Алекс Елин – Безумья темный страх (страница 84)

- Снимайте ботинки. Ноги осмотрю.

- Ты себя осмотреть не забудь, - посоветовал Дримс, откидывая голову на кирпичный столб, к которому крепились ворота в госпиталь.

- Меня уже перевязали, ничего страшного. Ожоги, скоро заживут. Многим повезло куда меньше, - Джулиан утер серое лицо. – Спасибо, что спасли ее.

- Всегда к твоим услугам, - криво улыбнулся Дримс.

- Кого? – немедленно осведомился Лавджой.

- Даму сердца нашего лейтенанта, - хмыкнул Ривс. Мэйфлауэр залился краской от макушки до шеи, а потом выпалил.

- Я на ней женюсь! Вот закончится все это, и женюсь!

- Лучше женись сейчас, - махнул рукой Фрейд, присаживаясь на корточки рядом с Дримсом. Он сам себя назначил телохранителем Ривса, и все это время ошивался подле начальства. Как ни странно, но рядом с ним капитану было спокойнее. – Потом мало ли что случится. Ты это, лейтенант, живи сегодня и сейчас. Завтра-то может не наступить. Вона что творится у нас.

- Да, тут я с сержантом соглашусь, - хмыкнул Лавджой, но медик уже занялся осмотром ног Дримса и предпочел ничего не ответить.

- Вам надо в часть. Я не знаю, что уцелело в госпитале, но в лазарете у нас еще должна быть мазь от ожогов. У медиков тут она кончилась. Я посылал в гарнизон за бинтами, мазью и прочим. Раненных много, но их уже перетаскивают: к нам – военных, в школу, что тут рядом, - штатских, - заявил мальчишка. – Я сейчас промою раны, но нужно их обязательно обработать. Инфекция очень любит ожоги и потом ее трудно лечить. Особенно в Миранде.

- Хорошо, я доберусь до части, - пообещал Дримс. – Что вообще с медиками?

- Плохо, - признался парень. – Многих убили. Причем врачей. Вирусологов, инфекционистов и лаборантов, что не были во флигеле – вообще всех убили. Мертв главврач госпиталя и кардиолог, он тут один был. Медсестер тоже убили многих, санитаров… Единственного нашего нейрохирурга зарубила бабища какая-то… Дура. Он же ее как раз и вылечил, а она его…

Дримс понял, чью смерть видел в самом начале свалки.

- Хирургов осталось всего двое, причем один – хуже некуда и пьет, травматолога нет… Остались в основном терапевты, да пара студентов и ординаторов, что сюда приехали. Хорошо, хоть офтальмологов и еще пары других специалистов не было в госпитале… Карантин, кажется, прорван, - констатировал Мэйфлауэр.

- Может, и нет, - поспешил его утешить Ривс. – До отделения не дошли. Но там пациенты некоторые взбесились. Хотя всю лабораторию разгромили… Из ваших пробирок могло что-то ведь и вырваться, да и данные исследований, кажется, пропали, хотя может что и уцелело… Если вы их прятали еще где.

- Без тех данных и оборудования, а главное – людей, я не смогу восстановить всю работу, - признался парень. – Данные исследований были в одном экземпляре, я ж и предположить не мог, что кто-то будет громить лабораторию, убивать медиков и нападать на военных… Мы должны выжить, а получается, что люди сами хотят убить себя и весь город… Не представляю, как теперь восстанавливать все…

- Сделай, что сможешь, - попросил Ривс.

Уставшие, обгоревшие и раненные отцы-командиры (а именно ими уже помимо воли стали Лавджой и Дримс, и, конечно же, пребывавший в части полковник Лэндхоуп) посидели, помолчали, глядя, как над городом занимается рассвет, потом Лавджой напомнил:

- Ты про проповедника собирался мне рассказать.

- Да, - кивнул Ривс, утирая грязное и потное лицо ладонью. – Я что-то подобное уже слышал. Говорили на перекрестках и площадях несколько раз. Люди собирались, слушали, но не такие толпы, - признался капитан, кивая на усыпанную трупами площадь.

- А вот тебе и раз, - хмыкнул Лавджой. – Вроде ж раньше про болезни и кару богов только горланили. Ну, слышали мы про то, что твари зла нам не хотят, просто мы их не понимаем. Теперь, получается, еще какая дрянь им в башки втемяшилась? Теперь они уже и Тьму тьмой не считают? Скоро и Сета за своего парня принимать станут? – он помолчал пару секунд и спросил. - Ты своих зачинщиков прибил?

- Главного нет. Он невестой Джулиана успел прикрыться и в толпе скрылся – паскуда. Но я его знаю. Он как раз ко мне с разговорами и лез… Я рассказывал тебе и Лэндхоупу, помнишь?

- Помню, - кивнул Лавджой.

- Это был он.

- Плохо, - констатировал одноглазый капитан.

- Плохо, - согласился Ривс. – Я его упустил в подвалах госпиталя. Ребята же с площади никого не выпускали. Сейчас здания прочесывают, он, я думаю, спрятался. Будет новых адептов собирать.

- Будет, - кивнул Лавджой. – Его адепты и у главных ворот были, мой зам их тоже упустил. Толпу мой лейтенант-то по домам отправил, хоть и пострелял немного. Он ко мне и Сивиру и подошел в итоге. Мы покумекали и решили сделать сводный взвод и под моим командованием к тебе пойти. Я охрану у ворот и вокзала усилил. Усилил патрули и к тебе пошел. Кто ж знал, что у тебя тут такое творится?

- Никто, - вяло согласился Ривс. – Надо отдать приказ патрулям и всем военным и ополченцам: как видят проповедников – стрелять на поражение сразу же.

- Согласен, - кивнул Лавджой. – Нам же терять нечего, пусть хоть нас боятся.

- Тогда я пошел в часть, а ты тут закончи… Мне еще надо Ленса в чувство привести.

- Как он? – осведомился Лавджой.

- Действовал хорошо, но он никогда не видел войны и такого светопреставления, - признался капитан. – Он никогда не знал, что цена жизни одного человека может быть выше чем цена жизни другого, поэтому был в ужасе, когда я бросил умирать одну сестру милосердия ради спасения врачей… Кстати, Мэйфлауэр, как она?

- Была жива, но к вечеру умерла бы. Обгорела вся, глаз нет, кожи тоже, повреждены мышцы и все такое. Я ее добил, - парень устало вздохнул и поднялся.

- Сам? – в один голос поразились капитаны и сержант.

- Я ж военный врач. Мне приходилось, - с этими словами мальчишка пошел прочь.

Ривс устало принялся созывать своих солдат, им на замену пришли куда более свежие люди Лавджоя и Сивира, да еще неожиданные добровольцы из числа горожан, полиции и пожарных. Постепенно к площади подтягивались медики из гарнизона, а также гражданские, чья смена была сегодня утром, или же пенсионеры-врачи вновь вспоминали свою молодость и приходили на помощь к уставшим, избитым, раненным врачам и медсестрам. Появились жрецы Крома, Пантеры, Иштар и Мальтора. Служителей Джанал постигла та же участь, что и жрецов Карены – они погибли все в Миранде. Их храм стоял запертым и лишь несколько не слишком плотно закрытых ставен иногда хлопали на ветру.

Когда уставшие солдаты побрели прочь с площади, унося свое оружие и щиты, над городом взвыла сирена – начался штурм Миранды тварями.

- Чтоб тебя! – зло пробормотал Ривс, оборачиваясь к площади. – Пилоты, за мной! Солдаты к капитану Лавджою!

- Так может, резервные сегодня выйдут заместо нас? – спросил один из солдат, что ночью дрался в отделение Ривса.

- А тварям все равно, что ты устал! Они не в курсе! – зло бросил Ривс.

- Тут раненных много! Они легкая добыча! – подбежал хромающий и спотыкающийся Мэйфлауэр.

- Часть солдат, самых измотанных и раненных, оставляем тут, - принял решение Дримс, но потом спохватился – приказывать им может только Лавджой, но тот уже был рядом и кивнул. – Остальные на стену и за мной, согласно боевому расписанию!

- Раненых немедленно убирать в здания! Стрелки, занять оборону вокруг госпиталя и школы! – гавкнул Лавджой. – Бегом! Или жизнь надоела?! Пока тут ни одного живого не останется, никому из вас укрыться не дам!!! Шевелись, раз жить хотите!

Дримс, возглавляя бегущих солдат, уже понял, что бесконечная ночь успешно перелилась в бесконечный день… Лишь бы этот день закончился, и лишь бы у людей хватило сил отбить еще и атаку тварей. Теперь Ривс не сомневался, что атаки монстров и помешательство людей взаимосвязаны, и с Мирандой на самом деле что-то не так.

5

Юная королева сидела на подоконнике в своей спальне. Над Замком начинал разгораться рассвет, окрашивая розовыми мазками редкие облака на светлеющем и обретающем цвет небе. Солнце постепенно озаряло мир, который просто перевернулся для Талинды этой ночью.

Странно… Она полагала, что после бегства из Керши уже ничто не сможет изменить ее внутренний мир. Оказалось, еще как сможет. И с этим ей тоже отныне придется жить.

Талинда положила подбородок на подтянутые к груди коленки, которые она обхватила руками, и принялась перебирать события минувшей ночи. Надо было что-то решать и что-то делать, но ее измученный разум отказывался это принимать. Она хотела просто упасть и заснуть, и проснуться лет через сто, когда все уже само собой как-то да образуется. Когда она сможет вновь надеяться стать простым человеком. К сожалению, заснуть у нее не получалось, хоть ты тресни.

Мешали события ночи.

Как она и приказала, генералу Бодлер-Тюрри передали приказ королевы явиться в ее кабинет. Он пришел немедленно. Как всегда спокойный и немного сонный неприметный человечек, который ни у кого не вызывает опасения… Винсент получил разрешение и присел на один из стульев, стоящих возле стола для совещаний, примыкающего к письменному столу королевы. Талинда несколько бесконечных мгновений смотрела на него, понимая, что она не хочет знать правду, но в то же время… в то же время, она не может прибывать в неведение и дальше.

- Винсент, вы ведь верно служили моему деду, и верно служите мне? – спросила она чуть дрогнувшим голосом.