Алекс Хай – Страж (страница 22)

Едва слышный шорох — и фигура на камнях дёрнулась. Тень вцепилась в плечи, рывком оторвала человека от укрытия и потащила ко мне, не дав опомниться.

Я шагнул навстречу, жестом приказав тварям не двигаться. Тень подтащила ко мне человека в облачении Лунных стражей. Тёмная дымка рассеялась, и я увидел лицо.

— Проклятье… — вырвалось у меня.

Глава 7

Лицо девушки было белее снега, губы дрожали. Тень удерживала её, не причиняя вреда, но она всё равно тряслась так, будто её били по позвоночнику.

— Лия, — выдохнул я. — Взорвись на тебя гриб…

Её взгляд цеплялся за моё лицо, за фигуры Солдат, за темноту, что клубилась за их спинами. Когда она наконец заговорила, голос прозвучал тонко, словно чужой.

— Ты… — Она сглотнула. — Ты… с ними?

Всё происходило слишком быстро. Мои Солдаты окружили её, слегка наклонив головы. Их горящие глаза отсвечивали зелёным в ночной мгле. И если бы я не знал их запах и повадки, наверное, сам бы теперь отшатнулся. Потому что сейчас в них не было и намёка на человеческое. Лишь древняя преданность и холодный, равнодушный разум.

«Повелитель», — произнёс Пергий с едва слышной вибрацией в голосе, — «она узнала тебя. Узнала о нас. Это навредит тебе. Мы можем…»

Он не договорил. Но в той паузе звучало всё, что нужно было понять.

Можем её убить.

Я выдохнул, медленно опустил клинок. Металл слегка дрожал в руке.

— Нет, — сказал я. — Не трогайте её.

Пергий молча повернул ко мне лицо. Его взгляд всегда был тяжёлым, как камень, но сейчас он казался почти укоризненным.

«Она опасна для тебя», — продолжил он. — «Её разум теперь знает то, чего не должен. Это знание станет оружием против тебя. Ведь ты сам хотел сохранить тайну».

Лия всё ещё смотрела мне в глаза. И в её взгляде уже было не только непонимание — там зрела та самая угроза, о которой говорил Пергий. Зёрна недоверия, подозрения, которые рано или поздно проросли бы в ненависть.

Я знал это. И всё равно не собирался позволять им сделать то, что они считали правильным.

— Есть другой способ, — сказал я. Голос сел, но я продолжал говорить. — Пергий. Ты уже однажды уже проникал в мой разум. Ты помог снять то, что мешало мне вспомнить. Значит, ты можешь работать с памятью.

Солдат замер. Остальные твари переглянулись — не глазами, а лёгким еле ощутимым движением грудных пластин, как если бы обменялись словами без звука.

«Я никогда не делал этого с человеком, который не связан с… империей», — медленно проговорил Пергий. — «Я не знаю, что это сделает с её разумом. Она может умереть. Или сойти с ума».

— Лучше безумие, чем смерть, — выдохнул я. — Если есть хоть шанс… Попробуй. Но поторопись.

Пергий сделал шаг к Лие, и она инстинктивно отшатнулась. Моя Тень сдавила плечи девушки, не давая ей возможности пошевелиться.

— Ром, нет! Пожалуйста…

Она не кричала. Лишь умоляла шёпотом.

— Тебе не стоило за мной следить, — отозвался я. — Прости.

Лапы Пергия — а может, всё же руки — не издавали ни малейшего звука, когда ступали по камням. Он протянул конечность, коснулся плеча Лии, потом, чуть медля, прижал ладонь к ране на руке — той самой, которую она получила ещё в прошлой операции. Лия вздрогнула, но не отпрянула. Её глаза стали ещё больше, зрачки расширились так, что почти слились с радужкой.

«Странно», — пробормотал Пергий так тихо, что я едва слышал. — «Я… чувствую в ней отголоски Империи».

— Что? — я моргнул. — Ты хочешь сказать…

«Её кровь. Далёкая линия. Почти угасшая, но всё ещё есть. Эта девушка — потомок тех, кто служил Императору. Один из её предков пришёл сюда во время Вторжения».

Лия открыла рот, чтобы что-то сказать, но не успела. Пергий коснулся её виска.

Мир вокруг словно стал гуще. Воздух наполнился чем-то, что не имело ни цвета, ни запаха, но от чего по коже пошли мурашки. Я едва не шагнул назад. Всё выглядело так, словно сама ночь наклонилась к ней и теперь что-то шептала. Тёмный шёпот без звука.

Лия вздрогнула, а потом замерла, как статуя. Только дыхание было неровным — рваным.

Я наблюдал, как Пергий склонил голову чуть ближе к её лицу. Он не шевелился, не издавал ни звука, но я знал, что внутри её головы сейчас шла борьба.

Сколько это длилось, сказать не мог. Может, минуту. Может, час. Для меня это была целая вечность.

Наконец его лапа дрогнула. Он медленно убрал руку и выпрямился. Тяжело посмотрел на меня.

«Я смог, благодаря крови» — сказал он. — «Она не будет помнить. Но если кто-то будет слишком настойчиво ворошить её память, это может разрушить работу».

— Спасибо, — хрипло сказал я. — Ты сделал больше, чем я мог просить.

«Ты — наш Повелитель. Наш вождь в этом мире. И наш долг — защищать тебя».

Я снова посмотрел на Лию. Она лежала с закрытыми глазами, не шевелясь. Лицо было бледным, губы чуть посинели.

— Благодарю вас. А теперь уходите, пока вас не заметили другие, — тихо велел я. — Делайте то, что велел раньше. Ищите гнёзда. И лаборатории. Выясните всё, что сможете.

«Будет исполнено», — отозвался Пергий.

Они исчезли так, как и появились — в одно мгновение. Их силуэты растворились в ночных тенях.

Я остался с Лией один.

Некоторое время я просто стоял напротив неё. Потом осторожно протянул руку и коснулся её щеки.

— Лия, — позвал я негромко. — Очнись.

Она вздрогнула. Глаза моргнули, фокусируясь. Ещё мгновение — и в них вспыхнуло смятение.

— Ром?.. — голос сорвался, едва слышно. Она приподнялась на локтях и растерянно озиралась. — Где я… Что случилось?..

Я ухватил её за локти, чтобы удержать.

— Видимо, обморок, — спокойно сказал я. — Не знаю, что ты здесь забыла, но больше одна не гуляй.

Она несколько раз моргнула, медленно глотая воздух.

— Я… — она прижала ладонь к виску. — Мне… странно… Я не помню, как здесь оказалась.

— Ты переутомилась, — сказал я твёрдо. — Сначала долгий переход, стычки, потом расквартировка. Пойдем, я провожу тебя.

— Да, конечно. Прости, я не хотела доставлять неудобств… Мне так стыдно.

— Всё в порядке. Идём.

Я поднял её на руки и медленно двинулся обратно в лагерь. На мгновение показалось, что где-то за скалами вновь дрогнула тьма. Но я не стал останавливаться. Если кто-то ещё и видел нас сейчас — то пусть видит. Пусть думает, что мы просто возвращаемся после короткой прогулки.

В конце концов, это была не худшая из правд.

Мы шли безостановочно почти полдня. Лия держалась рядом со мной молча. Иногда я чувствовал её взгляд — долгий, изучающий, будто она всё ещё пыталась вспомнить, что случилось прошлой ночью.

К полудню дорога стала ровнее, и я понял, что мы приближаемся. Холмы постепенно расползались вширь, как седые волны, и впереди наконец возникли башни Элуна.

— Великая Ночь, — пробормотал кто-то из стражей, — они ещё держатся.

Форт возвышался над равниной огромной серой громадой, но даже издалека было видно, что стены пострадали. На камнях чернели пятна, в нескольких местах обуглились бойницы, словно их облизывал огонь. Под стенами — тёмные груды тел тварей.

— Похоже, им устроили весёлую ночь, — хрипло сказал Юрг, когда мы приблизились.

Я промолчал. Не хотелось шутить. Ветер доносил запах гари, свежей крови и чего-то ещё — того странного, кислого-сладкого запаха, который всегда оставался после тварей.

Перед главными воротами нас ждал отряд элунцев. Бойцы стояли молча, выстроившись в две шеренги. Их плащи были в копоти, доспехи в выбоинах, многие были в бинтах и повязках. Один из них шагнул вперёд и поднял руку в приветствии.

— Воины Альбигора… — его голос звучал низко и хрипло. — Добро пожаловать в Элун. Не самое гостеприимное место, но другого у нас всё равно нет.