Alec Drake – Попаданец. Блокада: 900 дней, чтобы не стать трупом (страница 8)

Топор опустился. Он постоял несколько секунд, глядя на мертвого мужчину. Потом развернулся и пошел обратно в комнату.

— Коля, — спросила Катя, когда он вошел, — ты дров принес?

— Нет, — сказал он. — Не принес.

Он сел на кровать, опустил голову. Руки тряслись. Не от холода.

«Ты слабак, — сказал ему внутренний голос. — Ты не сможешь выжить, если будешь брезговать. Тело — это мясо. Мясо для топки. Мясо для еды. Ты читал про блокаду. Ты знаешь, чем люди питались. Ты сам говорил себе: «Я буду делать всё, чтобы выжить». А теперь ты испугался трупа?»

Да. Испугался. Не смерти — себя. Себя с топором над замерзшим телом. Себя, который рубит человеческую ногу, чтобы бросить в печку. Себя, который перестает быть человеком.

— Коля, мама стонет, — сказала Катя.

Он поднял голову. Елена Петровна металась на диване, шептала что-то несвязное. Лоб горел — температура, наверное. Воспаление, заражение крови — неважно. В блокаде все болезни заканчивались одинаково.

Он подошел к ней. Взял за руку. Холодная, сухая, пальцы как спички.

— Мам, — сказал он. — Мам, я здесь.

Она открыла глаза. В этот раз — узнала.

— Коля... — прошептала она. — Катю... не бросай... Обещай...

— Обещаю, — сказал он. — Не брошу.

Она кивнула. Закрыла глаза. Дыхание выровнялось — может, заснула. Может, просто провалилась в спасительное забытье.

Он сидел рядом, держал ее руку и думал.

О том, что блокадный этикет — это не правила вежливости. Это правила выживания. Кто стучит? Чужой. Стук в дверь в Ленинграде означает только одно: кто-то хочет то, что у тебя есть. Хлеб. Карточки. Тепло. Или ты сам — если дело дошло до каннибализма.

Кто делится? Дурак. В блокаде не делятся. В блокаде обменивают. Иногда — на равное. Чаще — на то, что нужно тебе, но не нужно другому. Кусок сала на дрова. Папиросы на хлеб. Молоко (если оно есть — чудо, редкость) на тепло.

Кто режет трупы на дрова? Сначала — те, у кого нет другого выхода. Потом — те, у кого есть выбор, но нет совести. Потом — все.

Он не хотел становиться «всеми».

Но у него была Катя. И мать. И выбор между человечностью и их жизнями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.