Алеата Ромиг – Ложь (страница 14)
Я почувствовала, что Стерлинг кивнул.
— Я тебе все расскажу. И так было слишком много лжи.
Я посмотрела на его каменное лицо.
— От тебя?
— Нет, все, что я тебе рассказал — чистая правда.
В его словах и выражении лица была такая уверенность, что я поверила.
Отпустив мою талию, Стерлинг сделал шаг назад и, развязав и сбросив кроссовки, потянулся к поясу своих спортивных штанов.
— Что ты делаешь?
Когда он снова поднял взгляд, блеск в его глазах дал мне возможность увидеть другого мужчину, того, кто был больше напряженности с непреодолимой потребностью защитить и столь же всепоглощающим желанием. Всего лишь взгляд, но он был там.
— Солнышко, ты же хотела принять душ. Я помогаю тебе.
Я закусила губу, когда его брюки опустились, показывая, что под ними снова ничего нет. «Ничего» было ужасно неточным описанием. Под ним определенно что-то было — только не боксеры.
— Подожди, — сказала я. — Доктор Диксон не собиралась ко мне присоединяться.
— Я не доктор Диксон.
Нет.
— Но…
Мои слова затихли. Спорить бесполезно.
Войдя в душ, Стерлинг отрегулировал температуру воды, его широкая грудь и плечи отразили брызги. Повернувшись в мою сторону, он протянул руку. Если бы обстановка и наши наряды были другими, с его выражением лица и жестами, он мог бы пригласить меня на танец.
Потянув за все еще частично завязанный пояс, я позволила халату упасть, прежде чем опустить трусики на пол, который теперь был завален нашей одеждой. Словно принимая приглашение потанцевать, я вложила свою руку в его гораздо большую ладонь и шагнула за стеклянную перегородку.
Стерлинг перевел взгляд на мою руку, затем на щеки.
— Вчера вечером кто-то подсыпал что-то в твой напиток.
Меня отравили. Полагаю, я знала это по подсказкам. Это не то же самое, что получить подтверждение.
Мои колени ослабли, я опустилась на скамью для душа, мои глаза смотрели на него, а не на ту часть его тела, которая была теперь на уровне глаз и более чем частично выпрямлена.
Его слова полностью завладели моим вниманием.
— Я не знал, — продолжал он. — Я не так уж долго был вдали от тебя. — Его челюсти сжимались между каждой фразой. — Я сделал заявление. — Он провел пальцами по своей теперь уже мокрой гриве. — Ты в безопасности. С человеком, который несет ответственность, будут иметь дело так же, как и со всеми, кто связан с ним или с ней. Теперь ты в безопасности.
Как будто ему нужно было повторять это снова и снова.
Я не была уверена, для меня это или для него.
— Мы вошли в лифт, — продолжал он. — И ты упала в обморок.
— Моя рука? — спросила я.
— Я дотянулся до тебя.
Он снова протянул мне раскрытую ладонь, чтобы я встала. Вместо этого я глубоко вдохнула тяжелый, влажный воздух.
— Стерлинг, я вспомнила кое-что, что случилось в самолете. Это все мелочи, но я помню, что была расстроена. Я была больше чем расстроена. Я была…
Хотела ли я это сказать? Хотела ли признаться?
Его глаза закрылись и медленно открылись.
— Арания, иди сюда.
Опять его рука была протянута.
На этот раз я сделала, как он сказал, и поднялась на ноги.
Он приподнял мой подбородок, приблизив мои губы к своим.
— Я убью любого, кто причинит тебе вред, если понадобится, голыми руками. Кого угодно. Но это не значит, что я не буду делать то, что считаю необходимым для твоей безопасности, даже если в тот момент это кажется слишком чрезмерным.
Я заставила себя улыбнуться.
— Например, как кардиолог, помогающий мне принять душ и смотрящий, как я завтракаю.
— Вроде этого…
Его руки на моей талии обхватили меня сзади.
— …или отыгрываться на этой упругой прекрасной заднице, чтобы помочь тебе понять всю важность.
Его губы коснулись моего лба.
— Этот мир, в который я тебя привел, опасен. Прежде всего, помни, что со мной ты в полной безопасности. Доверься мне.
Я хотела верить ему, доверять ему.
Потянувшись к его груди, я посмотрела поверх его широкого плеча.
— Нам лучше поторопиться, а то горячая вода закончится.
Стерлинг покачал головой.
— Нет, она очень горячая. Мы могли бы провести здесь весь день, и она не остыла бы ни на градус.
Вау. Это круто — или жарко.
— И все же, весь день — это очень долго, а я еще не полностью восстановила силы.
Темнота в его взгляде вернулась, та самая, что творила с моими внутренностями странные вещи. Снова потянувшись к моим плечам, Стерлинг сказал:
— Оставь силы для меня, — кивнув, я позволила Стерлингу медленно повернуть меня лицом к кафельной стене. — Держись, солнышко.
Я все еще не была уверена, что произошло прошлой ночью, но, глядя на мокрую плитку, я знала одну вещь.
Я хотела доверять Стерлингу Спарроу.
Минутой раньше я бы подумала, что не готова к тому, что этот человек может мне дать. Это было шестьдесят секунд назад. Шестьдесят секунд могут многое изменить. Развернувшись, я наклонилась вперед, положив руки на плитку, закрыв глаза и мысленно готовясь к чему-то другому.
Стерлинг поразил меня, когда нежный теплый дождь покрыл мои волосы. С помощью душевой лейки он методично омывал мои волосы и кожу очищающей водой. Следующим было прохладное ощущение шампуня в сочетании со сладким ароматом грейпфрута и апельсинов. Когда длинные пальцы Стерлинга массировали мою кожу, я ощущала себя в цитрусовой роще.
Затем кондиционер, а за ним свежий чистый запах геля для душа и мягкой ткани. С нежностью, которой я не ожидала, Стерлинг ухаживал за мной, лаская мои ноющие мышцы и смывая последствия яда. Сквозь все это его губы целовали и наполняли мои уши утешением.
— Ты удивительная. Сильная. Я знал, что ты вернешься ко мне. Когда ты вчера вошла в клуб, все глаза были устремлены на тебя. Они все видели тебя так же, как и я. Они видели, что ты и есть королева.
Стерлинг провел руками по моей груди, дразня затвердевшие соски, по талии, притянул меня к себе. Я откинула голову назад, когда его губы коснулись чувствительной области за моим ухом. Его шепот больше походил на рычание, а слова — на заявление.
— Ты моя, Арания. Однажды ты поверишь в это так же сильно, как и твое сексуальное тело.
Пока его слова грохотали во мне, глядя вниз, я наблюдала, как последние пузырьки скатываются по моим ногам, на ступни и в слив. Повернувшись в его объятиях, я протянула руку и погладила его колючие щеки.
— Спасибо.