Алекс Анжело – Вечность и Тлен (страница 82)

– Ты лишь тьма, – исполнила я его приказ. – Не живая и не мертвая.

– Самоотверженная Сара, Святая, Справедливая и… – нежно и жестоко одновременно прошептал Теневой Люций. – …Глупая? Прикасаясь ко мне, ты ведь это чувствуешь? – Его зрачки расширились, слегка отнимая пространство у красной радужки. – Я не мертв. Я так же жив, как ты, как владелец тела, которое ты используешь, и как он. Признаюсь по секрету, Сара. – Его рука до боли сдавила мою. – Я жив и полон ярости.

Дыхание на мгновение перехватило.

– Извини, Сара. Мне совершенно не жалко это тело. Больно? – Он вдруг потянулся, прикасаясь к виску ледяным поцелуем. – Ничего… Без боли не было бы и наслаждений. Мы бы просто не поняли, что это такое. Кстати, как тебе моё подношение? Ещё больше крови для Святой…

Мои глаза широко распахнулись:

– Всё же это ты их убил. Служитель…

– Да, им был я, – вдруг признался он. – Точнее, я им управлял. На расстоянии. Вы привыкли верить, что опасны лишь ревенанты, но люди ведь перерождаются не сразу. А я чувствую, когда их тело готово. Когда оно открыто для меня.

– Зачем ты вообще это всё сделал? Это так ты пытаешься стать моим кошмаром и свести с ума? – Я ощущала, Люций был уже не так далеко.

– Это лишь начало. Думал: станешь ли корить себя? Та Сара, которую я знал, корила бы себя за всё. Это бы и правда стало её кошмаром наяву.

Я никак не стала отвечать на его слова – боль в плече стала ноющей, гораздо терпимее. Я встала на одно колено. Пошатнулась, но крепче сцепила челюсть. Моя решимость подняться на ноги сделала что-то странное – возле кожи появилась светлая дымка, которая порой появлялась около Туманного.

– Я занимаю так много твоего внимания. Ты правда получил от Люция слишком многое. – Вдруг сил стало будто бы немного больше, я смогла встать на ноги и в следующее мгновение с запозданием поняла – боль от яда ревенанта, которая терзала тело, поднявшись от лодыжки уже к самому бедру врачевателя, внезапно прошла.

– Сколько же ещё отниму…

– К чему это всё? Зачем ты здесь? – Я не понимала действий этого существа. Если он пришёл за кристаллом, то логичнее было напасть на меня в моём теле, а не похищать врачевателя. Я переместилась благодаря своим способностям, а не силе сердца, поэтому и оно осталось в гостином дворе вместе с моим телом.

– Ох, всего лишь желал сообщить. – Его голос стал елейно тихим. – Твоему брату я отрежу голову.

Я моргала, пытаясь осмыслить сказанное.

– Но… – Я не стала спрашивать почему. Какой смысл спрашивать хоть что-то у монстра. Фредерик – глава ордена, его защищают сотни даэвов. Вот только почему у меня кровь стынет в жилах от его слов? Почему я верю, что это случится? – Так важно было мне это сообщить? – сглотнув, всё же произнесла я.

– Конечно, Сара. – Его губы растянулись в улыбке. – Ведь отрезать голову можно в любой момент. Пока она на плечах, разумеется. Но теперь ты знаешь. И когда я сделаю это, ты возненавидишь меня. А может, и того, второго? Всё же я – это он. Он – это я.

Мои чувства к брату были сложными и болезненными. Разочарование с привязанностью и глубокой горечью. Та самая связь, которую никогда не разорвать, несмотря на боль и безжалостную холодную сталь, которой Фредерик с упорством пронзал моё сердце. Но… смерть. Этого я никогда ему не желала, этого никогда не хотела видеть.

– Не смей трогать моего брата… – прошептала я дрожащим от гнева и решительности голосом.

– Ох, а вот это было ошибкой, – проговорил с улыбкой наслаждения на устах Теневой Люций, его красные глаза жестоко блеснули.

Возле рук появился белый туман. Даже ночь стала ярче.

Не ощущая боли – руки будто онемели от неё, – я подпрыгнула, делая замах, собираясь пронзить тьму мечом.

Но за мгновение до того, как клинок бы проткнул чужую плоть, перед глазами выросла одна из конечностей ревенанта. Будто туловище монстра стало глиной, и из него можно было вылепить всё что угодно. Слишком быстро – в ночи могло померещиться, что он исчез в одном месте и вновь появился в другом, – Теневой Люций оказался рядом.

– Развлекайся, Сара. Ещё увидимся, – раздалось рядом, но, сколько я ни пыталась отыскать взглядом эту тварь, ее нигде не было. Он словно растворился. Несколько секунд тишины я слышала лишь собственный хрип.

Отмерев, успела сделать всего несколько шагов, как раздался вой. И в этот миг я почувствовала их – к городу приближались твари. История повторялась, происходило то же, что было у обители Сорель. Небо осветила красная печать тревоги, она вспыхнула над кронами, заливая небо и низко висящие облака багряным цветом.

XXVI

Тайна первого портала

И та, которая была первой, усомнилась не в себе, а в людях.

– Видимо, я немного опоздал… – раздался глубокий голос у самого уха. Люций склонился рядом, сосредоточенно осматривая ноги Региса и укус. Половина его лица была чёрной от выступившей магии.

– Люций, посмотри на меня, – эхом прозвучал собственный голос в голове – растерянный, взволнованный, и, не зная саму себя, я бы подумала, напуганный. – Люций…

Моран поднял голову – глаза цвета пепла обдали меня волной тепла, рождая жар внутри. Плечи словно обмякли.

Не знала, что ожидала увидеть, но мне точно требовалось заглянуть в эти серые радужки. Теневой Люций подделал всё, но глаза не смог. Они оставались красными, являя его природу.

– Идти сможешь? – прошептал Моран.

– Да, смогу. Но лучше меня поднять, – отозвалась, ощущая моё тело неподалёку. Регис находился в сознании. Я подозревала, что его возвращение в своё израненное тело будет не совсем приятным.

Люций аккуратно обхватил меня и поднял.

– До сих пор к этому не привыкну, – озабоченно прошептала я, смотря вниз, на носки обуви – две пары мужских ног соседствовали друг с другом.

– Ничего страшного, – прошептал Люций, а я в следующее мгновение отшатнулась, ведь почувствовала касание его губ к своему лбу.

– Ты что делаешь?!

– Хм. Не вышло. – Моран озадаченно склонил голову. Выглядя серьёзно, он явно издевался. – В некоторых людских рассказах Боги и Святые могут лечить поцелуем. Я проверил – не получилось. – Взор теневого дива скользнул за мою спину. – Вот и вы.

Среди древесных стволов показались Винсент, Регис и Сезар. Последний держался на расстоянии нескольких шагов.

– Эй ты… – гневно шагнул врачеватель на встречу, видимо недовольный тем, что Люций стоит слишком близко и его ладони по обеим сторонам сжимали мои плечи.

Но Люций совершенно его проигнорировал.

«Попробую его выследить. Защищайте город, сюда идут твари», – раздался его голос в моей голове, он опустил руки, и в сознании вновь воцарился ужасающий шум. Рыки и визги ревенантов стали гораздо ближе. «Я скоро вернусь», – раздалось последнее, прежде чем Моран стремительно исчез в темнеющем лесу.

Я несколько секунд смотрела ему вслед – напряжённо, отчасти с беспокойством. Какое чувство посещает, когда собираешься бороться с тенью самого себя? У меня возникли сомнения. Да, я подняла меч, но всё же…

Перед глазами предстали картины происходящего несколько минут назад.

Даже несмотря на сказанное, несмотря на весь гнев и природу появления этого существа, всё же на уровне подсознания я ощущала между Люцием и его двойником что-то общее. И дело было не во внешности, а в чём-то внутри. Меня поразило, что у него сформировалась своя личность, – думающая и даже, что самое удивительное, чувствующая. Эмоции проносились на его лице будто вспышками, и происходило это столь стремительно, что делало подделку невозможной.

Отпечаток личности Морана, оставшийся в Сером мире и проведший там всё то время, пока я спала. Двадцать семь лет взаперти…

«Взаперти?» – в следующее мгновение опомнилась я.

Почему я вообще подумала так?

– Сара… – позвал меня Сезар.

– Мы поменяемся телами или нет? – встрял врачеватель, который был мне благодарен, но сейчас все его мысли занимали гнев и вопрос: «Почему я?! Почему эта чокнутая тварь выбрала меня?! Моё бедное тело…»

Довольно чётко улавливала мысли Региса – острая боль, испытанная в его теле, словно упрочила связь. Его размышления внезапно сменились образами – врачеватель хладнокровно планировал план своего лечения.

– Да, конечно, – резко ответила я, вытягивая руку. Перемещение давалось мне всё легче – немалую роль сыграло то, что я видела своё тело.

Вспышка – ослепительная, ощущение, словно волна жара прокатилась по телу – и вот я уже запустила руку в складки одежды, нащупывая светлый кристалл и убеждаясь, что он на месте. Уже с опозданием я поняла, что не сняла с пальца кольцо Люция. Я опасалась, что сердце богини и то, что осталось от теневого осколка, будут конфликтовать. Но ничего не случилось, повезло.

Тем временем Регис рухнул на землю, сотрясая лес отборной бранью – его лицо исказила гримаса.

– Как ты вообще могла стоять на своих двоих! – воскликнул он, глядя на меня как на какое-то чудище. Он схватился за ногу, куда вонзились клыки ревенанта, и надорвал ткань. От увиденного ему, похоже, стало дурно.

А нас настиг нарастающий треск – твари были уже рядом. Впереди с оглушительным шумом попадали несколько деревьев.

– Заранее извиняюсь. – С этими словами Винсент поднял Региса на руки. – Я отнесу его.

Я кивнула.

Лицо Региса вытягивалось, а щёки горели алым – то ли от возмущения, то ли от ран и накрывшей его лихорадки, накатывающие отголоски которой я почувствовала. Но он не успел открыть рта, когда Старший Рок сорвался на бег, двигаясь в сторону Корриума, неся врачевателя бережно, как дитя.