Альбина Горшина – Сквозь боль и тишину (страница 4)

– Хочешь присоединиться? – спросил я, почти шепча. Сам не знал, шучу или нет. Алкоголь, возбуждение, адреналин – всё смешалось. Мысль о том, чтобы взять её прямо здесь, на кухонном столе, пронзила меня, как удар тока. Член напрягся, будто требуя действия. Блядь… Я никогда не смотрел на неё так. Но сейчас мысли просто кричали, и я посмотрел на неё как на девушку которая реально привлекательная.

– Нет, – прошептала она. Так тихо, что я едва расслышал. Я улыбнулся. Не злорадно. А как-то… странно. Меня это задело.

– Ладно, – подумал я, отступая назад. – Пиво, помнишь?

Открыл холодильник, взяв банку пиво, залпом выпил. Оглянулся её уже не было. Только дверь, чуть приоткрытая.

Ксюша

Я так не хотела идти в этот клуб. Каждый шаг давался с трудом, будто земля тянула меня обратно – к тишине, к одиночеству, к привычному ощущению, что меня здесь не ждут. Но Марина уговорила. Она всегда верит, что со мной что-то может измениться. А я – нет. Подойдя к их столику, я боялась посмотреть на Диму. Особенно после вчерашнего… я чувствовала себя не в своей тарелке, о которой все забыли. Я стояла, сжав руки в кулаки, и мечтала только об одном, поскорее покинуть это место. А потом появилась Ангелина. Она скользнула к Диме с грацией кошки, у которой всё под контролем. И первый же взгляд, брошенный на меня, был холодным, как зимний ветер. В нём не было злобы, хуже. В нём было презрение. Будто я не человек, а тень, случайно попавшая в свет.

– Серёжа, а где твоя Леночка? Устала от такой скучной компании? – спросила она, будто бы невзначай.

– У неё разболелась голова. Ушла, – ответил он. Ангелина улыбнулась, и её глаза скользнули по мне, как по мусору.

– Как жаль, – вздохнула Ангелина, поворачиваясь к Марине. – А ты, Мариночка, всё с той же убогой подружкой-инвалидкой общаешься? Неужели никто получше не нашёлся?

Слово «убогой» прозвучало, как удар. Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Взглянула на Диму. Он смотрел куда-то в сторону. Спокойно. Холодно. Как будто моё существование его больше не касалось. И в этот момент я поняла: не слёзы обиды катятся по щекам, а боль от его равнодушия. Я выбежала из клуба. Села на лавочку у входа, обхватила колени руками. Небо было чёрным, но в нём мелькали звёзды – одинокие, как и я. Зачем я вообще пришла сюда? Что я им сделала? Просидев минут пять я решила пройтись. Я шла вдоль дороги, по обочине, чтобы успокоиться и немного прийти в себя.

– Садись. Отвезу домой, – раздался голос. Я обернулась. Дима, опираясь на стекло, сидел в своей машине. В свете фонаря его взгляд выглядел резким, но в глазах не было насмешки. Только что-то тёплое, неуверенное. Я пошла прочь, стараясь не оглядываться в его сторону. Выскочив из машины, он догнал меня схватил за руку.

– Ксюш, садись. Отвезу домой. Обещаю не буду приставать. Как вчера.

– Оставь меня, – сказала я, но слёзы уже текли по щекам.

– Если я тебя брошу, Марина меня убьёт, – усмехнулся он. Я замерла. Марина… Значит, она его послала. Кроме Марины, я никому не нужна в этой жизни. После пробега из клуба, я видела пропущенные звонки. Она как всегда беспокоилась за меня.

– Хорошо, – прошептала. Мы сели в машину. Он написал Серёге сообщение, завёл двигатель.

– Куда? – спросил он меня.

– Монастырская, 13. – сказала я свой адрес, где жила с матерью и отчимом. Я смотрела в окно. Город проплывал мимо тусклый, пустой. А внутри – шум.

– Ты извини… – начал он.

– За вчера? Или за сегодня? – перебила я.

– За всё, – сказал он тихо. Я посмотрела на него. Впервые за долгое время он выглядел… настоящим. Не как парень с высокомерной улыбкой, а как кто-то, кто тоже устал от тишины.

– Слушай, Ксюш… Ты точно хочешь домой? – спросил он вдруг меня. Я замерла.

– Просто… Может, покатаемся по городу? Без цели. Просто… пока не захочется остановиться. – спрашивает он меня, в этот миг я задумалась. Что меня ждёт дома? Крики, запах алкоголя, мать, которая смотрит на меня, будто я её ошибка.

– Я согласна, – сказала я. И мы поехали. В тот вечер мы говорили обо всём и ни о чём. О детстве, о музыке, о том, как он ненавидит летние экзамены. Он смеялся – искренне, без маски. Я смеялась в ответ. Впервые за долгое время я чувствовала себя… живой. К двенадцати он подвёз меня домой. А сам уехал. В окнах моей квартиры горел свет. Через открытое окно доносились голоса, смех, звон бокалов. Я села на качели, и просто сидела ждала, когда всё утихнет. Сегодняшний вечер останется в памяти на долго. Я даже не думала что Дима окажется таким заботливым. Из кармана джинс я достала салфетку с нарисованным котиком, и улыбнулась. Через какое-то время я услышала шаги и его голос.

– Почему не зашла?

Дима стоял рядом, в руках держал свитер, в глазах немой вопрос.

– Не хочу, – просто сказала я. Будто понимая без слов он кивнул.

– Пошли. Переночуешь у нас.

– А Марина?

– Она спит. А ты будешь в моей комнате. Я в зале сегодня посплю.

Уже у них дома, он дал мне свою футболку с запахом стирального порошка, и чуть-чуть его. Полотенце. И ушёл, оставив меня одну в его комнате. Под душем я плакала. Не от боли. От странного чувства будто впервые за долгое время кто-то заметил меня. В первые я почувствовала что я кому-то нужна. А точнее ему. Лёгла в его кровать. Запах его одеяла, подушки… как будто он был рядом. Заснула не сразу. Мысли в голове сплошной ковордак.

Утром проснулась от шороха. Открыла глаза и замерла. Дима стоял у шкафа, голый. Свет утреннего солнца ложился на его спину, вырисовывая линии мышц, как будто рисовал. Я не могла отвести взгляд. Широкие плечи, сильные руки, спина, переходящая в узкие бёдра… Внизу живота вспыхнуло тепло тихое, но настойчивое. Я зажмурилась, начала считать: один, два, три… Наконец он оделся, и подошёл ко мне. Присел на корточки у кровати.

– С добрым утром соня, – улыбнулся своей улыбкой. Я резко села на кровать. Футболка сползла с меня, оголяя мою грудь. Я почувствовала прохладу на своей коже, и тут же поняла, что он видит меня. Как на зло соски торчали от возбуждения, и внизу живота до сих пор все полыхает.

– Ой, сколько времени? Мне нужно домой за вещами! – бормочу первое что пришло в голову. Смущённо натянула ткань, подняла на него глаза. Он смотрел уже не на грудь. А на меня. Взгляд тёмный, напряжённый. Где-то между гневом и… чем-то другим. Чем-то, что я не могла назвать.

– Одевайся, – сказал он хрипло. – Вызову тебе такси.

И вышел. Я стояла посреди комнаты, сердце билось так, будто пыталось вырваться из груди. Что это было? Я не знала. Но одно было ясно, между нами что-то изменилось.

Глава 3. Новые правила

Марина

Погуляв с Сергеем по набережной, мы мило болтали. В этот вечер я многое узнала о Сергее. Он рассказывал про учебу в колледже, про родителей в Москве. Время пролетело незаметно уже в час ночи, ближе к двум, он довёз меня до дома. Чёрт, ведь уже завтра первое сентября. Зайдя в квартиру, я услышала, как в зале работает телевизор. Заглянув туда и остолбенела. Было странно видеть Диму спящим на диване, обычно он всегда уходит в свою комнату. На цыпочках прошла к лестнице и поспешила к себе в комнату. Ксюши так и не было. Может, она осталась у Галины Николаевны? Уже лёжа в постели я стала прокручивать свой план по соблазнения преподавателя. А ведь я так и не увидела его девушку. А может она и вовсе не его девушка? Но одно я знала точно, я от своего не отступлю.

Сегодня первое сентября, я встала пораньше, приняла душ, на красилась, губы подвела яркой красной помадой. Надев школьную форму, чёрное платье с белым фартуком, я направилась на кухню позавтракать. Дима сидел там и, как обычно, был мрачен. Интересно, куда он отвёз Ксюшу вчера, домой или к Галине? Я набрала её номер она ответила сразу.

– Ксюш, ты куда пропала? – спросила я.

– Да никуда, я дома. Сейчас переоденусь и пойду в школу. Встретимся там, – ответила она и закончила разговор первой. Дома? Какого чёрта он повёз её домой? А если бы с ней что-то случилось?

– Ты с ума сошёл? Зачем ты её домой отвёз? – бросила я брату. Он молча встал и ушёл в свою комнату. Что с ним такое?

В школу я доехала на такси и сразу побежала искать Ксюшу в класс. Забежав туда, я увидела Сергея. Сердце ёкнуло, заколотилось. Он посмотрел на меня, будто на постороннего.

– Так, ребята, присаживайтесь на свои места. Будем знакомиться, – сказал он.

Я поспешила сесть рядом с Ксюшей и сразу спросила:

– Всё в порядке?

– Да, всё хорошо, – ответила она мне.

– Здравствуйте, ребята, – обратился Сергей ко всему классу. – Я ваш новый классный руководитель Демин Сергей Романович.

Он даже не взглянул на меня.

– Глянь, уже слюни пускает, – хмыкнула Ксюша, показывая на Аню, которая облизывая чупа-чупс, не сводила глаз с учителя.

– Давайте пробежимся по списку кто отсутствует, – продолжил он.

– Шлюшка озабоченная, – пробормотала я, глядя на Аню.

– Атюшев Макар.

– Здесь, – раздался голос с задней парты.

– Алиева Ксюша.

– Здесь, – ответила Ксюша. И тогда его взгляд задержался не на ней, а на мне. Всего на мгновение. Потом снова уткнулся в список.

– Горина Анна.

– Я тут, – ответила Аня. На ней его взгляд задержался дольше, чем на остальных. И наконец прозвучала моя фамилия.

– Зацепина здесь.

– Да, я здесь.

– Я вижу, что вы здесь, – сказал он с лёгкой усмешкой и укором. Что это было? Первое замечание? Мне стало не по себе. Куда делся тот Сергей, с которым мы вчера гуляли? Остаток дня я провела в смятении.