Алекс Джиллиан – Имитация. Насмешка Купидона (страница 55)

— Предупредить Дрейка, что мы едем? — спрашивает Брекстон, привлекая мое внимание. Я отрицательно качаю головой.

— Нет, не стоит, — улыбаюсь, глядя на счастливого брата, воодушевлённого грядущими приключениями.

— Ты полетишь с нами смотреть на океан? — задает вопрос Джош, оторвавшись от рассматривания мелькающих за окном незнакомых улиц.

— Я обязательно буду приезжать к вам, — отвечаю уклончиво. — Так часто, как смогу. Но я уверен, ты так будешь вдохновлен новыми пейзажами, что забудешь о старине Джероме.

— Нет, — смеется Джо немного смущенно. — Джош никогда не забудет Джерома.

— А кто тебе даст забыть? — улыбаюсь я шутливо, потрепав его мягкие, как у ребёнка, волосы. Джош снова отворачивается к окну, оставляя меня наедине с тревожными неспокойными мыслями.

Я не видел Эби с того самого утра, когда съев приготовленный девушкой омлет и не сказав ни слова благодарности, и не извинившись за скотское поведение ночью, исчез на неделю, бросив одну в огромной квартире. Тот факт, что к ней была представлена пара сменяющихся телохранителей, вряд ли послужит оправданием пренебрежительному поведению и длительному игнорированию. Уверен, что Эбигейл ждала меня каждый день с утра до глубокой ночи, и сейчас находится в бешенстве и злая, как черт. Я надеюсь, что проведенная в стенах моей квартиры неделя без телефона, сотовой связи и любых контактов с внешним миром, заставила Эби пересмотреть озвученные ранее решения, и теперь мы сможем спокойно вернуться к разговору об ее отъезде из страны. Отпустив Брекстона до утра, я с тяжёлым сердцем поднимаюсь на лифте в свой пентхаус, пряча тревожно-нервозное состояние за натянутой бодрой улыбкой, адресованной наблюдающему за мной Джошу.

— Ты волнуешься, — как всегда проницательно замечает он. — Из-за меня?

— Нет, Джо, тебе показалось. Я безумно рад, что мы проведем вместе выходные, — улыбаюсь как можно искреннее. Джош кажется удовлетворённым моей игрой, лифт останавливается, и я выталкиваю его в просторный, отделанный мрамором коридор, и везу к единственной двери на этаже.

Оказавшись внутри квартиры, я втягиваю носом свежий лимонный аромат и, бегло осмотревшись, делаю акцент на двух наблюдениях. Первый — вокруг просто стерильный порядок. Я такого не помню даже после работы клининговой бригады. А второй — вопреки моим ожиданиям, Эби не выскакивает со списком претензий мне навстречу. Похоже, наше с Джо появление попросту не заметили. Взявшись за ручки инвалидного кресла, я быстрым шагом направляюсь в гостиную, откуда доносится шум громко работающего телевизора и звонкий голосок Эби. Она не одна. Усилием воли гашу вспыхнувшее внутри раздражение, пытаясь не делать преждевременных выводов, но слова Эбигейл сводят на нет мое стремление к цивилизованному поведению.

— Давай сюда ремень. Следующими будут брюки, — взрыв жизнерадостного девичьего смеха сопровождается приглушенным мужским бормотанием.

Какого хрена, бл*дь, тут происходит? Стискиваю зубы до скрежета и ускоряю шаг. Эби произносит фразы, не укладывающиеся в моей голове ни в одно здравое предположение.

— Готовься, могу и без трусов оставить. В следующий раз хорошенько подумаешь, прежде чем предложить объекту наблюдения поиграть в запрещенные игры, — она снова начинает хохотать, радуясь собственной шутке.

— Я уже пожалел. Ты меня разделала под ноль и уничтожила мою самооценку, — мрачно отвечает Дрейк, и, судя по звяканью металлической бляшки, избавляется от ремня. А у меня от ярости волосы на затылке встают дыбом. Держите меня семеро. Я не знаю, что сейчас с ними сделаю.

— Не под ноль. Кое-что на тебе еще осталось, — с придыханием насмешливо произносит Эби, и в этот момент я оказываюсь на пороге гостиной. Сначала мой свирепый взгляд замечает Дрейка. Он сидит на диване голый по пояс, без носок и обуви. Его бугрящиеся мышцами руки и мускулистый торс покрыты татуировками, и олицетворяя собой тот самый образ брутального плохого опасного парня, который так любим женским полом до определённого возраста. Его внимание приковано к расположившейся напротив Эби. Она, к ее счастью, одета. Белая блузка, целомудренно застёгнутая на все пуговицы, чёрная узкая юбка, задравшаяся до середины бедра, скучные бежевые туфли. Волосы заплетены в неряшливый пучок, на лице очки и широченная улыбка. Расслабленно откинувшись на спинку дивана и закинув одну стройную ножку на другую, она покачивает ступней в ритм музыке, на ее коленях, как трофей амазонки, лежит кожаный черный ремень от мужских брюк.

— Готов отыграться? — окинув Дрейка выразительным взглядом, спрашивает Эби, и только сейчас я замечаю лежащую между ними колоду карт и сложенные на углу дивана рубашку, пиджак, галстук. Сверху стопки часы и кобура с оружием. Идиот. Он решил, что оружие менее ценно, чем его трусы? Придурок.

— Что ставишь? — подначивает его Эби, лукаво усмехаясь. Ах ты, маленькая сучка.

— Мозги, — рявкаю я, и оба, как по команде, оборачиваются в мою сторону. Эбигейл вздрагивает, распахнутыми глазами уставившись на меня сквозь линзы своих нелепых очков. Вспышка недоумения, смущения и растерянности сменяется чем-то неопределенным. Девушка сжимает ремень Дрейка в руках так, словно собирается использовать его не по назначению, а в более радикальных целях. И я даже догадываюсь, в каких именно. А у меня самого руки чешутся отшлёпать любительницу азартных игр по задней точке, обтянутой узкой юбкой, но не ремнем Дрейка, а своим собственным. Полуголый телохранитель реагирует более бурно, чем изображающая из себя святую невинность Эби. Он вскакивает на ноги и встает по стойке смирно, как солдат, разбуженный тревожной сиреной посреди ночи.

— Сэр, простите, я…. — начинает Дрейк, но я затыкаю его тяжелым сверлящим взглядом. Парень бледнеет, потом краснеет, а наивный неискушенный Джош наблюдает за развивающимися событиями, как за забавным представлением с присущими ему любопытством и интересом.

— Это твои друзья, Джером? — спрашивает он, задрав голову и глядя на меня снизу-вверх. Посылаю брату улыбку, отрицательно качнув головой.

— Скорее сотрудники, — отвечаю лаконично и перевожу взгляд на застывшие лица Дрейка и Эби.

— Я поговорю с вами позже, — резко произношу, обращаясь к проштрафившейся парочке. Парень явно в отчаянье и трясётся за свое место, кстати, неплохо оплачиваемое. Эбигейл выглядит спокойнее, она знает, что ее никто не уволит, но идея с ремнем кажется все заманчивее с каждой секундой. — С обоими, — уточняю саркастичным тоном. — Отвезу брата в одну из спален и вернусь. Не расходитесь, — задерживаю взгляд на покрывшемся пятнами потерянном лице Дрейка. — И на будущее, парень. Оружие для телохранителя — это больше, чем прилагающийся атрибут или предмет одежды. И оно дороже, чем гребаные трусы или брюки. Когда ты на задании, Дрейк, кобура для тебя все равно, что часть тела. Ты бы поставил на кон руку или свой член, которым ты думаешь чаще, чем головой?

— Нет, сэр, — опустив голову, угрюмо бормочет Дрейк. Пытаюсь вспомнить, как он попал в группу, обеспечивающую мою безопасность. Ах да, конечно, Брекстон заверял меня в том, что Дрейк опытный и ответственный профессионал с отличным послужным списком.

— Я передумал насчет разговора, — сообщаю я, чеканя каждое слово. — Просто оденься и исчезни. Передашь свои полномочия Брекстону. Возможно, тебе повезет, и он еще не успел покинуть жилой комплекс. Ты отстранён на месяц. И никакой оплаты за вынужденный отпуск, разумеется.

— Спасибо, сэр. Простите, — мямлит парень. Похоже, этот охренительный профессиональный телохранитель совершено не умеет разговаривать нормальным человеческим языком. Метнувшись к сложенной стопочкой одежде, он начинает хаотично одеваться, не глядя на виновницу своего конфуза. Эби приподнимает бровь, переводя скептический взгляд с Дрейка на меня. И вот теперь я вижу, что она злая как черт. Хоть что-то ожидаемое.

— Список разрешенных продуктов для приготовления ужина, — достав из внутреннего кармана пиджака сложенный вдвое лист бумаги, кладу его на стеклянную полку под орущей плазмой, занимающей полстены. Девушка сильнее сжимает в руке ремень Дрейка, и я вызывающе ухмыляюсь ей. Хочешь что-то сказать, малышка? Прищурившись, она опускает взгляд на Джоша, и выражение ее лица смягчается, становится дружелюбным.

— Меня зовут Молли, а тебя Джош. Я знаю, — елейным голоском щебечет Эби, возвращая ремень его хозяину. Встает на ноги, одергивая юбку и поправляя очки. Делает несколько шагов в нашем направлении. Склоняется над моим братом и пожимает его руку. — Очень приятно познакомиться. И хочу сказать, Джо, твои картины… они потрясающие, — выдыхает она восторженно, но без капли лести или неискренности. Джош светится от удовольствия и гордости. Умница, Эби, ничего не скажешь, охмурила парня с психикой ребенка. Есть чем гордиться, с сарказмом размышляю я. Дрейк тем временем надевает ботики и ретируется из квартиры со скоростью звука, еще раз извинившись за свое вопиюще-неподобающее поведение.

— Тебе правда нравится? — смущено оспаривает Джо, завороженно глядя на Эби, я закатываю глаза, убирая руки в карманы.

— Безумно, — кивает хитрая бестия. — Я смотрела на них каждую свободную минуту своего времени.