Алекс Гор – Контуженный: Побратим (страница 7)

– Следующий, – скомандовал доктор, и моё место занял другой человек.

На обе клетки у него ушло буквально десять минут, после того как браслетами обзавелись все, этот эльф поделился с нами тем, что это такое.

– Это не простые браслеты, они будут следить за вашим состоянием и поведением, если надумаете дурить, они введут вам один очень интересный препарат, от него вы испытаете массу положительных эмоций, ха-ха-ха, после него вы больше так делать не захотите. Ну, а для особо буйных в них встроен шокер, который может вас прикончить.

Ничего более не говоря, он развернулся и отправился на выход из помещения, робот, раздающий браслеты доброты, отправился вслед за ним, перемещая в воздухе свою летающую платформу. Я внимательно осмотрел полученный девайс, как и на наручниках, на нём не было никаких стыков, соединений, кнопок и отверстий, неужели всё у них настолько продвинутое. Хотя, да что тут говорить, я только что своими глазами увидел робота и самого настоящего инопланетянина.

– Интересно, что такое нейросеть? – задумчиво проговорил я, и меня услышал один из людей.

– Это такая штука, которая устанавливается в мозги, парень, вот такие штуки есть у людей со звёзд, – подняв вверх указательный палец, глубокомысленно изрек он.

– Людей со звёзд? – переспросил я.

– Да, тех, кто нас украл.

– А ну-ка, ну-ка, откуда сам будешь, добрый человек, – заинтересовавшись, спросил я у разговорчивого сокамерника.

– Я с Холдена, пытался завербоваться на работу, и слишком поздно понял, что что-то не так. Нас оглушили и просто продали в рабство.

– Так ты не Земли?

– Нет, я с Холдена, – просто ответил он.

– Так что это за нейросеть такая, можешь рассказать поподробнее? – попросил я поделиться информацией, сейчас было важно как можно больше понять и составить план действий.

– Знаешь, это как компьютер, только в голове.

– Интересно, а зачем тогда ему понадобились именно мы, есть предположения?

– Да кто ж его знает, – хмыкнул он, – может, потому что нас никто искать не будет.

– Похоже, ты прав, дружище, – на этом разговор с этим, как оказалось, тоже инопланетянином, закончился.

Через час этот эльф вернулся и забрал из нашей и из соседней клетки по одному человеку. В этот раз он был в сопровождении совсем другого робота, и его спецификация была явно не медицинской, обе его конечности заканчивались каким-то оружием внушительного калибра.

– Это боевой абордажный дроид «Сокар-120», он настроен на защиту меня от любого вашего агрессивного поведения. Попытаетесь дернуться, и тут же будете уничтожены, – познакомил нас с новыми реалиями Лозар.

Сомневаться в его словах было бессмысленно, и два человека покорно пошли туда, куда указывал им доктор, ну, а нам доставили пищу в небольших контейнерах, их было ровно восемнадцать штук. Мы быстро разобрали их, и я повертел его в руках, затем потянул за один из уголков, обозначенных другим цветом, и верхняя защитная плёнка легко отделилась. После этого прямо у меня в руках разделённый на три ячейки паёк начал разогреваться.

Вот это круто, однако, паёк так паёк. Внутри контейнер был разделён на три ячейки, а в специальном пазе сбоку находилась пластиковая ложка. Так как я уже давно нормально не ел, то тут же накинулся на горячую пищу, после той бурды, которую нам давали у пиратов, этот паёк, несмотря на странный цвет пищи, показался мне пищей богов. Какая-то розоватая каша влетела в меня просто на ура, следом за нею последовало зеленоватое пюре со странным, но вполне съедобным вкусом, ну, а в третьем отделении оказался какой-то горячий напиток, как я понял, его предполагалось использовать в конце и пить прямо из контейнера. На всё у меня ушло две минуты времени, и, хотя внешне казалось, что продуктов немного, я чувствовал себя сытым, видимо, эта пища была достаточно калорийной. Закончив с едой, я посмотрел на своих товарищей по несчастью, глядя на меня, они тоже разобрались с тем, как разогревается контейнер и сейчас с воодушевлением поглощали находящуюся в нём пищу. На всякий случай я облизал и спрятал пластиковую ложку в карман, а контейнер смял в комок. В таком состоянии он занимал очень мало места.

На всякий случай я выбрал себе место в самом дальнем углу, инстинкт выживания подсказывал мне, что участвовать в этом сомнительном эксперименте надо в последнюю очередь. Если он что-то тестирует, то лучше уж пусть эти непонятные и неблагонадежные прибалты пройдут передо мной, и технология пусть отрабатывается на них.

На следующий день всё повторилось, опять пришёл этот эльф и увёл с собой двоих, ну, а нам принесли пайки, они были точно такими же, как и в прошлый раз, но сейчас я решил растянуть удовольствие и ел не спеша, ложку опять припрятал. Делать в клетке было абсолютно ничего, разговаривать ни с кем не хотелось, даже тот разговорчивый инопланетянин впал в какое-то состояние уныния и не горел желанием общаться.

На пятый день в каждой клетке осталось по пять человек, я не знаю, чем руководствовался этот экспериментатор, но он отбирал из каждой клетки по одному определённому человеку, вполне возможно, это было как-то связано с тем обследованием, которое он производил. Через неделю нас осталось по трое в каждой клетке. Разговаривать с этим существом никто не решался, тем более после того, как нам были установлены эти браслеты. День за днём нас становилось всё меньше, и вот настал момент, когда в клетке вместе со мной остался только один человек и в соседней клетке тоже. В назначенный час пришёл Лозар и забрал ещё двоих, ну, вот и все, завтра моя очередь.

В соседней клетке остался молодой парнишка, значит, и он чем-то выделялся, тут два варианта – либо у него такие же отличные мозги, как у меня, либо возраст.

– Эй, парень, – позвал я его, подойдя к прутьям решетки.

Услышав меня, он повернул ко мне лицо и переспросил:

– Вы ко мне обращаетесь?

– Да, дружище, именно к тебе. Или ты ещё кого-то тут видишь?

Он огляделся и заметил:

– Нет, никого, кроме вас, я не вижу.

Похоже, всё-таки у парня нелады с головой.

– Как тебя зовут? – спросил я его.

– Меня? – лицо парня выражало недоумение и растерянность.

– Да, тебя. Меня вот, например, Джон и завтра наша с тобой очередь идти за этим эльфом.

– Это не эльф, это аграф.

– Кто? – не понял я. – Какой такой граф?

– Не граф, а аграф, – пояснил он и замолчал.

– Да хоть король, мне насрать. Зовут-то тебя как? – парнишка начал раздражать меня своей тупостью.

– Я, я, я не помню, – широко раскрыв глаза, проговорил он.

– То есть, как это не помнишь? То есть, этого аграфа ты помнишь, а как тебя зовут, не помнишь?

– Не помню, – подтвердил он, – когда ты про него сказал, в голове само всплыло.

– А что вообще ты помнишь, дружище?

– Я не знаю, в голове всё путается, в себя пришел, когда был уже в клетке.

– А тебя по башке в последнее время не били? – поинтересовался я у бедолаги.

– По чему? – переспросил он, явно не поняв этого слова.

– Ну, по голове, – пояснил я ему.

– Я не помню, – паренек начал ощупывать свою голову, – вроде не болит ничего.

– Всё с тобой понятно, такой же порченый, как и я, ну что ж, тогда придётся дать тебе имя, – я задумался, как бы его назвать, и тут меня осенила идея, – знаешь, парень, я придумал, как я буду тебя звать. Ты будешь Доцент.

– Доцент? – переспросил он.

– Да, Доцент, героическое имя с моей родины, – подтвердил я.

– Хорошо, – вяло согласился он, – любое имя лучше, чем никакого.

– Тут ты прав, парень, ну, а меня можешь называть Джон.

– Джон? Хорошо, Джон.

      Я осмотрел его одежду, если я был в своей камуфляжной форме, то он был одет в какой-то мешковатый жёлтый комбинезон, который явно был ему великоват. Я уже успел увидеть подобный тип одежды и все они сидели по фигуре, видимо, это какая-то арестантская роба, потому что я видел точно такую же на нескольких сокамерниках. Некоторое время я пытался с ним разговаривать, но он не мог дать мне абсолютно никакой информации, кроме этого странного слова «аграф», больше ничего не всплывало в его памяти.

      На следующее утро за нами пришли, этот эльф, который на самом деле аграф, вывел нас с Доцентом из клеток и под прицелом вооружённого робота, вернее, дроида, как их тут называли, повел куда-то по коридорам. Путешествие не продлилось долго и буквально через пятнадцать метров мы остановились и, войдя в открывшуюся дверь, попали в какую-то лабораторию. Ничем другим это быть не могло, осмотревшись по сторонам, я отметил множество каких-то приборов, микроскопов, непонятных сооружений и прочей технологической начинки. Нас подвели к двум креслам и приказали усесться в них, сопротивляться было бессмысленно и пришлось подчиниться. Этот экспериментатор начал что-то увлечённо готовить за одним из столов, а я всё-таки решил добыть от него хоть немного информации о том, какую участь он нам предназначил.

– Послушайте, уважаемый, – обратился я к нему, – вы ведь аграф?

Он повернулся и посмотрел на меня:

– Да, я аграф.

– Не могли бы вы, пока готовитесь к эксперименту, поделиться с нами тем, что вы хотите с нами сделать. Может быть, это поможет нам, и вам.

На несколько секунд он задумался, а потом пожал плечами.

– А почему бы и нет? – согласился он. – Я введу вам обоим экспериментальный прототип нейросети, к сожалению, ваши мозги очень низкого качества, этот вообще ещё слишком молод, чтобы ему устанавливать нейросеть, но у меня горят сроки, поэтому я должен проверить эту версию сборки. После того, как нейросеть будет установлена, вы отправитесь на планету, если вам очень повезет, и вы выживете, то вернётесь обратно.