Альбина Горшина – Не говори Нет, всегда говори Да (страница 3)

Я остановился. Медленно повернулся. Илья усмехнулся понимая что сейчас будет. Мы вошли, открывая дверь. Она стояла у кофемашины с бокалом в руке. Губы приоткрыты от удивления. Глаза – голубые, живые, дерзкие. Она обернулась. Увидела меня. И чуть не выронила чашку.

– Моя, – сказал я.

Холодно. Чётко. Как приговор.

– Милана, а ты уже здесь? – улыбнулся Илья. Она смотрела на меня. Как на призрака. Как на наказание. Как на того, кого она поцарапала – и теперь боится. Я не отводил взгляда. Сверлил. Оценивал. Девочка, ты понятия не имеешь, во что вляпалась.

Ты – дочь убийцы.

Ты – ошибка.

И теперь ты – в моём мире.

Где правила пишутся кровью.

Ты царапаешь мою машину…

А я – разрушу твою жизнь.

Глава 2. Игра

Милана.

Прошёл почти месяц с тех пор, как Илья уехал, оставив нас на попечение Андрея. С тех пор Андрей редко появлялся в нашем кабинете. Обычно он просил Анжелу принести ему всё необходимое. Я же старалась избегать с ним любых контактов. Кто знает, что творится у этого человека в голове? Почему я называю его психом? Потому что он был совершенно неадекватен в вопросах работы. Установил свои правила – жёсткие, нелогичные, с которыми приходилось просто смириться. Каждый день – новые прихоти, новые требования. Если честно, мы все скучали по Илье Михайловичу. При нём такого бардака не было.

– Анжела, принеси мне кофе и отчёт от Илюхи. Он должен был переслать его вчера вечером по факсу, – в очередной раз раздался его голос из кабинета.

– Андрей, я сейчас занята другим отчётом. Давай Милану пришлю? – ответила она, и тут же бросила на меня быстрый взгляд, молча добавив: «Иди, я не могу».

Я с недоумением посмотрела на неё, но Анжела лишь едва заметно кивнула в сторону его кабинета. Пришлось подчиниться. Приготовила кофе так, как он любит – крепкий, без сахара, с каплей молока. Взяла со стола Анжелы бумаги с отчётом и неохотно направилась к нему. Почему каждый раз, когда я попадаю в его поле зрения, он не отводит от меня своих чёрных, как ночь, глаз? От одного его взгляда по коже бегут мурашки – как сейчас. Я поставила чашку с кофе на стол и протянула ему папку с документами. Но он, будто не замечая ни меня, ни бумаг, продолжал смотреть. Смотрел открыто, пристально, будто взвешивал, оценивал. Его взгляд скользнул по мне, как сканер – медленно, холодно, бесцеремонно. Никто ещё в жизни не смотрел на меня так. Свысока. Как на вещь. Как на объект, а не на человека. Взгляд был властным. Пронзительным. И в то же время скользким – будто пытался проникнуть внутрь, раздеть не только тело, но и мысли. Мне было некомфортно. Очень. Хотелось поскорее развернуться и уйти, спрятаться от этого давления.

– Когда будешь отрабатывать за машину? – вдруг спросил он. Я замерла. Вопрос застал меня врасплох.

Отрабатывать? Я думала, этот вопрос уже закрыт. Забыт.

– Что вы имеете в виду? – наконец выдавила я, стараясь говорить спокойно, хотя голос дрожал. Он медленно откинулся на спинку кресла, не сводя с меня глаз. Уголки губ чуть приподнялись – не улыбка, а скорее тень чего-то опасного.

– Ты прекрасно понимаешь, о чём я, – сказал он тихо. – Долг есть долг. И он должен быть погашен.

Андрей.

Она заходит – и я снова смотрю на неё. Точная копия своей матери. Я слишком хорошо помню её мать. А вот от отца в ней – ничего. Хотя, строго говоря, он ей и не отец. А знает ли она об этом? Или и впрямь верит, что Виктор – её настоящий отец? Чёрт, к чёрту эти мысли. Стоит мне увидеть эту наивную девчонку – и в голове начинает роиться всякая чепуха. Она даже не смеет посмотреть мне в глаза. Ни разу не извинилась за испорченный «Мерседес». Такая невинная, застенчивая. Прямо ангел, сошедший с небес. Точь-в-точь как её мать – в молодости. Она аккуратно поставила кофе на стол, протянула отчёт. Чёрт… какая же она, блядь, красивая. Мелькнувшая мысль – резкая, животная. Фигура – идеальная. Лицо – будто с обложки. Глаза – тёмные, чистые, наивные. Тело отреагировало мгновенно, помимо воли. Да, слишком давно я не был с женщиной. И вот – в самый неподходящий момент. Мне срочно нужно кого-то трахнуть. Или… может, начать с неё? Я бы с радостью раздвинул ей ноги.

– Когда будешь отрабатывать за машину? – спросил я, стараясь сдержать нахлынувшее возбуждение. Она замерла.

– Что вы имеете в виду? – растерялась, не понимая прямого намёка.

– Ты прекрасно понимаешь, о чём я.– протянул я, вставая. – Долг есть долг. И он должен быть погашен. Я медленно пошёл к ней. Шаг за шагом. Сокращая расстояние. Загоняя в угол. Она смотрела на меня – как олень в свете фар. Глупо. Наивно. Но чертовски притягательно. Я ловил себя на том, что наслаждаюсь этим взглядом. Какие у неё глаза… Такие, что хочется сломать. Хочется увидеть, как в них впервые появится страх.

Подошёл вплотную. Почувствовал её дыхание на своей коже. Тёплое. Прерывистое.

– Так чем будешь отдавать? – прошептал я.

– Извините… Мне нужно работать, – выдавила она, и её пухлые губы дрогнули. Щеки мгновенно покраснели. На мгновение мне захотелось схватить её за подбородок, поцеловать – грубо, чтобы запомнила. Но я отступил.

– Да ладно, пошутил. Ты не в моём вкусе, – бросил я с холодной усмешкой. Она тут же метнулась к двери – как от хищника. Я смотрел ей вслед. Улыбнулся. А ведь девчонка – ничего. Очень даже хороша. С первого дня, как увидел её, во мне что-то щёлкнуло.

Желание.

Не просто сексуальное – а почти одержимое. Как голод. Неконтролируемый. Я сам не понимал, что со мной происходит. Вечером зашёл в отдел кадров. Там сидели две сотрудницы – миловидные, лет по тридцать. Нормальные женщины. Но в голове уже сидела только одна – маленькая, наивная, раздражающе чистая. Ту, которую нужно проучить.

– Девушки, можно резюме всех сотрудников, принятых за последний год? Хочу ознакомиться, – попросил я, стараясь звучать официально.

– За какой период? – уточнила одна из них.

– За последний год.

Через минуту мне протянули папку. Я листал быстро. И вот – её резюме. Викторина Милана Викторовна. 1988 года рождения. 19 января. Через несколько месяцев – девятнадцать. Проживает в селе Берёзовка – районный центр на юго-востоке Пермского края. В 135 километрах от Перми. Так вот куда вы тогда сбежали…

– Милана Викторовна, – произнёс я вслух.

Городская прописка – съёмная квартира. Работает, учится на заочном в ПГУ. Дома – в Берёзовке – живёт с родителями и двумя младшими братьями. Отец – Виктор.

Я усмехнулся.

Отец… Очень интересно.

Я закрыл папку. Откинулся на спинку стула. Что же мне с тобой делать, Милана? Как сломить ангела, который даже не знает, что он – не тот, за кого себя выдаёт? И тогда в голову пришла идея. Холодная. Точная. Опасная. Идея, от которой по коже пробежал приятный холод.

Милана.

Сессия у заочников проходит иначе, чем у очников. У нас нет привычных семестров с лекциями и семинарами. Всё строится вокруг двух ключевых периодов – установочной и экзаменационной сессий. Установочная сессия длится около месяца. В это время мы приезжаем в университет, знакомимся с преподавателями, получаем программу курсов, конспекты, задания. А потом – возвращаемся к обычной жизни. На несколько месяцев мы остаёмся наедине с учебниками, методичками и дедлайнами. Мы сами организуем процесс: изучаем материал, пишем рефераты, выполняем контрольные. Никто не напоминает, не проверяет, не подталкивает. Всё – на совести. А потом наступает экзаменационная сессия. Всё решают билеты, устные ответы, иногда письменные работы. Преподаватели, конечно, понимают, что заочникам сложнее. У большинства из нас – работа, семья, домашние заботы. Поэтому к нам часто применяют снисхождение. Но даже эти небольшие поблажки не всегда спасают. Особенно когда голова забита не только учёбой, но и чем-то другим. Чем-то тревожным. Чем-то, что не даёт сосредоточиться. Например, тем, что происходит у тебя на работе. Или тем, как на тебя смотрит твой новый начальник. Я сидела за столом, как обычно, поздним вечером. Передо мной – учебник, тетрадь. Писала очередной реферат по экономике. Глаза устали, мысли путались. Хотелось только одного – упасть в кровать и забыть обо всём. И тут вибрация телефона. Сообщение. Номер неизвестный.

"Привет. Может, пообщаемся?"

Я нахмурилась.

"Ты кто?" Пишу в ответ.

Ответ пришёл почти мгновенно.

"Твой тайный поклонник."

Я фыркнула, но тут же почувствовала лёгкое напряжение в груди. «Серьёзно?» – подумала я. Решила проверить. Позвонила. Номер временно недоступен для совершения вызова. На экране высветилось предупреждение.

– Да что за бред… – пробормотала я, отправляю сообщение, открывая телефон раскладушку.

"Что хотел?"

Набрала я, стараясь не показать своё раздражение.

"Тебя."

Я замерла. Сердце резко забилось.

"Ты что, ебанутый?"

Написала, уже с дрожью в пальцах. Ответа долго не было. Телефон молчал. Но в комнате вдруг стало тяжело дышать. Я оглянулась. Окно закрыто. Дверь – на замке. И всё равно – чувство, будто кто-то смотрит. Как будто он где-то рядом.

Андрей.

К вечеру я всё-таки решился написать ей. Глупо? Возможно. Но нужно было начать. Сначала – приблизиться. Завязать нить. А потом – медленно, неотвратимо, как капкан, сжать её вокруг шеи. Я уже не просто хотел проучить эту девчонку. Моя цель изменилась. План стал жёстче. Раньше я думал о мести – как о чём-то отстранённом, холодном. Но теперь всё по-другому. Это не просто расплата за прошлое. Это – личное. Она – часть меня. Даже не подозревая об этом. И я не отступлю. Не сдамся. Теперь я иду до конца. Много лет я жил с этой мыслью. А теперь пришло время играть. Я открыл сообщение и напечатал – спокойно, с лёгкой издёвкой: