Alec Drake – Попаданец. 22 июня 1941: Останови ад или сдохни в нём (страница 8)
Белов шагнул через порог.
Кабинет командующего Западным фронтом. Большой стол. Карта на всю стену. Телефоны — пять штук, разноцветные, разные линии. И человек за столом.
Генерал армии Павлов.
Невысокий, плотный, с жёстким взглядом. Уставший — под глазами мешки, но осанка прямая, как шомпол. Он смотрел на Белова так, будто хотел прожечь в нём дыру.
— Капитан, — голос низкий, хрипловатый. — Генерал Климов доложил, что у вас есть сведения особой важности. Я слушаю. Но предупреждаю: если это паника или провокация, я лично…
— Война, товарищ командующий, — перебил Белов. — Через два часа сорок минут. Я могу назвать вам аэродромы, которые будут уничтожены. Направления танковых ударов. Время артподготовки. Всё.
Павлов молчал. Смотрел. Потом — неожиданно — усмехнулся.
— Да вы, капитан, либо великий разведчик, либо великий сумасшедший, — сказал он. — Но разведчиков такого уровня у нас нет. Значит — сумасшедший.
— Проверьте, — сказал Белов. — У вас есть два часа. Поднимите авиацию. Рассредоточьте. Пошлите разведку на запад. В трёх километрах от границы, у леса Бяловежа, стоит немецкая танковая колонна с выключенными фарами. Их видно только ночью, с воздуха. Пошлите самолёт. Сейчас. И вы убедитесь.
Павлов встал. Подошёл к карте. Повернулся к Климову:
— Организуйте разведвылет. Ближайший По-2. Немедленно.
— Есть.
Климов вышел. Павлов опустился в кресло, указал Белову на стул.
— Садитесь, капитан. И рассказывайте всё. У нас есть… — он взглянул на часы. — Час сорок семь минут. Если вы врёте — не обижайтесь. Если нет…
Он не договорил.
Белов сел. Глотнул воздуха.
Мысль «сдать назад» умерла. Окончательно, бесповоротно, как самоубийца, который шагнул с обрыва и уже не может передумать.
— Начну с начала, товарищ командующий, — сказал он. — Только не перебивайте. Потому что, если вы меня перебьёте — я не успею.
Он начал говорить.
О Гитлере. О «Барбароссе». О трёх группах армий. О клещах, которые сомкнутся под Минском уже через неделю. О Павлове, которого расстреляют через месяц за то, во что он сейчас не хочет верить.
Павлов слушал. Бледнел, но не перебивал.
За окном занимался рассвет.
Самый страшный рассвет в истории России.
Глава 8. Решение: лучше волчья яма, чем братская могила
Белов замолчал.
Горло саднило. Он говорил почти час — без остановки, без воды, без права на ошибку. Называл дивизии, корпуса, фамилии командиров, которые погибнут или попадут в плен. Рисовал на клочке бумаги схему удара третьей танковой группы. Чертил стрелы, которые через десять дней сомкнутся под Минском.
Павлов слушал, не двигаясь.
Кабинет погрузился в тишину. Даже телефоны, которые до этого трезвонили каждые пять минут, вдруг замолчали — будто сама связь затаила дыхание.
— Всё? — спросил командующий.
— Всё, — кивнул Белов. — Дальше — вы знаете. У вас есть карты, штаб, войска. Я дал вам дату и направление. Остальное — ваша война, товарищ генерал армии.
Павлов медленно встал. Подошёл к карте на стене — огромной, во всю стену, с нанесёнными позициями частей, с зонами ответственности армий, с флажками, которые завтра станут могильными плитами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.