Алекс Хванг – Тень на "Монолике" (страница 4)

— Проект «Феникс». Слышал о таком?

Реннер нахмурился. Название было смутно знакомым — что-то из старых сплетен. Он точно слышал его раньше, но не мог вспомнить где.

— Слышал краем уха. Что-то связанное с «Астра Тех»?

— Именно, — Маркус понизил голос. — Старая разработка. Говорят, они пытались создать устройство, способное копировать внешность. Полноценную копию. Не голограмму — что-то более совершенное.

— Устройство?

— Я не знаю точно, как оно работает. Никто не знает. Но говорят, у них что-то получилось. Прототип. И его испытывали здесь, на «Монолике».

Реннер долго молчал. Он думал о временно́м парадоксе. О человеке, который был мёртв за час до того, как его видели свидетели. О мерцающей метке на браслете Корвина. О сегменте хронометра Вегнера. О запахе озона.

— Ты думаешь, это связано? — спросил он, наконец.

— Я не знаю, — ответил Маркус. — Но если кто-то на «Монолике» использует эту технологию, это многое объясняет.

— Почему проект закрыли?

— Официально — проект потерпел не удачу. Неофициально — говорят, прототип вышел из-под контроля. Кого-то убил. После этого проект засекретили, данные спрятали. Ведущего инженера звали Виктор Клайн.

— Клайн, — повторил Реннер. — Что с ним стало?

— Погиб. Несчастный случай, через год после закрытия проекта.

Реннер откинулся в кресле. Ещё одно имя. Ещё одна нить, ведущая в прошлое. Он думал о том, что «Астра Тех» — корпорация, контролирующая шестьдесят процентов нанопроизводства в Солнечной системе, — прячет данные о проекте уже двадцать лет. И теперь кто-то использует эту технологию, чтобы убивать людей, связанных с корпорацией.

— Мне нужна информация, — сказал он. — Всё, что можно найти по этому «Фениксу». И по Клайну.

— Данные под грифом, — Маркус покачал головой. — «Астра Тех» спрятала их глубоко. Но я могу спросить кое-кого из старых контактов. Тихо.

— Спрашивай.

Маркус встал и направился к двери. У порога он обернулся.

— Кайл... будь осторожен. Если замешан «Астра Тех» то они не остановятся ни перед чем.

Маркус ушёл. Реннер остался сидеть в кресле, глядя на закрытую дверь. Вспомнив, спустя пару минут, о практиканте, он встал и пошёл в общий зал.

Лео сидел за столом, склонившись над планшетом. Его пальцы бегали по сенсору с прежней ритмичной точностью. Реннер подошёл и сел напротив.

— Вирт. Мне нужно, чтобы ты нашёл информацию по проекту «Феникс».

Лео поднял глаза.

— «Феникс»?

— Старая разработка «Астра Тех». Устройство для копирования внешности. Двадцать лет назад. Всё, что сможешь найти.

Лео кивнул и склонился над планшетом. Прошла минута. Другая. Третья. Реннер смотрел на его пальцы — они двигались быстро, методично, но в какой-то момент на секунду замерли. Потом возобновили свой ритм.

— Ничего, — сказал Лео, поднимая голову.

— Совсем ничего?

— В открытых источниках — ни одного упоминания. В технических архивах — пусто. Я попытался зайти в закрытые базы «Астра Тех» через стандартный протокол. Запрос заблокирован.

— Заблокирован?

— Гриф «Совершенно секретно». Нужен допуск уровня Совета или выше.

Реннер медленно выдохнул. Проект двадцатилетней давности, который до сих пор под грифом «Совершенно секретно»? Это не просто странно. Это подозрительно. Если проект закрыли — почему его до сих пор прячут? Если устройство было неудачным — почему его охраняют?

— Значит, он не закрыт, — сказал он вслух. — Или закрыт, но не до конца.

— Я могу попробовать обходные пути, — предложил Лео. — Есть старые научные публикации, доклады с конференций, патентные заявки. Если проект существовал, кто-то должен был публиковать предварительные результаты. До того, как всё засекретили.

— Пробуй. Но осторожно. Если «Астра Тех» заметит, что кто-то копает под «Феникс», у нас будут проблемы.

Лео кивнул и снова склонился над планшетом. Реннер отошёл к пробковой доске, которую он завёл. Два имени. Корвин. Вегнер. Он взял маркер и написал внизу: «Феникс». И рядом: «Клайн», поставил знак вопроса.

Потом он подошёл к окну. За стеклом, в техническом колодце, ремонтный дрон всё ещё полз по стене, сверкая сварочной дугой. Или уже другой. Они все были одинаковые. Безликие машины, выполняющие свою работу.

Реннер смотрел на дрона и думал о том, что убийца — кто бы он ни был — не оставляет следов. Только запах озона. Только фрактальную рябь на аксессуарах. Только эхо на квантовом уровне. Он отвернулся от окна. Пора было возвращаться к работе. Вечером он планировал, наконец, добраться до Инженерного архива. А пока — нужно было проверить ещё кое-что.

Связи между жертвами. Корвин консультировал «Астра Тех» по квантовым технологиям. Вегнер работал над нанофабрикацией. Что общего? Что привело убийцу к обоим?

Он открыл терминал и начал поиск.

Глава 3 Следы

Инженерный архив «Монолика» занимал три этажа в сорок четвёртом секторе — в так называемом «поясе знаний», где располагались технические библиотеки, патентные бюро и исследовательские базы данных. Реннер бывал здесь редко. Не потому что не любил архивы — напротив, в бумажных документах он находил успокоение, которого не давали голографические экраны. Просто его работа редко требовала погружения в историю изобретений. Обычно хватало того, что лежало на поверхности: мотивы, свидетели, улики. Но это дело было другим.

Он вошёл в центральный зал архива и на мгновение задержался у дверей, привыкая к особой, музейной тишине. Зал был огромным — трёхцветное пространство с настоящими деревьями в кадках и панорамным куполом, сквозь который виднелась центральная ось станции. Вдоль стен тянулись ряды голографических терминалов, но в центре, на массивных дубовых столах (настоящее дерево, редкость на станции), лежали бумажные папки. Архив сохранял бумажные копии всех патентов, зарегистрированных на «Монолике» за сто лет его существования. Это была не просто дань традиции. Это была страховка от цифрового забвения.

Реннер подошёл к справочной стойке. За ней сидела пожилая женщина с пучком седых волос и очками — настоящими, оптическими, не голографическими. Такие носили только те, кто принципиально отказывался от нейроинтерфейсов.

— Мне нужны патенты за последние десять лет, — сказал Реннер, показывая удостоверение. — Всё, что связано с высокоточной голографической проекцией, биомиметикой и сканированием молекулярной структуры.

Женщина подняла бровь.

— Вы знаете, сколько это?

— Догадываюсь.

— Две тысячи триста сорок восемь патентов. Только по голографии.

— Тогда сузьте поиск. Меня интересуют портативные устройства, способные воспроизводить человеческую внешность. В реальном времени. С достаточной точностью, чтобы обмануть человеческий глаз.

Женщина посмотрела на него поверх очков.

— Таких патентов нет.

— Совсем?

— За последние десять лет — ни одного. Я помню всё, что проходит через этот архив, детектив. Высокоточная голография существует, но она требует стационарных проекторов. Портативных устройств с такой детализацией никто не регистрировал.

— А за последние двадцать лет? Тридцать?

Женщина задумалась.

— Была одна заявка, — сказала она медленно. — Давно. В начале сороковых годов. Проект «Феникс». Но её отозвали до регистрации. И все связанные документы засекретили.

— Кто подал заявку?

— Корпорация «Астра Тех». Ведущий разработчик — инженер Виктор Клайн.

— Что случилось с заявкой?

— Я же сказала: отозвали. Данные изъяли. Даже бумажные копии, — женщина развела руками. — У нас ничего нет. Только регистрационный номер в журнале.

Реннер кивнул. Он ожидал этого. «Астра Тех» зачистила следы тщательно — так тщательно, что даже в бумажном архиве не осталось ничего, кроме номера.

— Можно взглянуть на журнал?

Женщина принесла тяжёлую книгу в кожаном переплёте. Журнал регистрации патентных заявок за 2145 год. Реннер нашёл нужную страницу. Номер 2145-0784. «Проект «Феникс». Устройство для высокоточного воспроизведения биометрических характеристик». Заявитель: «Астра Тех». Ведущий разработчик: Виктор Клайн. Статус: отозвано.

И всё. Больше ничего.