Алекс Громов – Историкум 2. Terra Istoria (страница 64)

Когда за Муноди закрылась дверь, Фауст извлек планшет и начал набрасывать текст своего выступления в телепередаче, которую предложили снять новые чешские знакомые. Многие куски он зачитывал вслух.

— Отдельный раздел информационной подготовки Контакта посвящен его «идеологическим» проблемам. Какие религиозные представления могут иметь инопланетные разумные существа при условии, что такие у них вообще есть? Чем они будут отличаться от наших мировых религий? Каковы религиозные верования разумных инопланетян? Как утверждает д-р Йоганнес Фибаг в своей работе «Контакт! — А что потом?», «их религиозные представления будут отличаться от наших в широких пределах. Это неизбежность, ибо наши религии имеют разные истоки, они развивались в определенные исторические времена и в совершенно разных исторических условиях… к этому следует добавить, что большинство этих религий являются, очевидно, не чем иным, как высокоразвитыми карго-культами, возникшими из ранних контактов с инопланетными разумными существами».

— То есть они утверждают, что большинство наших религий — это лишь туземные карго-культы?

— Ты правильно оценила эту слегка замаскированную чужеземную идею, которую впервые стали использовать еще в XIX веке, но реально известной она стала только после завершения Второй мировой войны. Туземцы якобы стали поклоняться сделанным из камней, глины, веток макетам самолетов и призывать «богов с небес» с их бесценными дарами.

— Для того чтобы выжить, туземцам нельзя быть наивными и доверчивыми! Кстати, один русский студент-историк, с которым я переписывалась, однажды заявил, что хотя и говорят, что у них медведи по улицам городов ходили, но он ни разу не встречал упоминания на русско-российских просторах карго-культов, ни их следов. Дары — те бы точно растащили, а вот строить бесплатно ради чего-то грядущего мифического — не стали бы… И попробуй сейчас индуса или другого азиата что-то бесплатно попросить сделать! Сразу вопли — давай бакшиш!

— Да, тут ни карго, ни карга не помогут…

— И вот возникла история о Джоне Фруме, том еще деятеле с Вануату, обещавшем много чего…

— А где именно находится то самое Вануату?

— Новые Гебриды. Так их обозвал Джеймс Кук. В юго-западной части Тихого океана.

— А кем же был легендарный Джон Фрум, обещавший каргочанам богатство и процветание?

— Почти чудесник в американской военной форме? Да кто ж его знает… От его имени обещали жителям далекого Вануату наступление новой эры и процветание для всех последователей.

— Ну разве такое может сбыться?

Да вот самое странное заключается именно в том, что сбылось. Каргочане покинули свои жилища и отправились в глубь острова Танна. И тут появились те самые…

— Пришельцы со звездолетов, до иллюминаторов набитых подарками?

— Нет, это в первую очередь ожидает жителей европейских и североамериканских столиц. А в недалеком прошлом на Вануату всё происходило по плану, и поэтому чудеса были соответствующие. На остров высадились почти триста тысяч американских солдат и офицеров, воспринявших остров как рай в эпоху Второй мировой войны. По сведениям этнографов, популярными мифическими персонажами стали Санта-Клаус и Дядя Сэм.

— А когда те, одарив аборигенов мелкими сувенирами, ушли воевать дальше?

— Каргочане построили символическую взлетно-посадочную полосу и макеты самолетов, символические вышки, на которых, исполняя ритуалы «дежурства», бдили так называемые «диспетчера». Многие обматывались вокруг себя обрывками найденных проводов и принимали от улетевших «сигналы». И не обошлось без символических военных парадов, проводимых 15 февраля.

— И все они верили в Фрума?

— Не все. Но в XX веке больше верят тому, кто одет в форму американского военного, чем в накидку а-ля греческий мудрец. К тому же участникам парада выдавались фирменные футболки. Тебе это ничего не напоминает?..

— Постой, а что это у тебя за пузырьки в рюкзаке?

— Капли датского короля.

— А если серьезно?

— Дедушкины микстуры.

— От чего они?

— От кашля и иллюзий. На самом деле — средства для создания оптических иллюзий. Бабушка дала на крайний случай. Фауст был хорошим алхимиком, и кое-какие из его изделий удалось сохранить.

— А вот если честно — он умел делать золото из свинца?

— По словам бабушки, это было одной из главных причин, почему дедушку на Земле так долго и усердно искали, потратив силы и средства.

— Почему же дедушка не воспользовался своими изобретениями на вашей Айдаху?

— А что он мог ими делать, жарить картошку? Ну сделал бы золото, и на любом галактическом пункте его бы арестовали за незарегистрированную трансмутацию. К тому же на Айдаху не было и нет ни демонов, ни чего другого.

— Что, на Земле они были?

— На Земле в них верили. А пока в них верили, люди боялись и не хотели рисковать.

За окном сквозь дождь и туман проступали контуры сначала холмов Винервальда, а потом уже и альпийских предгорий.

— В хорошую погоду здесь красиво, — сказала Грета, — горы снежные видны. А ты с помощью дедушкиных средств можешь сделать хорошую погоду?

— Чтобы гарантированно привлечь к нам внимание всех контрольных служб?

— Тогда, пожалуй, не надо. Хотя жаль…

Одну из склянок с составом, создающим завесу невидимости, Фауст продолжал машинально вертеть в руках, даже когда вышел в коридор уточнить время прибытия. Это его и спасло, когда на подступах к тамбуру он буквально уткнулся в спину Макса. Помощник Тритермия уже оборачивался, когда Фауст швырнул ему под ноги склянку и ринулся обратно в купе.

— Выходим немедленно!

Он спешно накинул на одно плечо лямку рюкзака и буквально поволок Грету к другому выходу из вагона. Поезд не спеша вползал под стеклянные своды огромного вокзала. Едва он остановился, Фауст и Грета ринулись прочь, отбежали по платформе и притаились за каким-то киоском.

— Что там? — прошептала Грета.

— Макс. Помнишь, на прессухе был такой?..

— Да. Выследили…

— Может быть, сумеем оторваться.

В дорогу дальнюю…

Поезд тронулся, быстро набирая скорость. Дождавшись, пока он скроется из виду, и осмотревшись — Макса не было видно, — Фауст выпрямился и спросил:

— Где мы оказались, как ты думаешь?

— Что думать, когда можно посмотреть! — Грета прошествовала к прилавку киоска и констатировала: — Зальцбург.

— Слушай, давай вино допьем, чтобы этим гадам не досталось!

— И правда, в университетской подворотне мы еще не пили!

Подворотня местного университета оказалась высокой и просторной аркой, под которой скрывалось от дождя немало людей. А возможно, и не только людей. По крайней мере, украшавшая ближайшую площадь статуя кого-то неопознанного в плаще, которую какой-то остряк громко обозвал памятником неизвестному назгулу, в те редкие минуты, когда на нее не смотрели, незаметно усаживалась поудобнее.

Злоупотребивший согревающими средствами японец тщетно пытался вскинуть на спину свой огромный рюкзак с фототехникой, каждый раз теряя равновесие. Вокруг уже собрались болельщики, подбадривавшие его криками:

— Давай еще!

И тут появились сотрудники галактической службы безопасности.

— Ну вот, молодой человек, доигрались вы. Теперь домой и без всякого права участвовать в подготовке контакта. Вы растратили разрешенное время пребывания, а теперь ваша виза истекла.

— Прямо вот сейчас?

— Ну, если вы склонны к формальностям, у вас есть еще десять минут. Как раз успеете попрощаться.

— Думаете, мое исчезновение пройдет незамеченным?

— Зачем исчезновение? Всё будет выглядеть так, будто американский исследователь улетел обратно в Штаты и оттуда прислал заявление, что не намерен больше давать интервью. И не питайте иллюзий — наследственный гипноз, дар которого вы унаследовали от своего дедушки, на меня и сотрудников не действует.

— Где Макс?

— Странный вопрос. Казалось, у вас на Земле другая сердечная привязанность…

Похоже, на Макса микстурка подействовала основательно, размышлял внук доктора Иоганна. Он хмуро ждал открытия орбитального лифта, стоя рядом со своим внушительным рюкзаком.

— Что в рюкзаке? — спросил представитель службы безопасности.

— Личные вещи. Белье. Грязное, между прочим. Неужели будете в нем копаться?

— Нет уж, дедушкин фокус у вас не пройдет. Доставайте ваше бельишко! Эх, барышня, и не стыдно вам было доверяться такому неудачнику!

Грета взвилась из рюкзака, словно тролль из табакерки, и обложила безопасника такими отборными ругательствами, что тот, доселе похожий на сигома, внезапно стал похож на слегка напуганного человека и покраснел.

— Извини, что так получилось, — проговорил Фауст.