подтверждавших самые нелепые слухи о диких махинациях Рокфеллеров, совершенных ими ради получения сверхприбылей. На протяжении двух лет Айда Тарбелл напечатала 19 статей в журнале McClure, где работала редактором. Затем все статьи были объединены в книгу, вышедшую под заголовком «История компании Standart Oil», – и даже по прошествии десятилетий книга эта остается американским литературным наследием. Трудно описать тот эффект, который произвело написанное на общественное мнение в Соединенных Штатах. Каждую новую статью Айды Тарбелл с нетерпением ожидала вся страна – от президента США до провинциальных домохозяек, злых на олигархического монстра за необоснованно высокие цены на керосин. И американский президент Теодор Рузвельт, и президент компании Standart Oil Джон Рокфеллер наградили Айду Тарбелл обидными, как им казалось, прозвищами. Рузвельт придумал фразу «разгребатели грязи», которую впоследствии использовали для описания тех, кто занимался разоблачительной журналистикой. Однако впервые фразу эту президент использовал именно в отношении Айды Тарбелл и ее статей о бессовестных нефтяниках. Рокфеллер прозвал журналистку «бочкой дегтя», поиграв словами с фамилией Тарбелл – на английском языке «бочка дегтя» звучит как «тарбэррел», да и пишется схоже. В то время нефтяной трест Рокфеллера являлся крупнейшим предприятием не только в США, но и в мире в целом. В США, например, он занимал более 90 процентов нефтяного рынка. Добиться столь впечатляющих результатов Рокфеллеру удалось исключительно с помощью делового бандитизма и нечестной конкуренции самого низкого свойства. Платить же приходилось всей стране, поскольку, добившись монопольного положения на рынке, Standart Oil взвинтила цены на керосин, которым пользовались все обычные граждане. Сказать, что Рокфеллера в Америке не любили, было бы неправильно – его ненавидели глубоко и страстно. Литературное описание «подвигов» нефтяного разбойника, появившееся в журнале McClure, стало неким громоотводом для той ярости, что накопилась в обществе по отношению к людям, грабившим Америку жестоким и нечестным способом. Грянула небывалой силы политическая гроза. В конце концов Standart Oil разгромили – на законодательном уровне ей приказали разделиться. Из огромного монстра получилось 34 нефтяные компании, прозванные в народе «бэйби стэндардз» (Baby Standarts), которым пришлось вступить в жесткую конкуренцию друг с другом, что привело к значительному снижению цен на керосин по всей стране. К сожалению, говорить о справедливости в отношении господина Рокфеллера не приходится – став к тому времени богатейшим человеком на планете, от подобного поворота событий он только еще больше разбогател, ведь совокупная стоимость 34 новых компаний значительно превысила стоимость прежнего громадного Standart Oil. Однако победа над крупнейшим трестом США вошла в историю страны и повлияла на ее дальнейшее развитие – и главную роль в этой победе сыграла в прошлом скромная учительница из американской глубинки.