Алекс Анжело – Вечность и Тлен (страница 51)
И как же получилось, что именно мне поклоняются, а его проклинают? Я испытывала совершенно обратные чувства. На мой взгляд, правильнее было бы, чтобы Люций занял моё место. В отличие от меня у него бы получилось направить народ. Я сама бы последовала за ним.
– Так… Всё же что ты сказал им? – спросила, глядя под ноги, видя кривые отсветы от фонарей со светлячками, что вывесили на некоторых домах. – Какова была история? Что ты выдумал?
– Выдумал? – повторил Моран, слабо улыбнувшись. Его светло-серые глаза загадочно блеснули во тьме. – Я ничего не выдумывал. Сказал лишь чистую истину… Самоотверженная Сара вернулась, и теперь всё изменится. Королевства, ордена, и Проклятый, конечно же, тоже.
XV
Встреча с призраками
Айвен, вытянув ладонь перед собой, смотрела на стрекозу, что опустилась на её указательный палец. Тельце насекомого дрожало от ветра, который словно гнал её прочь. Смотря на переливающиеся перламутром крылья, дэва вновь вспоминала прошлое.
«Ты можешь открывать тайные сны. Ведать чужие страхи. Познать слабости даэвов и обрести над ними власть», – говорила её мать. Изабель с детства внушала ей мысли о собственном превосходстве. Но только Айвен никогда не могла по-настоящему почувствовать его. Оно, наоборот, рождало лишь неуверенность. Ещё ребёнком в ней пытались воспитать жестокость, но и это было впустую. Слишком много чуткости и сострадания проявляла Айвен к окружающему миру. Ей нравилось наблюдать за животными в лесу, роем пчёл, кружащим над полями лаванды, за щебечущими птицами, перелетающими с ветки на ветку. Природа вызывала у неё восхищение. Люди и даэвы тоже были её частью. Поэтому, когда она в возрасте семи лет взяла в руки меч, её уже терзали сомнения – между тем, какой она чувствовала себя, и тем, какой от неё требовали, чтобы она стала.
Возвращение на материк всегда пробуждало призраков прошлого и рождало тревогу. И в то же время в каждом встречном она неосознанно искала кого-то из знакомых. Хотя за годы путешествий на материк Айвен лишь однажды случайно встретила того, кто её знал. Правда, это было в самые первые годы её побега из ордена Сорель.
Айвен вздрогнула от неожиданности, и стрекоза, затрепетав крылышками, взлетела, когда за её спиной громко чихнули. Чихнули так сильно, что одна из картин диптиха – двух дощечек с изображениями Святой и Проклятого, составлявших дуэт на стене, – упала на пол изображением вниз. Осталась только Сара, которая сжимала в руке пучок лаванды и чьё лицо было словно отвёрнуто от смотрящего в сторону. На самом деле ещё несколько секунд назад она смотрела на того, кто висел напротив.
– Проклятая пыль! – пробурчал Самаэль, пройдя к кровати с бутылкой вина. – Покоя от неё нет, – сказал он, «случайно» задев носком обуви край картины и загнав её под шкаф.
Теневой див мгновенно пришёл в себя после того, как они сошли на берег. Айвен никогда не видела, чтобы измученный болезнью так стремительно возвращался к своему прежнему виду. Причём дэва была уверена, что свои недомогания Самаэль не выдумал. То, сколько раз он бегал к фальшборту, это определённо доказывало.
Но див ступил на берег и в мгновение ока превратился в то сложное, язвящее существо, каким бывал всегда.
Теперь же он с присущей ему наглостью пользовался всеми благами, которые добыла им Айвен, изготовив печати для защиты. Не то чтобы она перетрудилась. Но её спутник пока вообще ничего не сделал, только вставлял палки в колёса. В итоге им досталась одна комната, правда, не в самом дешёвом гостином доме, почти на вершине скалистого берега. Большая часть Хардгера была построена на склоне скал, часть которых ещё в стародавние времена получила форму огромных ступеней. Камень скололи и разделили на ярусы. Ныне нижнюю часть города рассекали лестницы, что соединяли уровни и спускались к порту, а дорога в верхней половине напоминала крутой склон.
Благодаря торговле город процветал всегда. Но когда на материке открылся второй портал, Хардгер захватил особенно бурный рост. Жители Аркадиана стали меньше торговать с югом и больше с севером.
– Мы не останемся здесь надолго, – предупредила его Айвен, покидая узкий балкончик и возвращаясь в комнату.
– Да. Лучше уйти перед самым восходом солнца, – легко согласился Самаэль.
– Почему? – обернулась дэва к нему.
– Мне лучше не оставаться в этом городишке, – сказал див, ответив на вопросительный взгляд. Глотнув вина и сев на кровати, он скрестил ноги перед собой, продолжая: – Это довольно крупный порт. Кое-кто знает, что я временами здесь появляюсь, и поэтому может тоже нанести визит.
– Кое-кто? – Дэву напрягала формулировка.
– Ну вообще-то их двое. – Самаэль стал загибать пальцы. – Плюс один малочисленный народ на севере.
Айвен тяжело вздохнула. Глубоко в душе она уже начинала сомневаться в том, что в их путешествии она и её цели были в приоритете. Пока всё внимание сосредотачивал на себе Самаэль.
– Ты обидел целый народ? – Айвен застыла и невзначай почесала голову, отведя взгляд в сторону.
– Не совсем. – Он глотнул вина.
– Ну а первые двое?
– Один пытается меня убить, а вторая, наоборот…
– Спасает? – помогла отыскать подходящее слово Айвен.
– Ну почти, – натянуто осклабившись, процедил Самаэль. И более беззаботным тоном продолжил: – Не напрягайся. Всё прекрасно. Уйдём, и всё.
– Скажи мне… – протянула Айвен, подходя к своей сумке. Она хотела в очередной раз проверить её содержимое. – Ты будешь сражаться на нашей стороне?
– Сражаться? – удивился Самаэль, наверняка совершенно не думая о путешествии в таком ключе.
– Да. Чтобы закрыть второй раскол, надо до него сначала дойти. Монстров там наверняка не счесть.
– А-а-а. Чтобы закрыть раскол. – Он в очередной раз хлебнул вина. Его привычка прикладываться к бутылке была пагубна, даже несмотря на то, что он даэв и его тело иначе справлялось с алкоголем. Но даже такое количество было слишком. Самаэль приподнялся и, как-то злобно улыбнувшись с жёстким блеском в золотых глазах, произнёс: – Чтобы убрать этот треклятый раскол с материка, я сделаю что угодно. Даже буду убивать… рождённых Серым миром.
– Хм, – выдала Айвен, вспоминая появление ревенанта на Аркадиане и меч, что пронзил голову твари и стену соседнего дома заодно. Теневой див среагировал быстрее неё. Несмотря на его пьянство, Ларак с ним не сравнится. Она познала пропасть между их способностями в тот самый миг. Оказалось, достаточно одного его движения. И дэве бы никогда не хотелось скрещивать с ним мечи.
Они вышли, когда солнце лишь тонкой полоской начало озарять горизонт, разбавляя его пронзительную синеву. Вокруг стояла стеклянная тишина, порой нарушаемая доносившимися звуками моря. Покидали гостиный двор через окно – на этом способе настоял Самаэль. С высоты скалистого берега необъятные водные просторы выглядели ещё величественнее. Айвен замерла, перебравшись через перила балкона, глядя, как барашки волн перекатываются по серой глади цвета стали, – таким море было на рассвете, за исключением огненной дороги, прочерченной отражением золотого светила.
Увиденная картина выглядела настолько яркой, что, казалось, навсегда запечатлится в памяти и сердце Айвен.
– Эй, ты спускаться думаешь? – как всегда разрушил всё голос Самаэля. Див уже стоял в переулке, деловито прижимая к себе сумку, которая вновь стала полной и, Айвен бы даже сказала, пухлой. Она точно знала, что внутри находилось не вино.
– Да. Иду, – тихо бросила дэва, злясь из-за упущенного момента. Ещё мгновение назад утро полнилось волшебством.
Хардгер отличался крайне узкими улочками, на которых едва могли разойтись двое человек. Дома жались друг к другу и напирали на каменную гряду, словно отвоёвывая пространство у Чёрных Скал. Лишь одна улица в самом центре, которая спускалась к порту, была широкой и просторной. Но для жителей города это скорее являлось острой необходимостью, чем данью удобства. С кораблей нужно было разгружать привезённый товар, как и вновь наполнять их трюмы.
В воздухе остро пахло морем и влажностью. Влажностью, от которой стены местами оказались покрыты мхом. Последнему не препятствовало даже то, что под ногами находился сплошной чёрный камень – обсидиан, из которого и состояли скалы. Дорога оказалась вся испещрена бороздами, не позволяющими упасть на гладкой поверхности.
Город был единодушен в своей утренней дрёме. Проделав половину пути по направлению к его окраине, они не встретили ни одного человека. Вокруг было пустынно, а тишина неожиданно показалась зловещей.
– Ты напряжённый, – заметила Айвен, смотря на Самаэля. Острый взгляд его золотых глаз скользил по стенам, а недовольство висело в воздухе и ощущалось тягучим, как смола.
– Я предпочитаю верить своей интуиции, и сейчас она… – Див на мгновение замолчал, останавливаясь на пересечении двух нешироких улиц. Его выражение ожесточилось. – …Говорит, что у нас явно проблемы. Это ведь по твою душу явились? – спросил Самаэль, доставая меч из-под одеяния и кивая в сторону даэвов, облачённых в плащи. Ткань слегка переливалась, указывая на то, что она не просто согревала, но и способна была защитить от дождя. Их было пятеро, и они перегородили и без того тесные улицы, но из-за узкого пространства лишь двое тоже обнажили своё оружие. – Потому что явно не по мою, – продолжил красноволосый див, – ведь я их не знаю.