Алекс Фрайт – Бумеранг-2 (страница 8)

Айрин вытянула шею, заглядывая через плечо. Сквозь похмельный дурман рядом с телевизором проявилось неизвестная мужская физиономия. Затем она рассмотрела чёрный зрачок направленного ей в лицо ствола, а потом и женщину, державшую его в руке.

– Сколько мы с тобой не виделись? – спросила та. – Пять лет. Верно?

Айрин вздрогнула. В горле булькнуло:

– Б-б-боул…

– Обнимать я тебя, конечно, не стану, – скривилась нежданная гостья и мрачно уточнила: – Не за этим пришла.

Айрин исподлобья бросила на неё переполненный ненавистью взгляд, затем принялась материться сквозь зубы.

– Не надо лирики, – поморщился мужчина, обвёл рукой погром в комнате и уточнил: – Чем короче будут монологи, тем быстрее мы с тобой закончим.

Ответом была очередная порция брани. Боул совсем не понравилось, что Айрин как-то уж слишком быстро пришла в себя.

– У тебя есть минута для ответа на простой вопрос, – сказала она.

Самое ужасное, что Айрин только могла ощутить в своём нынешнем положении – это неизбежность грядущего вопроса и свою беззащитность перед ним. Немедленной помощи она вряд ли дождётся, а эта сучка настроена серьёзно. Впрочем, за Боул и раньше не замечалось склонности к розыгрышам.

Она решила потянуть время с надеждой, что Логар вернётся.

– Вопрос… – она прищурилась, пристально рассматривала мужчину. Худой, длинный, невзрачный, но какой-то уж слишком самоуверенный. Да и эта дрянь тоже. «Неужели им удалось прикончить Логара?! – предположение было невероятным, но от этого не стало менее пугающим».

Она повернула голову к женщине:

– Что за вопрос?

– Кто она? – прошипела Боул. – Кто она такая, эта мерзкая тварь? Та, которая превратила меня в калеку?

Айрин сплюнула и поинтересовалась:

– Где ты была столько лет?

Боул едва сдерживалась, чтобы не прибить её на месте. Веко судорожно подёргивалось.

– Там, куда вы отправили. И те, кто меня встретил, были во всех подробностях проинформированы о маршруте, – она криво усмехнулась и вытянула вперёд правую руку, продемонстрировав протез вместо кисти.

– Удобная штука, – издевательски хихикнула Айрин.

Боул ткнула ей в лоб стволом и процедила сквозь зубы:

– Выкладывай! Иначе проделаю дыру и посмотрю сама.

Айрин зажмурилась. Что ей было сказать: «Извини, мы просто решили, что тебе пора сдохнуть?». А ведь тогда ей всё казалось проще простого.

Боул размахнулась. Предплечье под протезом отозвалось на удар острой болью.

– Прострели ей что-нибудь, – предложил Патрик. – Например, колено.

Услышав его бесстрастный голос, Айрин вдруг протрезвела окончательно, а протрезвев, осознала – именно так и будет, если она продолжит упираться. Сейчас палец разъярённой Боул дёрнется, а она даже не поймёт, что в этом мире для неё всё закончилось.

– Не надо так на меня так смотреть! – внезапно завопила она, хлюпая разбитым носом. Если бы не наручники, то она бы разорвала внезапно воскресшую Боул в клочья. – Я в спутниковых картах ничего не понимаю!

Айрин скрежетала зубами и пыталась вывернуть кисти из стального капкана. Она ведь была уверена, что Боул давно сдохла. И Логар не сомневался. А тут, как снег в июле… У неё не укладывалось в голове, как та смогла уцелеть. Правда, судя по тому, как она изменилась, плата за жизнь оказалась высокой, а если принимать в расчёт изуродованную руку – чрезмерной. Сейчас же, глядя в перекошенное от бешенства лицо, она поняла, что смерть может быть какой угодно, но всё равно – это будет банальный конец.

– Сука…

«Так и знала, что наступит день, когда всё рухнет, – она лихорадочно искала слова, которые помогут выкарабкаться и уцелеть. – Эта дрянь что-то определённо разнюхала…».

– Это не я! – она пыталась докричаться до Боул. – Оглохла?!

В голове суматошно прыгали мысли. Тогда она осознанно совершила ошибку. Ошибку, которую нельзя исправить. А всё потому, что в январе были уж слишком крепкие морозы.

…Пять лет назад выдалась небывало суровая зима, которая и послужила причиной всему. Синоптики утверждали, что таких морозов уже сто лет не было, а Айрин до зубовного скрежета ненавидела холод, не могла к нему привыкнуть и постоянно мечтала о жизни у тёплого моря, – а тут, как по закону подлости, стужа стояла такая, что лопалась кора деревьев.

Боул каждое утро тащилась на стрельбище, где, наверное, и застудила мозги. Логар не выпускал телефон из рук, постоянно с кем-то связывался, что-то решал. Райно часами разглядывал спутниковые снимки и рисовал на них одному ему понятные символы. А она, не вылезая из-под стопки одеял, просчитывала тысяча сто первый вариант возможных финансовых вложений. В перерывах между расчётами вглядывалась в круговерть метели за окном и, проклиная всё на свете, ждала весну. И она не смогла отказаться, услышав сумму, названную в качестве аванса. Угрызений совести она не испытывала, а рука не дрогнула, принимая конверт с деньгами. Ведь это из-за Боул она была вынуждена торчать в этом жутком месте, постоянно чувствуя себя так, словно между ног воткнули сосульку.

За столом бара в лагере подготовки их было четверо. Четвёрка из тех, кто ещё держался на ногах: она, Логар, Райно и эта дрянь. Боул и не подозревала, что за чудовищная смесь плещется в её стакане – они постарались всё сделать чисто.

Так они сидели до поздней ночи. Сидели и пили. И когда эта отмороженная на всю голову сучка раздумывала, какую спичку вытянуть, Айрин в мыслях уже лежала на горячем песке полинезийского атолла…

Она вдруг почувствовала, как предательски наполнились слезами глаза.

Боул не сводила с неё бешеного взгляда. Мужчина свернул пробку у бутылки с водой. Та зашипела и выплеснула на пол значительную часть содержимого. Одновременно с этим звуком Айрин ощутила дикое желание немедленно добраться до унитаза.

– Мне надо в туалет! – заорала она.

– Можешь под себя! – отрезала Боул.

Мужчина повернул к ней голову.

– Я не против, – сказал он и отхлебнул прямо из горлышка.

Айрин заёрзала, скрестила ноги и сжала бедра: мочевой пузырь внезапно превратился в надутый до предела воздушный шарик и грозился лопнуть. Оставалось только ткнуть в него иголкой. И Боул охотно примерила на себя эту роль.

– Помочь? – она перехватила оружие за ствол, размахнулась.

Айрин сжалась в комок.

– Нет…

Удар пришёлся в скулу. Айрин со стоном завалилась на бок. Ощущение тёплой струйки между ног вызвало приступ тошноты. Она сглотнула и зажмурилась. Вид загаженного пола был мерзким, а унижение невыносимым.

– Надо же, – удивлённо протянул мужчина. – Тебе удалось напугать её до смерти.

Айрин распахнула глаза.

– Это Логар, – она вытерла подбородок о плечо. – Спроси, когда его встретишь, – почему этот ублюдок вдруг решил вставить себе новые зубы?

– И почему же? – угрюмо поинтересовалась Боул.

– Потому что это он! – завопила Айрин.

– По-твоему я не способна отличить член от вагины? – Боул крутнула стволом у виска. – Я спрашивала не о мужчине.

– Была… – Айрин сплюнула тягучую от крови слюну и скрипнула зубами. – Была и женщина… Красивая шлюха. Такая же, как и ты, но гораздо привлекательнее… Она… Логар сразу наделал в штаны, когда её увидел. Она напугала его даже больше, чем тот человек, который пришёл вместе с ней. А потом…

– Надеюсь, имена у них были? – перебила Боул.

– К женщине никто не обращался, и сама она всё время молчала. Так что найди её и спроси сама. А мужчина… Пять лет прошло… Не помню! – вдруг заорала Айрин. – Штунц, Штанц… Не помню!

– Штольц? – оборвал её вопли мужчина.

– Наверное… не помню точно… – Айрин кинула на него умоляющий взгляд. – Наверное…

Она задёргалась, пытаясь передвинуться на сухое место. От мокрого белья и леденящего страха вверх полз озноб. Она мелко дрожала и выстукивала зубами: от ненависти к Боул и жалости к себе.

– Достаточно! – заявил Патрик. Он вдруг почувствовал себя по-настоящему неуютно, суетливо прибавил звук телевизора. Потом затолкал бутылку с остатками воды в карман и двинулся к двери. Уже от порога с явной озабоченностью обратился к Боул: – У тебя три минуты.

Она отсалютовала ему стволом и сузила глаза.

Патрик поморщился. В этот момент Боул была великолепна. Пришлось отдать ей должное. Он, конечно, и сам любил всякого рода эффекты: изящность, наглость и много чего другого, что примешивалось к их профессии. Вот только сдохнуть он не собирался, потому что сразу поверил Айрин. Провернуть такую шутку с Боул мог только Штольц.

Дверь захлопнулась и всё изменилось в одну секунду. Боул, крадучись, прошлась по комнате и остановилась где-то за спинкой кресла.

– Не надо… – Айрин почти онемела от ужаса. Она отчаянно выворачивала шею, пытаясь увидеть, что та собирается сделать.

– Хотела бы оказаться на моем месте? – шёпотом поинтересовалась Боул.