Альбина Шагапова – Огненное сердце вампира (страница 9)

Я лежала на столе, словно кусок говядины, готовящийся на жаркое. В, уже начавшие затягиваться раны, впивались колючие шерстинки водолазки. Я чувствовала, как по коже стекают капельки пота, от чего хотелось почесаться, а ещё лучше — окатить себя водой, прохладной и освежающей. Вокруг меня, затаив дыхание, лишь изредка, чуть заметно улыбаясь, сгрудились белые халаты. Щёки мои пылали, взгляд упирался в склонённые надо мной лица однокурсников и в ещё одно, ненавистное лицо.

Закрыть глаза, отгораживаясь от происходящего, показалось мне слишком унизительным. Нет уж, я буду смотреть в эти бесстыжие морды, сохраняя на лице каменную маску безразличия.

После вчерашних пыток тело болело, кружилась голова, и мелко тряслись руки. Раздражало всё, и покашливания однокурсников, и голос препода, и шлёпанье тряпки за стенами кабинета. А уборщица, словно издеваясь, шмякала и шмякала своим рабочим инвентарём прямо под дверью. Чавкающий звук тряпки возвращал меня во вчерашний кошмар, от чего, тело покрывалось противными мурашками.

— Любое эмоциональное состояние отражается в теле живого существа, ведь эмоции — ни что иное, как ответная реакция организма на раздражения, — вещал вампир.

День сегодня выдался ясным. Утреннее сентябрьское солнце, всё такое же золотистое, но уже не жаркое, вливалось в аудиторию щедрыми потоками. И в этом свете, что наполнил помещение до краёв, заливая густой желтизной и стены, и столы и потолок, медная шевелюра преподавателя казалась и вовсе огненной, как те старые клёны в институтском дворе. Я поймала себя на том, что невольно, залюбовалась вампиром, его рыжей непослушной чёлкой, спадающей на глаза, этими самыми глазами, цвета янтаря, широкими плечами, высоким лбом и тут же обругала себя за это:

— Как можно любоваться тем, кто тебя унижает, да ещё и прилюдно.

А препод, тем временем, продолжал свой урок:

— Часто испытываемая негативная эмоция, провоцирует заболевание того или иного внутреннего органа. Наша с вами задача, восстановить часть ауры в проекции поражённого органа и устранить токсичное действие эмоции.

Горячая рука преподавателя легла на моё запястье, и по телу потекло уже знакомое тепло, а дыхание перехватило от восторга. Солнце вспыхнуло ещё ярче. Теперь оно пылало в каждой пылинке, кружащейся в воздухе, светилось во мне самой. Я сама была готова стать этим светом, раствориться в нём. Превратиться в пляшущие языки огня, беспечные, радостные, но такие сильные и опасные. Передо мной лежал весь мир, или я сама стала этим миром, его центром? Я— ядро планеты! Я — кипящая лава…

— Ну и глупая у тебя физиономия, наверное, — шепнула гиена. — Ты, Крыська — посмешище, экспонат, наглядное пособие. Ты, жалкая куколка, ни на что не способна, по тому и лежишь здесь, на столе, пока другие занимаются делом.

Обида и раздражения нахлынули, накрыли мохнатым серым покрывалом, и я резко выдернула руку из такой уютной, мягкой ладони. Хотя, мой протест, оказался сродни тому, когда вопреки маминым наставлениям, ребёнок ест снег и облизывает железки на морозе. Хальвар даже не заметил потери, зато во мне поселилась пустота, а солнце потускнело.

— Сбору анамнеза, как и топографической анатомии, вас, надеюсь, обучили на других дисциплинах. А на сегодняшнем занятии, мы начнём работу, непосредственно, с аурой пациента.

Ребята захихикали, кидая на меня насмешливые взгляды. Даже на лице моей лучшей подруги отразилась улыбка.

Да, с Дашкой мы помирились. Я сама подошла к ней с извинениями, и она, великодушно, их приняла. Но, дружба— дружбой, а смеяться, когда действительно смешно, никому не запрещается.

— Итак, — взгляд Хальвара обжёг, пригвоздил к жёсткой поверхности стола, на которой я лежала. — Данный пациент испытывает частые головные боли, тошноту и боли в желудке. Всё это следствие хронически — испытываемых эмоций, таких, как страх, вина, обида. Так же, пациент нуждается в положительных эмоциях, таких как, любовь, удивление, умиротворение.

Однокурсники принялись переглядываться, я же, казалось, вот-вот сгорю от стыда и возмущения. Кто ему, вообще, позволял лезть мне в душу, выворачивать её на изнанку и выставлять на общее обозрение?

— Если оказание экстренной помощи, снятие боли, купирование приступов, требует лишь работы с аурой, то лечение хронических заболеваний и их предотвращение на начальной стадии, предполагает работу ещё и с эмоциями.

— А как мы поймём, какие у него там тараканы, мы же ауру не видим? — вмешался неисправимый Женька Лебедев.

— А для этого, уважаемые студенты, вам читают курс психологии.

Вампир одарил всех присутствующих своей лучезарной, ослепительной улыбкой, от которой заныло в животе, и, наверное, не только у меня.

Ребята улыбнулись в ответ, даже Юлька — лютая ненавистница вампиров. Ну и куда испарилась твоя принципиальность, Юлечка? Что же ты на Хальвара с кулаками не кидаешься, не винишь в смерти сестры?

— Приступим, непосредственно, к лечению, — огромная ладонь легла мне на эпигастральную область. — Мы из прошлой лекции помним, что терапевтический эффект возникает по причине частоты колебаний различных звуков, которые резонируют с внутренними органами. Каждому внутреннему органу соответствует свой звук и своё сочетание нот. В нашем случаи нам потребуется сочетание нот «Фа» и «Ми». Жёлтый цвет ноты «Фа», успокаивает боль, а зелёный цвет ноты «Ми», обладает седативным и противовоспалительным эффектом. Что касается эмоционального состояние, то здесь нашей задачей является подбор звуков того же цвета. Теперь хочу задать вам вопрос, коллеги, какая эмоция на данный момент требуется нашему пациенту? В чём он испытывает недостаток?

— В шубе и валенках, — выплюнула Юлька, стараясь выказать этим словом всё своё призрение ко мне. Несколько человек поддержало её хихиканьем.

Тёплый дружелюбный взгляд преподавателя посуровел. Теперь в его глазах блестел не ровный свет янтаря, а полыхали раскаленные угли.

— Покиньте аудиторию, студентка Богданова, — жёстко произнёс он, а в помещении стало жарче.

Студенты потупили взоры, тут же решив, что носки их туфель, и есть диво дивное и чудо чудное.

— А что я такого сказала? — пискнула Юлька, стараясь удержать свой страх под контролем и в то же время, заслужить снисхождение. — Что пошутить нельзя?

— Если вы, студентка Богданова, не покинете аудиторию, — спокойно произнёс вампир, и от его спокойствия, хищного, властного, пропитанного осознанием собственной силы, бросило в дрожь. — Я буду вынужден выписать вам штраф за нарушение дисциплины.

Бледная Юлька, схватив сумочку, выскочила за дверь. В воцарившейся тишине было слышно, как цокают каблучки по отмытому до зеркального блеска кафелю. Попробуй не отмой, тут же получишь повестку в Цтанцию забора крови. Мол, тебе платят деньги, тебе выдали жильё, тебя лечат в больницах и отправляют отдыхать в санатории, будь добр— выполнять свои обязанности добросовестно. Вампиры вообще помешаны на добросовестности и порядке.

— Так что же требуется нашему пациенту на первом этапе лечения? — голос вампира вспорол сгустившееся молчание, словно сверкающим ножом.

— Спокойствия? — робко спросило несколько человек.

— Да, — согласился преподаватель. — Пациент напряжён, раздражён и напуган. Находился, да и сейчас находится в состоянии стресса. Тошнота, нарушение сна и аппетита, всё это устраняется зелёными звуками «И», «Ю» и жёлтым звуком «Е». Лишь на последующих сеансах мы введём красную ноту «До» и звук «А». Красный цвет, звучащий в верхней октаве излучает доверие, любовь, чувство безопасности, всё то, в чём нуждается данный пациент…

Оставаться безучастным подопытным кроликом больше не было сил. С какой это радости, я позволяю себя выставлять на посмешище, демонстрировать мои слабые стороны и давить на больную мозоль? Мало мне отца, а ещё и этот…

Мысли скакали разноцветными блохами, покусывали моё самолюбие, оставляя зудящие волдыри. Чувство самосохранение и осторожность помахали ручкой, а на их смену явился гнев. Словно со стороны я услышала собственный голос.

— Вы об этике и деонтологии хоть какое-то представление имеете? — крикнула я, спрыгивая со стола и натягивая халат, поверх водолазки. — Какое вы имеете право обсуждать мои проблемы, копаться во мне, как в потрошеной курице? Право всесильного вампира, штрафующего всех, кого не лень? Идите— ка вы в жопу, всемогущий хозяин планеты!

С этими словами, я выскочила из аудитории и помчалась в место, где все девочки привыкли реветь, оплакивая свою нелёгкую долю, в женский туалет. Там, перед зеркалом, в тишине, нарушаемой лишь клокотанием унитазных бочков да звоном падающих капель из неисправного крана, я долго вглядывалась в своё отражение. На меня смотрел обиженный ребёнок с красными, от слёз глазами, распухшим носом и пылающей кожей щёк. Теперь, когда ярость схлынула, в душу медленно начал заползать страх. Скользким холодным червём он продвигался внутри меня, оплетая петлями органы, ложился маслянистой тяжёлой тушей в желудке. Я оскорбила преподавателя! Является ли он вампиром или нет, значение не имеет. Он находился при исполнении своих обязанностей, а нанесение оскорбление гражданину, выполняющему свою работу — преступление. Мне выпишут штраф, сообщат на работу отцу, а может даже и отдадут во служение какому— нибудь вампиру на некое количество суток.