Алекс Кама – Миры и истории. Академия. Магия огня. Книга четвёртая (страница 5)

– Арэйс? – голос у него был глухой и будто сердитый.

– Приветствую тебя, Веланд, – как-то опять слишком, на мой взгляд, вежливо произнёс Арэйс. – Это очередной академикус. Некоторые считают, что он не без таланта. Ему нужно оружие.

Веланд уставился на меня, будто хотел прожечь взглядом. Стало, если честно, немного не по себе. Настолько, что я поднял руку, как в классе на уроке, и, не дожидаясь реакции, выдал единственное, что пришло в голову:

– Я Денис!

– Меня это должно как-то взволновать? – сурово спросил великан, сдвинув брови.

А когда увидел, что я совсем растерялся и перепугался, усмехнулся. Затем ещё раз. И ещё. А потом его смех перешёл в очень забавный – глухой и громкий – гогот. Мы с Арэйсом переглянулись, и оба в молчании уставились на него. Великан ржал всё громче и громче и не успокоился до тех пор, пока из уголков его глаз не потекли слёзы.

– Ну что ж, – отсмеявшись, качнул головой Веланд, – если Денис, заходи. Денисам здесь всегда рады. Подберём тебе что-то получше проволоки или зубочистки.

Арэйса он пропустил первым, затем – меня и, видимо, для ускорения слегка хлопнул по спине.

Кто он вообще такой? Завскладом оружия? В таком фриковском прикиде?

Мы вошли в одну из самых просторных прихожих, что я когда-либо видел, с такими же основательными, как дверь, шкафами вдоль стен, массивными стульями и огромным столом в центре. Слева был проём без двери, который вёл в какой-то очень длинный коридор.

Да какого же размера этот его холм?

– Садитесь, Арэйс, – кивнул гигант на один из стульев. – Я налью Вам лимонаду.

Он достал из ближайшего шкафа запечатанную бутылку с золотистым напитком, легко и будто нехотя ударил по её горлышку ребром ладони, вышиб пробку и протянул бутылку Арэйсу, который с невозмутимым видом взял её и сделал пару глотков. Мне лимонаду никто из них не предложил.

– Ну, Денис с далёкой и прекрасной Терии… Какое оружие ты предпочитаешь?

Интересно, откуда он знает, что я с Терии? Я же ему не говорил! И Арэйс при мне тоже.

– А что, Вы уже знаете, что я тот, кто приручил эврола? – спросил я, набравшись нахальства.

– Какого эврола? Нет. Но я знаю, что ты тот, кто спровоцировал бардак с про…

– Веланд! – прервал его Арэйс, а потом добавил, когда великан посмотрел на него. – Это мы обсуждать не будем.

– Как скажете, – ответил Веланд, примирительно вскинув руки.

Я озадачился: какой ещё бардак? И с какими такими «про…»?

С прогулами? Так я вроде не прогуливал… С провалами? С проблемами? Ничего не понимаю, но, похоже, обитатели Оранжевого мира умеют сплетничать не хуже нас, людей. Стоп, а что, если Веланд тоже с Терии?!

– Ты не ответил на вопрос, – напомнил мне наставник и снова отхлебнул лимонаду.

– Одноручный меч! – выпалил я. – Я люблю одноручный меч!

– Хороший выбор, – кивнул черноволосый. – В умелых руках грозное и эффективное оружие. Идём-ка!

Идём? Куда? Что вообще парень в штанах с аппликациями из парчи на штанах может понимать в оружии?

Тут Веланд резко развернулся и размашисто шагнул к проёму в коридор.

– А он кто? – шёпотом спросил я Арэйса, прежде чем бежать следом.

Но тот лишь отмахнулся. Дескать, иди, куда велено.

Я потопал за Веландом, ещё раз оглянувшись на Арэйса. Он раскинулся на стуле и, будто в кофейне на набережной, расслабленно потягивал лимонад. Выглядело это так, словно он уже забыл о нашем существовании.

Пока мы с позолоченным шли, я не переставал удивляться размерам этого бункера, который будто чем дольше мы шагали, тем сильнее расширялся.

В итоге Веланд привёл меня в ещё больший, чем гостиная, зал, все стены которого сплошь были увешаны всевозможным холодным оружием, собранным по типам клинков. Узких и широких, длинных и коротких, изогнутых и прямых, как спица для вязания, с зазубринами и гладких… Но там он не остановился, прошёл этот зал насквозь, после чего мы попали в небольшую комнату исключительно с одноручными мечами. Ими были увешаны все стены – сверху донизу! А в некоторых местах даже просвета не было.

Веланд развернулся, приглашающе провёл по воздуху рукой, кивнул на ближайшую стену и глухо сказал:

– Ну вот, выбирай!

– А как? – я был в недоумении. – Как я выберу? Они же не… Они абсолютно одинаковые! Они похожи, как близнецы-братья!

– Ты сейчас плюнул в душу мастеру, болван! – я не понял, пошутил он или сказал это всерьёз. – Ещё раз такое брякнешь, будешь до конца жизни драться исключительно розовыми пластиковыми швабрами. Смотри на них, разочарование моё кудрявое! Здесь всё легко. Просто смотри и слушай сердце. И не только сердце. Голову, руки, свой внутренний голос… Как только что-то почувствуешь внутри, ты поймёшь. Но учти: выбирать будешь не только ты. Меч тоже будет решать, подходишь ты ему или нет. Если вы совпадёте, будете хорошей парой. Созданной друг для друга. Непобедимой.

Чего? Меч будет решать?

– А если мы не совпадём? – этот вопрос взволновал меня больше всего, ввиду микроскопичности шанса угадать, какому из сотен клинков вдруг смогу понравиться я.

Не говоря уже о том, что звучало это, как полный бред.

– Не страшно, но не так приятно. Если ты отличный боец, то будешь таковым с любым клинком. Но именно твой и только твой меч раскроет тебя как бойца, даст лёгкость и виртуозность, которая может сделать тебя практически непобедимым. Великим. Легендарным. Так что, давай, шевели тапками, время выбирать оружие добра, мечты и победы!

Сказав это, он сделал паузу, затем скрестил руки на груди, облокотился о стену и стал, не мигая, смотреть, как я, смущаясь, брожу по залу и осматриваю мечи.

Мне было по-прежнему не по себе. «Шевели тапками»? Ладно. В этом месте, похоже, нужно делать то, что говорят.

А всё-таки, кто он такой? Кузнец? Хранитель? Воин, ставший хранителем? Или всё-таки фрик-завскладом?

Некоторые из мечей были очень красивыми. Например, клинок с глянцевой коричневой рукоятью и золочёным эфесом. Я снял его со стены, но толком рассмотреть его Веланд мне не дал:

– Достань его из ножен и сделай короткий удар по воображаемому противнику.

– А можно ещё?..

– Нельзя. Делай, что я сказал!

Я послушался. Достал клинок (как же красиво он звякнул!) и рубанул воздух. Здорово-то как! Да с этим мечом я…

– Повесь на место! – гаркнул Веланд, обломав весь мой восторг.

– Но почему? Разве это не то? – удивился я. – Он же замечательный!

– Он замечательный. И ты молодец. Но вы с ним как бегемот и заяц в паре. Повесь на место и ищи дальше!

Это я, что ли, бегемот? Или, того хуже, заяц? Что это за метафоры? Но спросил я о другом:

– А почему именно мечи?

– Не понял! – Веланд сдвинул брови.

– Ну в наше время есть орудия более серьёзные… И на них с мечом идти будет как-то странно…

– То есть?

– Ну, то есть как в анекдоте: «С тобой мой меч! И мой топор! И мой лук! Мужики, тут такое дело… Короче, они на танках». Танки – это такая штука…

– Смешно, – буркнул Веланд, но даже не улыбнулся. – Я знаю, что это.

Не трать моё время, танкист. Ищи свой меч, пока я добрый.

Добрый он, ага. За два часа я перебрал около сотни мечей, но все они оказались, по мнению Веланда, не мои. История каждый раз повторялась: я что-то выбираю, пытаюсь рассмотреть меч получше, затем колю или рублю воздух, и он тут же рявкает:

– Повесь на место!

Он вообще планирует дать мне меч?

– Идём дальше! – приказал Веланд, когда я после громкого окрика с демонстративным вздохом повесил на место очередной «не мой» клинок. —

И сделай лицо не таким кислым. Бесишь.

Я его бешу? Да мне уже хочется ему врезать! Он только рявкает на меня и ничего не объясняет!

В следующем зале, куда Веланд меня привёл, оказалось не так красиво. Если там, где меня обозвали то ли бегемотом, то ли зайцем, все мечи были новенькими, красивыми, блестящими, с обтянутыми новой кожей рукоятями, то здесь висели старые, потёртые, тусклые, я бы сказал, даже сильно потрёпанные мечи.