Алекс Бэйлор – Дневник Адама Гроуэлла (страница 4)
– Отличная работа, Зевс, – Адам сдержанно улыбнулся, – можешь открывать запасной вход.
В ответ из рации послышалось утробное мурчание.
Через минуту Гроуэлл уже въехал на аэроцикле через погрузочный отдел «Блохи». Песчаная буря была всего в километре-двух от корабля.
Гроуэлл быстро вскарабкался по винтовой лестнице, минуя три яруса. В кабине капитана стоял приятный холод от включенного кондиционера. Зевс, лежа на приборной панели, внимательно следил за бесчисленными лампочками.
Адам хотел даже погладить Зевса за проделанную работу, но тут же оставил эту затею. В последний раз при подобной попытке он получил здоровенный шрам на правом запястье.
«Блоху» резко тряхнуло. Кажется, пески начинали засасывать корабль.
Гроуэлл уселся на место капитана, и забарабанил по приборной панели. Двигатели уже прогрелись, стабилизатор приведен в норму. Горючего хватит до соседней заправочной станции в поясе Двух Девиц.
– Пора подниматься в воздух.
Зевс протяжно мяукнул в знак согласия.
Буря начала обволакивать «Блоху» со всех сторон. Все зримое пространство почернело. На капитанском мостике включилось аварийное освещение.
С полок посыпался антиквариат, собранный Гроуэллом со всех уголков вселенной.
– Черт возьми, – прорычал Гроуэлл, – хоть бы оклеосовая ваза не разбилась. Артефакты, поворачивающие время вспять, нынче на вес золота.
Адам Гроуэлл резко потянул штурвал на себя. «Блоха» начала стремительно подниматься вверх.
Корабль завис в воздухе, метров десять над землей.
И отказывался лететь дальше.
– Ах ты, – Гроуэлл стукнул кулаком, – забыл масло поменять!
Молния сверкала почти беспрерывно. Оглушительные раскаты грома эхом отзывались в ушах. Адам Гроуэлл начинал выходить из себя.
– Не смотри так на меня! – Адам прикрикнул на кота, – сам знаю, что болван!
Зевс недовольно зашипел и спрыгнул на пол.
В следующий миг мощнейший поток ветра ударил по «Блохе». По лобовому стеклу поползла трещина. «Блоху» начало трясти из стороны в сторону. Загорелась аварийная лампочка.
Где-то позади замяукал Зевс.
– Ладно-ладно! Врубаю дополнительный двигатель! Черт подери, десять тысяч золотых отдал за него! Думал, на межгалактических гонках поучаствую…
Адам Гроуэлл стукнул по здоровенной красной кнопке по середине приборной панели, и потянул штурвал со всей силы на себя.
«Блоху» снова тряхнуло. В заднем отсеке что-то взорвалось.
– Была не была!
Двигатели «Блохи» взревели, выпуская зеленые облака дыма.
Корабль помчался с бешеной скоростью ввысь.
5
Через полчаса «Блоха» прошла сверхзвуковой барьер, и начала плавно маневрировать по межзвездному пространству. Адам Гроуэлл протяжно выдохнул, и откинулся на спинку кресла.
– Ну и денек, – Адам закинул руки за голову.
Откуда-то справа раздалось назидательное мяуканье Зевса.
– Ах, точно, – закряхтел Адам Гроуэлл, – чуть не забыл.
Гроуэлл подобрал рацию с пола.
– Агрио, Вы еще здесь?
– АХ ТЫ ПАРШИВЕЦ!!! – Агрио Зарак, кажется, все это время был на проводе, – НУ Я ТЕБЕ…
– Не устраивайте комедию, Агрио, – устало вздохнул Гроуэлл, – тварь в канализации – лишь пол беды Наполуна. Да это, если хотите, вообще не было проблемой. Главная напасть для местных жителей – это Вы и Ваша фабрика. Ваше семейство уже три сотни лет загрязняло планету. Вы ведь экономили на всем подряд, лишь бы заработать побыстрее и побольше. А уж как – Вас никогда не интересовало. Да Ваши отходы этого бедолагу в канализации и породили.
– Но…
– Еще скажите спасибо, что я не привел с собой Межгалактическую комиссию по контролю за окружающей средой.
– ДА Я ТЕБЯ…
– Я уж не говорю про отзывы от рабочих Вашей фабрики. Там и пару статеек уголовного и трудового кодексов нарушено. А уж этим и ребята посерьезней могут заинтересоваться.
Агрио Зарак пискнул в рацию.
– НУ Я ЭТО ТАК ПРОСТО НЕ ОСТАВЛЮ!!! СЛЫШИШЬ, ТЫ, МОЛОКОСОС…
– И Вам всего хорошего, – Гроуэлл провел пальцем по сенсерной панели, и подтвердил отправку капсулы в открытый космос.
В заднем отсеке раздался короткий щелчок. Затем что-то свистнуло.
Агрио Зарак полетел на встречу неизвестности.
Адам Гроуэлл облегченно выдохнул, и хрустнул позвонками.
– Компьютер, включи звуки леса.
В тот же миг из стереосистемы полились умиротворяющие звуки щебетания птиц.
– Как быстро восстановится окружающая среда на Наполуне?
– От десяти до двенадцати лет, – раздался приятный женский голос.
Адам Гроуэлл почесал затылок.
– Передай все средства со счетов фабрики Зарака в фонд Стеллы Сорсон, – губы Адама расползлись в легкой улыбке, – она уж точно знает, что с этим делать. Насколько я слышал, Стелла только на прошлой неделе открыла новую школу и две больницы на Октерфоне.
– Будет сделано.
Адам Гроуэлл включил автопилот, и перевел спинку кресла в лежачее состояние.
Заснул сразу же, и до самого утра спал без сновидений.
Интерлюдия – записки из дневника Адама Гроуэлла
НЕДООЦЕНЕННАЯ СИЛА
Если вам посчастливится повстречаться с салеоразийцами, настоятельно рекомендую угостить их пиццей. Сложно сказать, откуда у этого славного дикого племени взялась любовь к пицце, но вам просто необходимо принять это как факт, если захотите выжить при встрече с ними.
Как-то раз, утомленный слишком длительным перелетом по системе Рет-Рет-Квесе (черт его знает, что меня дернуло исполнять роль доставщика пиццы, наверное, это было связано с тем, что в ту пору я переживал сильное эмоциональное расстройство в связи с расставанием с Еларианой Кербендзи. Впрочем, стоит отметить, что именно роль доставщика пиццы и спасла мне жизнь), мои глаза начали уже смыкаться и я был вынужден сделать остановку на Салеоразисе. Моему организму срочно требовался крепкий сон. И это даже несмотря на то, что днем ранее я выпил семь или восемь чашек ванильного капучино[1]. Впрочем, кофе никогда не бодрил меня. Он является для меня скорее душевной подпиткой.
По прибытии на планету я не заметил ничего странного. Обычное необитаемое захолустье, коих существует десятки миллионов по всему свету, подумал я тогда и благополучно уснул, укутавшись в свой любимый овечий плед.
Дурак.
Проснувшись на следующее утро, я обнаружил себя связанным к дереву. Да еще к тому же верх головой. Хотя и должен обмолвиться, что спал я как младенец. Что не говори, а воздух на Салеоразисе просто отменный.
Вися вверх тормашками, я все пытался разглядеть своих обидчиков. Где-то вдалеке раздавались необыкновенные мелодии и чарующее хоровое пение. Только потом я узнал, что это салеоразийцы готовили обряд жертвоприношения своему Верховному Божеству.
Конечно, приносили в жертву меня.
Но музыка мне понравилась. Я потом даже пополнил плейлист в музыкальной системе «Блохи». Да и перед отлетом с Салеоразиса мы с местными ребятами записали совместный альбом.