Алеата Ромиг – К свету (ЛП) (страница 23)
— Алло? — так как я не слышала, как отворилась дверь, я решила, что Джейкоб говорил по телефону. Он продолжил, — Да, это отличные новости. Спасибо Вам… Оу? Что?… Нет, я не слышал это от него, но, до тех пор, пока в палате нахожусь я, проблем не будет … Когда?… Да, мы будем готовы… Спасибо вам, Брат Даниель.
Спустя несколько мгновений он повернулся ко мне.
— Сара, это насчет обеда, Брат Даниель только что сказал мне, что сегодня после еды тебе заменят гипс.
— Хорошо. — Это звучало так, будто мне не нужно было что-то говорить насчет этих назначений, но почему кто-то другой говорит Джейкобу о том, как за мной ухаживать? Разве эти решения не должен принимать доктор Ньютон?
Одеяло съехало с моих ног, вызвав при этом дрожь в теле от холодного воздуха.
— Тебе действительно так будет лучше: начнешь ходить и восстановить мышцы. — Его руки проскользнули под меня, и он сказал, — Я собираюсь поднять тебя.
Я кивнула и приготовилась почувствовать боль.
— Почему ты делаешь это? — спросил Джейкоб, неся меня в ванную.
— Делаю что?
— Кусаешь губу. Это не ново. Но сейчас, без твоих глаз, я слежу за твоими губами. Я думаю, что однажды ты можешь прогрызть в них дыру. — Я начала хихикать, но снова закусила губу, когда он опустил мою здоровую ногу на пол. После того как я уже могла сама стоять на полу, я отпустила свою губу и сказала.
— Я не задумывалась об этом, но возможно это от того, что, таким образом, я пытаюсь уменьшить боль от сломанных ребер.
Он пригладил мои волосы, заправляя некоторые пряди за ухо.
— Я не хочу, чтобы у тебя болели ребра. Я не хотел, чтобы это все случилось.
Конечно, нет. Кто бы хотел, чтобы его жена попала в автомобильную аварию?
— Я знаю. На это потребуется время, но все заживет.
Он поднял мою рубашку.
— Даже с синяками, ты прекрасна. — Он неожиданно провел пальцами по моей груди, посылая мурашки вверх и вниз по коже, ловя вздох с моих губ, — Я надеюсь, что исцеление не займет слишком много времени.
Потянувшись к его плечам, я стояла совершенно неподвижно. Только звук дыхания отдавался эхом по всей ванной. С трепетом он опустил мои трусики. После того, что казалось вечностью, он поднял мои руки к ручке-опоре.
— Тебе лучше сесть, а мне лучше оставить тебя в одиночестве.
Я кивнула, интересно, было ли мое желание столь очевидным для его глаз, как его — для моих ушей.
Как только я справилась со всем, и он понес меня в кровать, я спросила:
— Будет ли просьбой или вопросом, спросить, что ты имел в виду, говоря по телефону о том, что ты будешь присутствовать? Надеюсь, это про Сестру Лилит. — Я добавила последнюю часть в надежде уйти от формулировки вопроса.
Джейкоб сделал глубокий вдох и выдох.
— Что будет допрос. Я знаю, Лилит расстроила тебя. Она больше не вернется сегодня.
— Она сказала, что вернется завтра, и мы снова останемся с ней наедине.
Джейкоб опустил меня в кровать.
— Да, она придет, и вы останетесь наедине, но я удостоверюсь в том, что она не будет обсуждать с тобой то, чего не должна. Если я вернусь завтра к расстроенной жене, такой, как ты была сегодня, то буду говорить с Комиссией, и я гарантирую, что сестра Лилит окажется в худшем положении. — Он подвернул одеяло вокруг моих ног. — Она может быть женой члена Комиссии, но она все еще женщина. И Комиссия одобрила мое ходатайство. Ты можешь говорить со мной и только со мной.
— Спасибо, — ответила я, кивнув.
— Спасибо? — переспросил Джейкоб. — Тебя устраивает такой вариант?
— Да, и, хотя мне бы хотелось поговорить с Рейчел, но, если мне можно говорить только с тобой, я не могу говорить с Сестрой Лилит, а это значит, что она может задавать только «да-нет» вопросы. Я действительно не хочу говорить ей больше, чем это, и к тому же доктор Ньютон…
— Что насчет доктора Ньютона?
Я выдохнула, надеясь, что моя честность не принесет мне беды.
— Я понимаю, что он мужчина и заслуживает уважения, но я очень странно чувствую себя рядом с ним. — Я сидела очень тихо и ждала своего наказания.
Джейкоб прикоснулся к моей щеке.
— Сара, не бойся быть честной со мной. Мне необходимо знать эти вещи, чтобы защитить тебя. — Он усмехнулся. — Возможно, настал Божий час.
Я не поняла, что он имел в виду, поэтому ждала.
— Твой вопрос, о том, что я сказал по телефону о присутствии. Это не о Лилит. Речь шла о докторе Ньютоне. Я запретил ему быть с тобой наедине во время любой медицинской процедуры. Я должен присутствовать.
Я улыбнулась и протянула к нему руки.
— Он всегда был таким? Ты защищаешь меня?
Муж прикоснулся к моим губам.
— Я защищаю тебя, но перестань. Я же не могу быть терпеливым так долго.
Его веселый тон заставил меня улыбнуться. Когда я тихо опустилась на подушки, ожидая обеда, то решила, что впервые в этой жизни чувствовала себя хорошо, и все происходящее больше не казалось неправильным.
Глава 12
Я повернула свое лицо на звук открывающейся двери. Даже спустя почти две недели мое тело реагировало на звуки так, как если бы я могла видеть, но я не могла. Пока не могла. Я даже не пыталась. Повязки мне всегда меняли в ванной комнате с закрытыми дверями и выключенным светом. Рейчел сказала мне, что комната может также использоваться в качестве фотолаборатории, если я когда-нибудь надумаю проявлять пленку. Я этого не делала, но было неплохо узнать об этом.
Доктор Ньютон объяснил, что выздоровление потребует времени. Он был особенно обеспокоен повреждением, нанесенным вспышкой от взрыва и предупредил, что преждевременное воздействие света может нанести непоправимый вред.
— Привет, Сара.
Узнавание знакомых голосов скоро станет одной из моих особенностей. Взволнованная, я не твердо стояла на ногах.
— Элизабет! Я не знала, что ты зайдешь ко мне сегодня.
Она бросилась ко мне и поддержала за плечи.
— Тебе обязательно это делать? Стоять самостоятельно?
Я кивнула.
— Я могу делать даже больше. Я могу ходить. Смотри! Сказала я, делая один шаг за другим. — Мы с Джейкобом обошли эту комнату уже много раз. Я знаю каждый квадратный сантиметр. Пока никто не передвигает мебель, я хорошо справляюсь. Получается не очень быстро, но хорошо.
— Отлично, посмотри, как ты ходишь! Ты начнешь снова бегать прежде, чем поймешь это.
Я остановилась и повернулась на ее голос.
— Бегать?
— Не смотри так испуганно. Ты знаешь, что я имела в виду.
— Я не испугалась. Да, знаю. — Мое сердце затрепетало. — О, я помню о беге. Я бегала. Я это любила.
— Ты вспомнила это прямо сейчас?
Осторожно сканируя рукой пространство, я нашла путь к креслу и присела. Когда моя рука ощупала подушку из искусственной кожи, я улыбнулась. Я была права насчет ткани.
— Нет, это произошло не сейчас. Это было в один из первых дней после того, как я пришла в себя. Я точно не помню. Это было прежде, чем я смогла говорить, и я чувствовала себя ужасно. Я не знала, где я была или даже кто я. Я чувствовала, что вот-вот взорвусь, но не могла. У меня не было клапана для сброса давления. Ты понимаешь, что я имею в виду? — Я сделала паузу, для того чтобы услышать ее ответ. Когда она не ответила, я хихикнула. — Эй, я не могу видеть, как ты киваешь головой. Так что я бы оценила словесные подсказки, чтобы наверняка знать, что ты все еще там.
Элизабет засмеялась.
— О, прости, я все еще здесь. Итак, как ты вспомнила, что любила бегать?
Я пожала плечами.
— Не знаю. Я только думала о том, чтобы успокоиться, снять стресс и найти себя. Я вспомнила себя бегущей по лесу. Там были высокие деревья и поляна. — Я сжала губы и продолжила. — Не знаю. Там был солнечный свет, который пробивался сквозь листву. — Я снова пожала плечами. — Вот и все.
— Вау, в эту пору года немного солнечного света. Должно быть это было лето. А ты помнишь что-то еще до аварии?