Альбина Емцева – Северный шёлк и южное вино (страница 22)
— Лоренцо…
— Не бойся, это не кольцо. — Он улыбнулся.
Он открыл коробочку. Внутри лежала старинная брошь в виде серебряной ветвь оливы с крошечным бриллиантом в центре.
— Это моей бабушки. Она просила передать её той, кого я полюблю по-настоящему. Я хочу, чтобы она была у тебя.
Ада смотрела на брошь, и слёзы текли по щекам.
— Я не могу… это слишком…
— Можешь. — Он приколол брошь к её платью. — Теперь ты часть нашей семьи. Навсегда.
Она бросилась ему на шею, целовала его лицо, губы, глаза.
— Я люблю тебя, — шептала она. — Я так тебя люблю.
— И я тебя. Моя Ада. Моя северная звезда.
Самолёт взлетал на закате. Ада смотрела в иллюминатор на Флоренцию, которая становилась всё меньше и меньше, и чувствовала, как сердце разрывается между двумя мирами.
Телефон завибрировал. Сообщение от Лоренцо: «Ты увезла моё сердце. Верни его в целости».
Она улыбнулась сквозь слёзы и набрала ответ: «Оно в надёжных руках. Как и моё — в твоих».
Самолёт набирал высоту, унося её в Нью-Йорк, в работу, в другую жизнь. Но внутри неё уже жила Тоскана — с её холмами, вином, закатами и его глазами.
И Ада знала: это только начало.
Нью-Йорк, две недели спустя
Город встретил её дождём и привычным ритмом. Съёмки, интервью, встречи. Дни летели, заполненные до краёв, но по ночам, когда она оставалась одна в своей огромной квартире, мысли возвращались к нему.
Они говорили каждый день. Лоренцо звонил по утрам, когда в Нью-Йорке была ночь, и они могли болтать часами. Он рассказывал о виноградниках, о новом урожае, о матери, которая спрашивала, когда Ада приедет снова. Ада рассказывала о съёмках, о капризных фотографах, о смешных случаях на подиуме.
— Я скучаю, — говорил он.
— Я тоже.
— Приезжай на Рождество.
— Приеду.
Однажды вечером, после особенно тяжёлого дня, Ада сидела на балконе, укутавшись в плед, и смотрела на огни города. Телефон зазвонил — Лоренцо.
— Ты где? — спросил он.
— Дома. На балконе. Мёрзну и смотрю на Нью-Йорк.
— Закрой глаза.
— Зачем?
— Просто закрой.
Она закрыла. В трубке было слышно его дыхание и какой-то шум.
— А теперь открой.
Она открыла и замерла.
На балконе соседнего небоскрёба, всего в нескольких метрах от неё, стоял Лоренцо с телефоном у уха и улыбался во весь рот.
— Ты… как? — выдохнула Ада.
— Я соскучился. Решил, что хватит ждать.
Она закричала от счастья, выронила телефон, бросилась вниз, через квартиру, в лифт, на улицу, через дорогу — и через пять минут уже висела у него на шее, целуя его лицо, губы, глаза, всё подряд.
— Ты сумасшедший! — кричала она сквозь смех и слёзы. — Совершенно сумасшедший!
— Это ты меня сделала таким.
Он обнимал её, и ночной Нью-Йорк светился вокруг них тысячами огней, и Ада вдруг поняла: вот оно. Счастье. То самое, которое она искала всю жизнь.
Оно было здесь. В его руках. В его глазах. В его сердце.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Я знаю. — Он улыбнулся. — И я тебя. Навсегда.
Глава 7. Рождественский свет
Нью-Йорк готовился к Рождеству.
Ада стояла у окна своей квартиры на пятьдесят третьем этаже и смотрела, как город внизу переливается тысячами огней. Рокфеллер-центр уже зажёг главную ёлку, на улицах толпились туристы с пакетами из дорогих магазинов, из каждой кофейни несло глинтвейном и имбирным печеньем. Праздник витал в воздухе, оседал снежинками на тротуарах, звенел колокольчиками у каждого входа.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.