Альбина Нурисламова – Неупокоенные (страница 37)
Мария, для которой сестра была самым близким человеком, поняла, что никогда и никого не ненавидела сильнее. Она пыталась образумить сестру («Ты не знаешь этого человека!»), взывала к благоразумию («Вы не пара, он с тобой из-за денег, он знает, как ты богата!»), плакала и жаловалась («Ты перестала со мной общаться, отшвыриваешь, как ненужную вещь, это нечестно»).
Однако добилась противоположного эффекта: Анастасия обвинила ее в зависти, черствости и эгоизме.
Каждый новый день усугублял конфликт, делал трещину между ними все шире. Со стороны никто ничего не замечал, но сестры превратились из самых родных людей в злейших врагов – и все за каких-то пару недель.
Однажды Душан предложил им отправиться на прогулку в горы. Близ города высилась Скала Невест – романтично, не так ли? С нее открывался чудный вид, хотя добраться было нелегко. Но что может быть лучше прогулки в приятной компании?
Отправились в путь в восемь утра. Душан арендовал автомобиль, нанял водителя. Ехали около получаса, затем, оставив машину и шофера дожидаться их, двинулись пешком. Дорога все круче забирала в горы, но идти было легко: прекрасная природа, сквозь ветви деревьев видна васильковая морская гладь.
Влюбленные ворковали, держась за руки, и Мария оставила их позади. До Скалы невест она добралась первой. Вид и вправду был невероятный, Душан оказался прав. Головокружительная высота, ярко-синее море, переливающееся золотом в солнечных лучах, далеко внизу раскинулись прибрежные поселки и отдельно стоящие домики, казавшиеся игрушечными.
– Боже, до чего хорошо! – воскликнула Анастасия, появляясь за спиной Марии. Она подбежала к сестре и обняла ее. – Прости, я была невыносима в последнее время. Ты права, это я эгоистка, а не ты, счастье сделало меня слепой. Но теперь все изменится.
– С чего бы? – напряженно спросила Мария, втайне надеясь, что парочка поссорилась, и жизнь снова станет прежней.
Однако Анастасия сказала совсем другое.
– Душан только что сделал мне предложение, и я согласилась. – Она покраснела и глупо хихикнула. – Я сказала, что хочу тотчас рассказать тебе, и Душан ответил, что оставит нас одних, нарвет пока цветов. Милая, тебе всегда найдется место в нашем доме, мы будем жить все вместе: ты, я, мой муж и, в будущем, наши дети. Я буду внимательна к тебе, поверь.
Мария слушала – и не слышала. Приживалка при госпоже – вот кем ей предлагалось быть! Стать тенью, компаньонкой, нянькой для их будущих детей, радоваться крохам внимания, которые будут перепадать на ее долю.
В глазах потемнело, и то была не фигура речи. Марии показалось, что солнце погасло, ничего хорошего, светлого и радостного в жизни уже не будет. Она стояла на краю обрыва, и в голову пришла мысль о том, не лучше ли сделать шаг и покончить с этой мукой?
Мария посмотрела в счастливое лицо сестры и вдруг подумала о другом. Вот она, виновница ее несчастья. Предательница, оттолкнувшая родного человека, променявшая сестру на того, которого она знает меньше месяца.
Злость, обуявшая Марию в эту минуту, была подобна черному урагану. В следующее мгновение, не успев толком ничего обдумать, она схватила Анастасию за плечи и резко оттолкнула от себя.
Хотела ли Мария столкнуть сестру со скалы или ей были противны фальшивые объятия, лживые речи, и она желала отбросить их от себя? Кто скажет…
Однако вышло так, как вышло. Секундой позже Анастасия, как большая белая птица, не успев даже вскрикнуть, полетела вниз с огромной высоты. Только что стояла рядом – и нет ее!
Мария была потрясена, еще не сознавала того, что натворила, когда услышала:
– Что ты сделала? Ты убила ее! Убила Анастасию! – Отшвырнув букет, который держал в руках, Душан пересек поляну и приблизился к Марии.
– Я не хотела! Это вышло случайно! – воскликнула она, ломая руки.
– Ложь! Я все видел и расскажу об этом. Ты завидовала сестре и убила ее – вот что ты сделала! Тебя посадят в тюрьму.
Мария закрыла лицо руками и разрыдалась. Душан умолк, а через мгновение заговорил снова, и голос его звучал тихо и вкрадчиво.
– Но есть и другой выход. Мы ведь почти стали родственниками, я не желаю твоей погибели. Я единственный свидетель, могу подтвердить, что ты не нарочно. Или же могу ничего не говорить: мы с тобой скажем, что отстали, а Анастасия пришла на Скалу Невест одна и, вероятно, оступилась. Люди поверят, зачем нам лгать, мы оба любили ее!
Мария отняла ладони от лица.
– Что ты хочешь взамен?
– Взамен я сделаю тебя счастливой. Ты тоже хотела замуж? Так я стану твоим мужем. Мы никому ничего не скажем, будем скорбеть, уедем отсюда, а через положенное время тихо поженимся.
– Тебе все равно, на ком жениться? – еле выговорила Мария.
Душан принялся объяснять, что обе сестры ему понравились, он долго не мог выбрать. Но Мария не была дурочкой. Она оказалась права: проходимцу нужны были только деньги Анастасии, ни о какой любви не было речи. А сейчас все устроилось даже лучше: вместо двух третей состояния он получит его целиком, женивший на второй сестре. И у нее нет шанса отказаться от постылого брака с низким человеком, иначе Душан сдаст Марию полиции!
«Нет выхода?» – произнес холодный голос в ее голове.
Мария посмотрела на мужчину и сказала:
– Ты глупец, Душан. Вот ты и выдал себя! Я предложила сестре устроить проверку перед свадьбой, разыграть эту сцену. На самом деле Анастасия жива, теперь она знает цену твоим словам, никакого брака не будет!
Душан побледнел и неуверенно проговорил:
– Чушь собачья! Я же сам видел, как…
Мария подошла к краю обрыва, глянула вниз и произнесла:
– Сам взгляни на свою невесту!
Будь у Душана больше времени на размышления, не будь он так растерян, конечно, не поверил бы. Да он и в этот миг не верил, но машинально сделал шаг и посмотрел вниз. Дальше было просто. Когда мерзавец полетел в бездну, Мария ничего не почувствовала, кроме удовлетворения и сознания своей правоты.
Конечно, гибель сестры стала для нее тяжким ударом, поэтому, когда она прибежала к водителю, ожидавшему их, рассказала, что заблудилась, потеряла сестру и ее жениха из виду, Мария выглядела естественно. И потом, когда тела нашли внизу, ее скорбь и потрясение смотрелись очень натурально. К тому же все знали, насколько сестры были близки, привязаны друг к другу, и сочувствовали ей. Никто не заподозрил Марию, она могла бы вернуться домой и жить дальше, примирившись со своей совестью, если бы…
Если бы каждое действие в подлунном мире не имело последствий.
Тем же вечером Мария увидела на столике браслет сестры. Его не могло там быть, ведь он находился на руке Анастасии, когда она упала со скалы. Возможно, украшение сняли с сестры или нашли возле тела и принесли сюда, а она не заметила этого, убеждала себя Мария, но страх не оставлял ее.
Ночью она не могла заснуть, даже лекарство не помогло. Около полуночи в смежной спальне зажегся свет. Голос сестры произнес:
– Мария, подойди, поцелуй меня на ночь. У меня нога болит, должно быть, подвернула.
Как заводная кукла, встала Мария с кровати, пошла на зов. А когда вошла в спальню, не сдержала крика: в кресле сидела изуродованная падением покойница. Из разбитого черепа текла кровь, одного глаза не было, сломанные ноги и руки страшно вывернуты.
– Отчего ты не подходишь ближе? – проскрипела покойница и поднялась с кресла.
– Нет! Нет! – вскрикнула Мария.
Мертвая сестра шла к ней, ноги ее выворачивались из суставов, сгибались и разгибались в невозможных местах, а синие губы кривились в усмешке.
– Ну же, сестричка, обнимемся?
Мария закричала и отпрянула, наткнувшись на что-то позади себя. Обернувшись, увидела возле двери Душана. Он тоже был мертвее мертвого и тоже ухмылялся, широко раскрыв рот. Мария потеряла сознание.
На вопли ее прибежали люди, вышибли дверь. Молодую женщину перенесли в кровать, спешно вызвали доктора. На утверждения Марии о ночных гостях все переглядывались, пожимали плечами и говорили, что это следствие перенесенного потрясения и горя.
На следующий день ничего не закончилось, стало хуже. Вещи покойной сестры, которые были на ней в день смерти, – пояс, шейный платок, сережки, часы на цепочке – обнаруживались в номере. Всюду, куда шла Мария, ее преследовали мертвецы, их голоса неумолчно звучали в голове: нашептывали, укоряли, пугали. Холодные мокрые руки касались лица и затылка, запах разложения плыл в воздухе.
Не в силах выносить этого, поздним вечером Мария покончила с собой. Ее пытались остановить, когда она, стоя на подоконнике, кричала, что больше так не может. Признавшись в двойном убийстве, она выпрыгнула из окна. В комнате были доктор, горничная, ночной уборщик, но никто из них не знал, что возле подоконника стояли еще двое.
Анастасию и ее жениха видела лишь Мария, и последним, что она услышала в своей земной жизни, были слова сестры:
– Прыгай и присоединяйся к нам. Мы все равно никогда не оставим тебя в покое. Убегать бесполезно.
Мария прыгнула и, по-видимому, присоединилась к сестре и Душану, потому что с тех пор, вот уже полвека, все трое остаются в тридцатом номере, являясь всякому, кто решится поселиться там.
Милош завершил свой рассказ.
– История потрясающая, трагическая, ничего не скажешь, – проговорил Александр, окончательно решив, что его книга будет драмой сестер. Былой замысел теперь казался ему пресным.