Alec Drake – Попаданец 1941. Я украл планы вермахта (страница 5)

В кабинет майора Громова я вошел без стука. Он сидел за столом, перед ним — мой вещмешок. Раскрытый. Дневник лежал отдельно, в прозрачном целлофановом пакете — видимо, эксперты уже поработали.

— Садитесь, Белов.

Я сел. Напротив — как вчера. Но сегодня в комнате был третий. Полковник. Лет пятидесяти, с усталым лицом и цепкими глазами. Представился сухо:

— Заместитель начальника особого отдела фронта. Слушаю вас.

Фронт. Не армия — фронт. Значит, дневник уже доложили наверх. Или доложат сегодня. Я — пешка в большой игре.

— Товарищ полковник, — начал я. — Вчера я назвал дату — 2 августа, Уманский котел. Сегодня — 31 июля. У вас есть двое суток, чтобы проверить. Я предлагаю...

— Вы ничего не предлагаете, — перебил полковник. — Вы — подозреваемый в шпионаже. Ваше дело — отвечать на вопросы. Ясно?

— Ясно.

Майор Громов молчал. Смотрел на меня изучающе — как смотрят на шахматную доску перед сложным ходом.

— Экспертиза дневника, — сказал он наконец, — дала предварительное заключение. Бумага — немецкая, 1941 года. Чернила — соответствующие. Подписи и почерк предварительно идентифицированы как подлинные. Но — есть «но».

— Какое? — спросил я.

— Слишком идеально, — сказал майор. — Слишком много ценной информации для документа, который «случайно» оказался в машине генерала, попавшей в засаду. Это может быть дезинформация. Подброшенная специально для таких, как вы.

— Для кого — «таких, как я»?

— Для русских дураков, — жестко сказал полковник. — Которые поведутся на красивую обложку и начнут перестраивать армию под немецкие фальшивки.

Я промолчал. Спорить бесполезно — они правы по логике своего времени. В 1941-м немцы уже использовали радиоигры, подброшенные карты, дезинформацию. Откуда им знать, что этот случай — иной?

Майор Громов вздохнул. Достал папиросу, прикурил от коптилки. Дым поплыл к потолку.

— У меня есть предложение, товарищ полковник.

— Слушаю.

— Давайте проверим лейтенанта делом. Не теорией.

Полковник прищурился:

— Конкретнее.

— У нас есть разведданные о готовящемся наступлении немцев под Ельней. — Майор посмотрел на меня. — Если лейтенант действительно владеет информацией из дневника, он должен знать: где, когда и какими силами пойдут немцы. Если его данные совпадут с нашей разведкой — значит, дневник не фальшивка. Если нет...

Он не договорил. Полковник кивнул.

— Каковы условия? — спросил я.

— Вы остаетесь под арестом, — сказал майор. — Но работаете на нас. Анализируете дневник, сопоставляете с оперативной обстановкой. Даете прогнозы. Каждая ошибка фиксируется.

— Одна ошибка — расстрел, — закончил за него полковник. — Без суда и следствия. Как шпиона.

Я посмотрел на них обоих. Полковник — холоден, как лед. Майор — в глазах что-то человеческое мелькнуло, но сразу погасло.

— Согласен, — сказал я.

— Даже не подумаете? — удивился майор.

— А смысл? — Я усмехнулся. — У меня нет выбора. Либо я прав, и я нужен вам живой. Либо я ошибаюсь, и меня расстреляют. Второго шанса не будет.

Полковник встал.

— Через час лейтенанта переведут в отдельную комнату. Дневник и карты — под расписку. За его работой будет наблюдать лично майор Громов.

Он вышел. Я остался с майором.

Мы молчали. Тишина тяжелая, как свинец.

— Вы мне не верите, — сказал я первым.

— Я никому не верю, — ответил Громов. — Это моя работа.

— Но вы рискнули. Предложили проверить меня делом, а не пулей.

Майор затушил папиросу. Поднял на меня глаза — усталые, мудрые, опаленные войной.

— Знаете, Белов, что меня смущает?

— Что?

— Ваш взгляд. — Он покачал головой. — У шпионов глаза бегают. У провокаторов — масленые. У патриотов — горящие. А у вас — как у человека, который уже умер и знает это. Такие не врут. Им незачем.

Я не нашелся, что ответить.

— Дневник, — сказал майор. — Вы говорите, что он настоящий. Хорошо. Я готов в это поверить. Но одно условие.

— Я уже на «расстреле», товарищ майор. Какое еще условие?

— Вы будете работать не один. Я с вами. — Он усмехнулся. — Назовем это «совместным изучением трофейных документов». Вы — глаза. Я — гарантия того, что вы не сбежите и не сделаете глупость.

— А если информация спасет жизни?

— Тогда я первый подпишу благодарность. — Громов встал. — Но если вы окажетесь врагом — я лично спущу курок. Это не угроза, Белов. Это обещание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.