Алехандро Рамзес – Хроники Песочных Врат: Часовой Риф (страница 2)

Через полчаса маленькая группа приближалась к кораблю-призраку. Он назывался «Морская звезда». Борта его были покрыты странным известковым налётом, словно корабль только что подняли с огромной глубины. От него пахло тиной, мокрым камнем и чем-то ещё… сладким и лекарственным, как разложившиеся травы.

Подняться на борт помогли крючья. Палуба была пуста. Скрип половиц под ногами звучал оглушительно громко в мёртвой тишине. Всё было на своих местах – штурвал, снасти, даже на столе в капитанской каюте стоял нетронутый обед, давно покрывшийся плесенью. Но не было ни людей, ни крыс, ни даже мух. Жизнь покинула это судно полностью.

– Как будто их ветром сдуло, – произнёс Ануар, крестясь.

– Не ветром, – прошептала Самира. Она чувствовала это всё сильнее. Искажение. Разрыв. Она шла, поддавшись внутреннему импульсу, к входу в трюм. Люк был приоткрытен.

– Эй, куда ты? – окликнул её Хайредин, но она уже откинула тяжёлую крышку.

Запах ударил в нос – резкий, химический, перебивающий запах тлена. Самира зажгла фонарь и спустилась по скрипучей лестнице. Трюм был забит ящиками с товарами – специи, шёлк, фарфор. И посреди этого богатства…

Она ахнула, отшатнувшись.

В центре трюма стояли они. Трое. Двое мужчин и женщина. Они были похожи на статуи, покрытые тончайшим слоем серого, похожего на песок, пыльцы. Их позы были застывшими в последнем мгновении жизни – один тянулся к ящику, другой укрывал женщину, та в ужасе зажмурилась. Их лица, их одежда – всё было превращено в подобие пористого камня. Но самое ужасное были их глаза – широко раскрытые, остекленевшие, в которых застыл немой крик.

– Аллах милостивый… – прошептал Хайредин, спустившийся за ней. Он подошёл ближе, протянул руку, но не посмел прикоснуться. – Что это? Болезнь какая?

– Нет, – голос Самиры дрогнул. Она указала на пол. Между «статуями» на деревянных половицах лежали несколько небольших, похожих на песок, кристаллов. Они pulsировали тусклым, зловещим светом. – Это… это не болезнь. Это время. Его здесь слишком много. Оно вытекло и… окаменело их.

Она обернулась и увидела на стене, рядом с лестницей, выжженный знак. Тот самый, что был на её хронометре. Трезубец.

– Мы должны уйти. Сейчас же, – сказал Хайредин, и в его голосе впервые зазвучала неподдельная тревога. Он схватил её за руку и потащил к выходу.

Они покинули «Морскую звезду» так же быстро, как и прибыли. Когда их шлюпка отчалила, Самира в последний раз посмотрела на злополучный корабль. Ей почудилось, что одна из каменных фигур в трюме… пошевелилась. Повернула голову в их сторону.

На «Баракате» Хайредин молча налил ей и себе по кружке крепкого рома.

– Ну что, Самира из Аракула, – выдохнул он, глядя на заходящее солнце. – Похоже, твоя долгая история только что стала нашей общей. И, честно говоря, она пахнет бедой. Большой бедой. Рассказывай всё, что знаешь. Про свои горы, про этот вулкан… и про эти проклятые песочные часы.

И Самира, глядя в его серьёзное лицо и на преданную морду Текилы, сидевшей у её ног, начала рассказ.

ГЛАВА 2

ЦЕНА СВОБОДЫ

Рассказ Самиры занял несколько часов. Она говорила о своём народе, джиннах гор, о древнем долге хранить равновесие. О Песочных Вратах, которые были не просто артефактом, а частью мироздания. О ярости Карадага и о том, какую цену пришлось заплатить за его усмирение. Хайредин слушал, не перебивая, лишь изредка попивая ром. Его лицо было непроницаемо, но в глазах мелькало то понимание, то удивление, то тень старой боли.

Когда она закончила, на палубе уже давно стемнело. Лишь тусклый свет фонаря освещал их лица, а где-то вдали слышался грустный крик ночной птицы.

– Искажение времени… – наконец произнёс Хайредин, вращая в руках пустую кружку. – Значит, это оно превратило тех несчастных в камень. И это оно привело тебя сюда.

– Мои стрелки указывают на этот трезубец, – кивнула Самира. – И на то, что происходит здесь. Я чувствую это. Тот корабль… это лишь симптом. Цветок на болоте. Настоящая болезнь – глубже.

Хайредин тяжело вздохнул и посмотрел куда-то в сторону тёмного горизонта.

– «Восток-Индастриз». Я не удивлён. Они как раковая опухоль. Расползаются повсюду, сметая всё на своём пути. Они и есть то болото.

– Ты говорил, что они орудуют здесь. Что ты о них знаешь?

Капитан помолчал, собираясь с мыслями. Текила подползла ближе и положила голову ему на колени, словно чувствуя его напряжение.

– Знаю я с ними не понаслышке, – начал он тихо, и его голос приобрёл новый, горький оттенок. – Десять лет моей жизни они украли. Десять лет в аду на земле, который они называют «кофейными плантациями» на далёком острове.

Он расстегнул манжет своей рубахи и задрал рукав. В тусклом свете Самира увидела не просто шрамы. Это был brand – клеймо. Выжженное на коже изображение того самого дракона, обвивающего земной шар.

– Меня схватили, когда мне было лет двенадцать. Турецкий мальчишка с стамбульских доков – легкая добыча. Продали, как скот, по цепочке, пока я не оказался на одном из их кораблей. «Товар» – называли они нас. Трюмы, где мы были набиты, как селёдка в бочке. Воздуха не хватало, люди умирали от жажды и болезней… а тех, кто вызывал проблемы, просто выбрасывали за борт на корм акулам.

Он говорил ровно, без эмоций, но Самира видела, как сжимаются его кулаки.

– Потом были плантации. Каторжный труд с восхода до заката под палящим солнцем. Надсмотрщики с плётками. Питание – жидкая похлёбка да заплесневелые сухари. Спали мы в землянках, по двадцать человек в комнате, на соломе, кишащей насекомыми. Я видел, как ломаются сильные мужчины. Как сходят с ума. Как умирают от истощения… или отчаяншись, бросаются на охранников, чтобы те пристрелили их и положили конец мучениям.

– Как ты сбежал? – прошептала Самира, не в силах сдержать дрожь.

Хайредин горько усмехнулся.

– Случай. Глупость. И… месть. Один из надсмотрщиков особенно любил поиздеваться надо мной. Молодой, злой. Как-то раз он отобрал у меня единственную вещь, оставшуюся от дома – медную монетку, которую мне дала мать. И бросил её в грязь. Что-то во мне щёлкнуло. Я набросился на него. Мы подрались. Он был вооружён, я – нет. Он ранил меня, – Хайредин провёл пальцем по шраму через глаз. – Но я был быстрее и злее. Я… задушил его его же собственным кнутом.

Он сделал паузу, вытирая лицо ладонью.

– Поднялась тревога. Я понимал, что меня ждёт. Побег был безумием. Плантацию охраняли собаки и вооружённые люди. Но я решил, что лучше умру в джунглях, чем вернусь в ту яму. Я бежал. Ночь, дождь, крики погони… Я спрятался в реке, дыша через тростниковую палку, пока они не пронеслись мимо. А потом… потом я просто шёл. Шёл, истекая кровью, почти без сознания. И нашёл её.

Он потрепал Текилу за ухом. Собака тихо заворчала, прижимаясь к нему.

– Её тоже бросили. Щенка, тощего, больного. Надсмотрщики посчитали, что она не выживет. Мы нашли друг друга. Она делила со мной последний кусок, грела ночами… и однажды вывела меня к побережью. К кораблю. К «Баракату». Он тогда назывался иначе и стоял на причале, почти без охраны. Капитан и старпом были в таверне. Я забрался на борт с единственной мыслью – украсть еды. Но увидел в трюмах… таких же, как я. Забитых, испуганных людей. И снова что-то щёлкнуло. Я не просто украл еду. Я открыл клетки.

Хайредин выпрямился, и в его позе появилась гордая стать.

– Поднялся шум. Вернулась охрана. Началась драка. Мы были слабее, но мы были в ярости. Мы отбились. Капитана и его приспешников мы… высадили на необитаемый островок неподалёку. А корабль стал нашим. Мы переименовали его. «Баракат» – Благословение. Потому что это было именно оно. С тех пор мы и плаваем. Ищем их корабли, их склады. Освобождаем людей. Стараемся отнять у них хоть крупицу того богатства, что они нажили на нашей крови.

Он замолчал, и тишину нарушал лишь скрип снастей да плеск волн о борт.

– Эта женщина… Кроули… – сказала наконец Самира. – Она одна из них?

– Хуже, – мрачно ответил Хайредин. – Она не просто торгует людьми. Она… экспериментирует. Ходят слухи, что она скупает у «Восток-Индастриз» «брак» – тех, кто не выдерживает работы на плантациях, болеет, стареет. И везёт их на свой остров. И оттуда никто не возвращается. Говорят, она ищет способ создавать идеальных, послушных рабов. Или солдат. А может, и то, и другое. И похоже, твоя история со временем… – он кивнул в сторону, где скрылся корабль-призрак, – даёт её экспериментам новый ужасный поворот.

Самира почувствовала, как холодок страха пробежал по её спине. Она смотрела на этого человека, прошедшего через ад, но не сломленного, а нашедшего в себе силы бороться и помогать другим.

– Мы должны остановить её, – твёрдо сказала она.

Хайредин посмотрел на неё своим единственным глазом, и в его взгляде читалось уважение.

– Я и не сомневался, что ты это скажешь. Но для этого нужен план. И информация. Я знаю, куда нам нужно держать курс.

– Куда?

– Есть одно место… порт, который они ещё не полностью поработили. Устричная бухта. Там можно найти и supplies, и, если повезёт, людей, которые что-то знают о делах Кроули. И о том, где искать её остров.

Он поднялся, его тень гигантской растянулась по палубе.

– Завтра с рассветом ляжем на новый курс. А сейчас тебе нужно отдыхать. Думаю, впереди нас ждёт ещё много рассказов. И, надеюсь, не все они будут такими мрачными.