Алекс Грэйвуд – Отреченные обществом (страница 1)
Алекс Грэйвуд
Отреченные обществом
Глава 1
Эта книга расскажет вам о ночной жизни той самой элиты, которую вы никогда не встретите в дневное время. Именно здесь, в полумраке притонов, откроются истинные лица людей. Вся история вымышлена, как и имена персонажей, и не имеет никакого отношения к жизни какого-либо человека.
Когда город спит, ночью начинается новая жизнь. Жизнь, которая находится за занавесью дневного покрова. События развивались в одном из городов нашей необъятной страны. В одном из подпольных казино каждый вечер собирались прошмандовки разных мастей. Среди них была проститутка, которая обладала особенной внешностью, и звали её Наташа. Она была не столь вульгарна, как её коллеги. Также там собирались любители потратить деньги в казино и поклонники этих девиц — и были они не кто иные, как лица мужского пола. Всё это отребье считало себя высшей элитой ночного кошмара, а своих проституток — прошмандовками высшего пилотажа.
Ежедневная вакханалия была похожа на одну из картин Питера Пауля Рубенса — «Пир богов на Олимпе». Конечно же, это безумие не обходилось без попойки. Спиртные напитки лились рекой, а разные яства украшали и без того пышно накрытые столы. Полупьяные мужчины вели себя вульгарно, а некоторые и буйно, кидаясь на других посетителей, которые в своей безобразной манере небрежно отпускали комплименты их дамам — в лице всё тех же самых прошмандовок.
Наташа была натурой своеобразной. При каждой возможности она старалась держаться подальше от этого источника бурных страстей, но полностью избежать всего этого ей не удавалось никогда. Хотелось ей того или нет, но участницей ночных потех так или иначе она являлась. Задача проститутки заключалась в том, чтобы веселить своих богатых клиентов. А оттого на их лицах всегда должна была быть улыбка, невзирая на внутреннее состояние. В правила проститутки не входило о чём-то лишнем разговаривать со своими клиентами.
Но так получилось, что очередной клиент Наташи был человеком от слова «любитель поболтать». Оттого-то его друзья и дали ему прозвище Болтун, хотя настоящее его имя было Дмитрий.
Они сидели за дальним столиком. Дмитрий долго и без умолку о чём-то рассказывал, но вдруг резко замолчал. Он внимательно посмотрел на Наташу, словно впервые разглядел её под слоем макияжа, и тихо спросил:
— Слушай, Наташ, как ты вообще попала в это место? Ты же совсем не похожа на остальных. Наташа горько усмехнулась. Сама от себя не ожидая, она решила открыться ему. Дмитрий слушал очень внимательно, подперев голову рукой.
— Дима, я росла в неблагополучной семье, — Наташа горько усмехнулась. — Отец всё время выпивал и к этому делу пристрастил свою жену, мою родную маму. Оттого-то ещё ребёнком я росла сама по себе. По большей части меня вырастила улица. Мои уличные подруги были тоже не из благополучных семей. В садик я практически не ходила, а в школе почти не появлялась. Хотя учителя в своё время поговаривали: если бы у меня были нормальные родители, то я стала бы успешным ребёнком. Но вместо этого у нашего дома вечно стояла патрульная машина. Полиция то забирала, то приводила их по очереди: отца — за пьянку и дебош, а мать — за пьянку и буйное поведение. Так пролетали дни, месяцы, годы…
.— И ты не пыталась уйти от этого? — негромко спросил Дмитрий.
— Пыталась, — Наташа вздохнула и сделала небольшую паузу.
— И? — с огромным интересом спросил Дмитрий.
— Однажды я решила изменить свою жизнь и подружиться с нормальным парнем из нормальной семьи. Но молва о моей семье, как и обо мне самой, словно чума, пролетела от одного конца города до самых его окраин. В итоге ни один парень, который меня знал, не хотел связывать свою жизнь с девушкой с такой падшей репутацией. А те, кто меня не знал, после знакомства с моими родителями сначала застывали от шока, а потом исчезали как дым.
Сделав глоток из бокала, в который был налит виски, она продолжила свою горькую историю:
— Устроиться на работу я не могла лишь по той причине, что у меня не было никакого образования. Из школы я аттестат не получила — дали на руки справку о том, что прослушала материал за девять классов. Это было клеймом того, что я ребёнок из неблагополучной семьи и с дефицитом знаний. Такую, как я, на работу официально не возьмут. Впав в отчаяние, я не знала, куда себя деть. На работу не берут, замуж не берут, денег почти нет.
— А на что же вы жили тогда? — вполголоса спросил Дмитрий
.— Для заработка денег отец шабашил: кому-то огород перекопает, где-то разнорабочим на стройку пойдёт. Мать моя ходила по чужим дворам и искала одиноких старушек, которые нуждались в помощи, и чем могла помогала им. Денег в достатке никогда не было, а если и появлялось немного, мать и отец на пару тут же их пропивали.
Когда отец выпивал, то в порыве своего буйного характера занимался рукоприкладством. Доставалось не только матери, но перепадали оплеухи и мне. Подруги меня жалели, но поделать ничего не могли с той обстановкой, что царила у меня дома. Часть моих приятельниц уже работали на постоялом дворе — были теми самыми прошмандовками, но меня пока с собой не звали. Может, боялись, что я сдам их полиции, а может, просто выжидали нужного момента.
Наташа вдруг грустно улыбнулась, вспомнив что-то светлое:
— Некоторые люди не верят в чудеса новогодней ночи, но это ещё не значит, что их не бывает. В моей жизни такое чудо однажды произошло, и я была весьма удивлена. Наступила долгожданная зима, которая обещала принести много радости детишкам, потому что выдалась она очень заснеженной. Благодаря этому отец заработал достаточно денег, расчищая дворы и крыши. Мать тоже подработала немало. Одинокие старушки не могли передвигаться по сугробам и вынуждены были прибегать к помощи со стороны, которой как раз и занималась моя мама. К концу декабря работы у них оказалось так много, что они были полностью ею увлечены. Они просто не успели пропить все деньги и решили прикупить продуктов к празднику.
И вот наступила эта новогодняя ночь, — продолжала Наташа, время от времени делая глоток виски.
— Семья собралась у стола. Красноречивыми родители мои никогда не были, но в эту ночь что-то изменилось. Встал отец и произнёс предновогоднюю речь: «Наташа, ты извини, что мы с мамкой выпиваем и из-за нас у тебя такая жизнь». После этих слов он пошёл в другую комнату и вынес оттуда какой-то пакет. Подошёл ко мне и протянул его. Я заглянула внутрь, и меня повергло в шок от увиденного. Там лежал новогодний подарок, купленный моим отцом. Сказав спасибо, я ушла в свою комнату, уткнулась в подушку и зарыдала словно дитя. Ведь подобного тепла я не видела все свои двадцать три года.
Она сглотнула подступивший к горлу комок:
— Мне казалось, что жизнь начала налаживаться, и в одночасье на душе воссияло солнце. Окрылённая этим чувством, я с великим усердием стала строить планы на будущее. Но прошло пару недель новогодних празднеств, и всё вернулось в прежнее русло. Родители стали пропивать оставшиеся деньги, и тогда все мои мечты растаяли, как снег с наступлением весны.
Голос Наташи задрожал от того, что ей предстояло рассказывать дальше:
— Наступившая весна была тёплой и радостной для окружающих, но только не для меня.
Весна — это пора, когда люди выходят в свои огороды, на дачные участки, — продолжала Наташа, глядя в пустоту.
— А еще это был сезон для отца, чтобы заработать деньги на этих самых огородах. Я той весной тоже ходила и искала работу в частном секторе. Надеялась, что смогу изменить финансовое положение семьи, и наша жизнь наладится. Идя по улице, я увидела пожилую женщину, у которой в обеих руках были тяжёлые сумки. Подойдя поближе, я узнала в ней маму девочки, с которой некогда училась в одном классе. Я поздоровалась и предложила помочь донести ношу. Женщина согласилась, ибо сил идти дальше у нее просто не было.
Дойдя до её дома, она решила отблагодарить меня за помощь и дала немного денег. Сначала я отказывалась, но она чуть ли не силой запихала купюры мне в карман. На радостях от того, что сама заработала первые деньги, я поспешила к себе домой. Но, переступив порог, увидела ужасную картину...
Отец с матерью были мертвы. Они угорели во время очередной пьянки.
Наташа закрыла лицо руками и тихо заплакала. Дмитрий осторожно коснулся её дрожащего плеча.
— После похорон я сидела дома, — прошептала она.
— Не знала, что мне делать, куда идти и вообще как дальше жить. Тогда я решила обратиться за помощью к уличным подругам. Те, в свою очередь, и предложили мне «высокооплачиваемую» работу здесь.
Когда я пришла сюда, мне всё объяснили: что и как надо делать. Так как у меня не было других вариантов, я согласилась. И с тех пор зарабатываю на жизнь в этом злачном месте.
Выслушав эту печальную историю, Болтун проникся к Наташе глубокой, искренней жалостью. Жалость — ох, как же странно и сильно это слово звучало на фоне убогого притона! Кто-то скажет, что каждый из нас сам выбирает свой жизненный путь и идёт по нему. Но это изречение ошибочно, ибо не всегда человеку подвластно выбирать свою судьбу. Иногда обстоятельства складываются так, что мы вынуждены идти далеко не по той дороге, по которой хотели бы сами.
Но для Наташи встреча с Болтуном изменила всё. Она продолжала жить в родительском доме, который достался ей после их смерти. Время от времени Дмитрий приходил в казино, но шёл он туда не ради игры и траты денег, а именно к Наташе.