Alec Drake – Попаданец. Me-262: последний шанс рейха (страница 7)

Дистанция — два километра. Полторы. Одна.

Он нажал на гашетку.

Четыре пушки MK 108 заговорили одновременно. Трассеры впились в строй бомбардировщиков, рвя алюминий, как бумагу. Одна «крепость» задымила, вторая загорелась, третья потеряла крыло.

Фридрих проскочил строй за секунду. Скорость была такой, что он не успел увидеть результаты — только чёрные клубы дыма в зеркале заднего вида.

— Есть попадания! — заорал Бреннер. — Три подтверждённых!

Но радоваться было рано.

— «Тринадцать», у тебя хвост! «Мустанги»!

Фридрих оглянулся. Четыре P-51 уже заходили ему в хвост, поливая из пулемётов. Пули застучали по бронеспинке.

Он рванул штурвал в сторону. Me-262 послушно ушла в крутой вираж, но «Мустанги» не отставали — их скорость была ниже, но манёвренность выше.

Виражный бой — это смерть. Нужно уходить скоростью.

Фридрих дал полный газ. Турбины взвыли на пределе. Скорость — 900, 950, 1000.

Самолёт затрясло. Приборная доска задрожала. Указатель температуры выхлопных газов влетел в красную зону и застыл.

— «Тринадцать», у тебя перегрев! — крикнул механик. — Сбавь газ!

— Не могу! — Фридрих стиснул зубы. — Если сбавлю — сожрут!

Он рванул штурвал вверх, уходя в крутое пике. Перегрузка вдавила в кресло, перед глазами поплыли круги. «Мустанги» отстали — их крылья не выдерживали такой скорости.

Фридрих выровнял самолёт на трёх тысячах. Оглянулся. Небо было пустым.

Он выжил.

Но турбины — нет.

Левый двигатель чихнул и заглох. За ним — правый.

Тишина.

Фридрих сидел в кабине мёртвой машины, глядя на неподвижные стрелки приборов. Высота — три тысячи. Скорость — четыреста и падает. Аэродром — в тридцати километрах.

Он знал: Me-262 планирует как кирпич. Без двигателей — это не самолёт, а груда металла с крыльями.

— «Башня», у меня отказ обоих двигателей. Высота — три тысячи. Пытаюсь дотянуть.

— «Тринадцать», катапультируйся!

— Поздно, — сказал Фридрих. — Высота уже две.

Он искал глазами место для вынужденной посадки. Внизу — лес. Сплошной, густой, чёрный. Ни одного поля. Ни одной дороги.

Конец.

Но вдруг он вспомнил. В его диссертации был раздел: «Аварийные режимы Me-262». Один абзац. Несколько строчек мелким шрифтом.

«При полной потере тяги возможно планирование с углом до 15 градусов при условии уборки шасси и выпуска закрылков в нейтральное положение. Скорость снижения — 15 м/с. Минимальная высота для вывода — 800 метров».

Он дёрнул рычаг уборки шасси. Выпустил закрылки наполовину. Погасил скорость до трёхсот.

Самолёт пошёл на посадку.

— «Тринадцать», что ты делаешь? — не понял Бреннер.

— Сажаю, — коротко ответил Фридрих.

Лес приближался. Он видел верхушки сосен, снег на ветках, тени зверей. Высота — тысяча. Восемьсот. Пятьсот.

Пора.

Он перевёл закрылки на посадку. Самолёт клюнул носом, скорость упала до двухсот пятидесяти. Лес кончился — впереди показалось замёрзшее озеро.

Лёд. Ровный, белый, без трещин.

Фридрих бросил машину на лед. Шасси не выпускал — сядет на брюхо. Удар — и фюзеляж заскрежетал по замёрзшей поверхности, высекая искры. Самолёт развернуло, бросило в сторону, но он остановился.

Тишина.

Фридрих сидел, пристёгнутый к креслу, и не мог пошевелиться. Голова гудела, руки дрожали. За фонарём — белая пустыня. Ни души.

Он отстегнул ремни. Выбрался из кабины. Встал на лёд — скользкий, холодный, но надёжный.

И тут же услышал вой моторов.

Над озером, на бреющем, прошёл «Мустанг». Пилот увидел его, покачал крыльями — и ушёл вверх. Не стал стрелять. Скорее всего, у него кончились патроны.

Или — пощадил.

Фридрих смотрел вслед уходящему истребителю. В голове крутилась одна мысль:

Я жив. Самолёт жив. Но теперь все будут спрашивать: откуда я знал, как сажать мёртвую машину?

Его подобрали через час. Фельдфебель на «Шторьхе» сел на лёд в двухстах метрах, заорал:

— Герр обер-лейтенант, вы гений! Вы живы!

Фридрих не ответил. Он забрался в самолёт, закрыл глаза.

На аэродроме его встречала толпа. Лётчики хлопали по плечам, механики пожимали руки, Бреннер улыбался в усы.

— Три сбитых «крепости»! И выжил! — майор тряс его за плечи. — Фриц, ты теперь легенда!

Фридрих улыбнулся — через силу.

И тут увидел Грейфа.

Штандартенфюрер стоял у ангара, в своей чёрной форме, и смотрел. Не аплодировал. Не улыбался. Просто смотрел — холодно, изучающе, как смотрят на подопытное животное, которое неожиданно решило сложную задачу.

Они встретились взглядами. Грейф медленно кивнул.

Он понял, — подумал Фридрих. — Он не знает, как именно. Но он понял: я сделал нечто невозможное. То, чему не мог научиться в Люфтваффе.

Фридрих отвернулся. Пошёл в столовую. Сел за стол, уронил голову на руки.

За спиной — голоса, смех, звон кружек. Героический эпос о спасении «белой тринадцати».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.