Алекс Елин – Безумья темный страх (страница 83)

- Т.е. это применение обоих препаратов может быть краткосрочным, просто доза большая? – попыталась понять девушка.

- Да. Ведь серотонин содержится у нас в организме, - согласился доктор. – Если же его добавить в антидепрессанте одного действия, и к нему добавить антидепрессант, который препятствует разрушению и выводу серотонина из организма человека, то человек очень быстро может заработать серотониновый синдром. Причем, в случае сочетания именно двух антидепрессантов будет достигнута самая тяжелая степень синдрома.

- Он быстро распадается и выводится из организма?

- Живого? – осведомился доктор. Талинда сглотнула, но врач улыбнулся и ответил. – Да, он быстро выводится. Вы, Ваше Величество, описываете признаки шизофрении у Его Высочества, а у шизофреников уровень серотонина всегда повышен. Я слышал, что психиатр Его Высочества опасался, что у него развивается это заболевание, но он пока его не ставил.

- Ему могли умышленно дать эти два антидепрессанта? – напрямую спросила Талинда.

- Да, могли, - подумал доктор Хофман. – Но тогда его хотели убить, - кивнул своим мыслям старичок.

- Господин Фокс, немедленно и лично найдите и приведите ко мне в кабинет няньку Лоуренса! И медсестру! И психиатра! Немедленно! Они не должны умереть! – зашипела королева.

- Да, Ваше Величество, - Майкл устремился прочь по коридору, а королева и доктор остались ждать результатов анализов. Вскоре подошел лаборант и передал старичку распечатки анализа крови принца и результат анализов таблеток.

- Как я и думал, - кивнул доктор Хофман. – Уровень серотонина сильно завышен, а лекарства… это и есть два взаимоисключающих антидепрессанта.

- Отпечатки пальцев с баночек сняли? – резко спросила королева.

- Да, Ваше Величество, как Вы и приказали, - лаборант склонил голову в почтительном поклоне. – Мои коллеги это сделали.

- Кто? – выдохнула королева.

- На баночках отпечатки только няньки Его Высочества.

- Хорошо, - королева опустилась на стул. Еще через десять минут один из телохранителей сообщил, что господин Фокс просил передать: нянька найдена, у нее свернута шея, Майкл просит его дождаться.

Фокс явился через пятнадцать минут. Лицо его было мрачнее тучи, а и без того бульдожья челюсть выдвинулась еще больше вперед, придавая его некрасивому лицу полное сходство с бульдогом или боксером. Он знаком попросил королеву отойти с ним на несколько метров от стульев и телохранителей, потом, не говоря ни слова, разжал кулак. На широкой ладони лежала порванная золотая цепочка с небольшим кольцом с розовой жемчужиной.

- Вы никому это не показывали? – спросила Талинда.

- Нет, только Вам, - хрипло произнес глава охраны.

- Нашли около няньки?

- У нее за рукав зацепилось. Он очень спешил, ведь все произошло внезапно, а я заставил всю прислугу носить маячки, на всякий случай… - в глазах главы охраны читался немой вопрос.

- Он не успел найти его, вы были слишком близко… - констатировала королева.

- Да, Ваше Величество, - Майкл глубоко вздохнул и решился. – Мне отдать приказ о задержании генерала Бодлер-Тюрри?

- Нет, господин Фокс, нет, - прошептала Талинда.

- Но это же он!

- Он, да не он, как я думаю, - покачала головой девушка, потерла переносицу. – Винсент выполнял приказ моего деда. Что мой дед сможет править и из Царства Мертвых говорили всегда. Он нашел, как это сделать, не только через меня, но и через Винсента. Меня Винсент не тронул бы никогда, он понимает, что угроза моей власти – Лоуренс, он не раз просил меня отдать приказ убить его, а я не могла этого сделать. Тогда он решил все сделать сам.

- Как нам быть? – Майкл имел в виду охрану.

- Сообщите генералу Бодлер-Тюрри, что на принца Лоуренса совершено очередное покушение, принц в реанимации, его нянька мертва, а я в бешенстве. И я его жду в своем кабинете, - приняла решение Талинда.

- Ваше Величество, разумно ли это? Я буду с Вами, - отрезал Фокс. Королева взглянула на него лишь на мгновение. И тогда глава ее охраны впервые осекся под взором этих серо-зеленых глаз, ставших в одно мгновение глазами ее деда. Глазами королевы и повелительницы судеб целой нации. Глазами ведьмы.

- Нет, господин Фокс, нет. Мне ничего не угрожает, но говорить с Винсентом мы будем с глазу на глаз, - она направилась прочь по коридору.

- Ваше Величество, но может быть после его прихода охрану в приемную пригнать? – взмолился начальник спецслужбы.

- Нет. Винсент примет любое мое решение. Охрана не нужна. Он может почувствовать неладное, тогда разговора не получится. Господин Фокс, не переживайте, Винсент ничего дурного мне не сделает и примет любое мое решение, - повторила она.

С этими словами королева пошла в свой кабинет.

Наверное, даже известие о гибели семьи не было для нее таким страшным ударом. Возможно, тогда она была просто очень уставшая, а возможно, ей это так казалось, спустя столько времени.

4

Ночь смешалась в одно большое кровавое сюрреалистическое представление для солдат Миранды, что пошли вместе с капитаном Дримсом к госпиталю. Страшные костры с медиками. Растерзанные и еще живые доктора, медсестры, санитары, просто сестры милосердия, лежащие на площади и в сквере госпиталя или же в его здании. Обезумевшие горожане, решившие, что кара богов пала на Миранду именно из-за медиков… Почему из-за медиков-то? Люди, что с голыми руками кидались на защищенных броней и вооруженных солдат, кидали горящие бутылки и факелы. Другие горожане, что не принимали участия в мракобесии, но теперь спешили на помощь своим единственным защитникам не только от тварей, что ждали за стеной, но и от помешавшихся соседей…

Мир сошел с ума…

Просто сошел с ума.

Тех, кто осаждал карантинный флигель, солдаты быстро перебили. Солдаты охраны чуть ли не плакали – их оттеснили к коридору с палатами, откуда на спину им бросались обезумевшие пациенты. Не все, но некоторые, которых пришлось застрелить. Лаборатория была разгромлена, склад лекарств уничтожен, все данные исследований вируса пропали.

Дримс в прямом смысле слова шел по трупам, добивая случайно уцелевших.

Сначала он отбил флигель, потом руководил зачисткой корпусов самого госпиталя, потом проверил, как добили взбунтовавшихся. А потом, уже когда посветлело небо, на выручку пришел Лавджой с солдатами и ополченцами. Наверное, еще никогда в жизни Ривс не был так счастлив видеть изуродованную одноглазую физиономию капитана.

- Мы быстрее управились, - усмехнулся Лавджой, оглядывая Ривса в обгорелой форме, болтавшейся клочьями на ногах и левом плече. Сам Дримс был черен от гари, копоти, и заляпан чужой кровью по самые уши. Ноги его украсились уже лопнувшими ожогами и свежими ранами, которые капитан нанес сам себе голенищами ботинок, что выдержали испытание огнем.

- У вас было то же самое? – устало осведомился Ривс, усаживаясь около входа в сквер госпиталя, прямо на брусчатку площади.

- Нет, и в помине. Так побузили немного, побросались на нас с камнями, ножами, да палками. Объявили, что мы душегубы, не даем им уехать из обреченного города, был один рьяный особо… Все толпу заводил, но я его снял быстренько, - Лавджой пожал плечами, протянул капитану флягу с водой. – Потом еще особо рьяных молодчиков мы постреляли, да по домам разогнали оставшихся. Объяснили, что никто их не выпустит, а если не успокоятся и нас перебьют, то кто же их защищать будет? Они задумались, поплакали, повыли, да разошлись. Мы тогда к воротам в старые кварталы к Сивиру пошли, - Лавджой тоже сделал глоток из фляги. – Я часть своих в охранение у вокзала оставил, для усиления. Там все ж склады, поезд… Сам понимаешь, - он завинтил крышку фляги, вернул ее на пояс.

Над Мирандой занимался рассвет. Солнце изнутри окрашивало серые облака розовыми и золотыми росчерками. Оба капитана устало смотрели на эту дивную красоту, поражаясь тому, что они вновь дожили до утра.

- Лэндхоуп сказал, что от тебя и Сивира донесений не поступало, но у Сивира ж ворота были… По логике-то, ему помощь была нужнее, чем тебе. Там же хватало этих проповедников, что нынче затянули песню про то, что твари болотные тоже дети Создательницы, как и мы, и дети детей не тронут. Все мы братья! И не надо их бояться… Короче, я подумал, что у тебя тут просто больничку надо отстоять от бузящих горожан, а у Сивира… Ну, не приведи Кром и Лоули, эти придурки тварей-то через ворота к нам в гости на чаек пустят? Вот и пошел я к Сивиру на помощь… Кто ж знал, что у тебя-то совсем плохо? – капитан снял каску, положил ее на колени. - Сивир тоже уже почти справился. Те совсем с ума сошли – думали, что они могут выйти, и твари их не сожрут, т.к. приняли они Тьму в сердца свои. Как я и предполагал, они уже знакомый нам бред орали. Типа, мир наш создала Создательница. Она создала Свет и Тьму. Значит, и Тьма Создательнице угодна, и боги Света все перевернули с ног на голову, вот и заставляют бояться Тьмы простых людей. А Тьма дарит покой и тишину. И если ее принять и признать, то твари не тронут, ведь они дети Тьмы и Создательницы Мира. А дети Ее должны жить в мире и согласии, - Лавджой помолчал немного, потом спросил. – Ты такой вариант бреда слышал когда-нибудь? Про подаренный покой и тишину?

- Да, - кивнул Дримс. В этот момент к ним подошел хромающий и усталый Мэйфлауэр, уселся около Дримса и заявил: