Альбина Бажан – Американский жених (страница 2)
Что??? В Россию??? К деду с бабкой? Отец, ты с ума сошел? Да я их помимо видеочатов никогда в жизни не видел! Ты сам с моим дедом нормально не общаешься уже двадцать пять лет, с момента моего рождения!
Мой конфликт с твоим дедом тебя никак не касается! Ради тебя я готов снизойти и попросить его о помощи. Я уверен, внуку он не откажет. В любом случае, дорогой сын, других идей у меня нет. Так что выбирай: Москва или ТЮРЬМА! мужчина поставил жирную точку.
Сынок, пожалуйста, соглашайся! – вытирая слёзы белой льняной салфеткой Мария принялась уговаривать Лусио. – Ты должен уехать! А твой отец тем временем во всём разберется! Я уверена, что это не на долго! Дорогой, ради меня!
Эх, мама…
Парень обнял Марию за плечи и поцеловал в щеку.
Хватит лить слёзы, у нас нет лишнего времени! Иди собирай чемоданы… турист!
Глава 2
Международный аэропорт Домодедово сиял тысячами огней. На город опускались сумерки. В воздухе, ещё тёплом после жаркого дня, пахло летней грозой. Boeing 747 совершил мягкую посадку после длительного перелёта из Калифорнии. Из самолёта по трапу, в окружении пассажиров, вышел смуглый темноволосый парень в модных синих джинсах, светлой футболке и наспех накинутой лёгкой ветровке, с небольшой кожаной сумкой на плече. Американец отстоял очередь на паспортном контроле, прошёл тщательную проверку пограничников и последовал к ленте выдачи багажа. Отовсюду раздавался разноголосый говор, звуки объявлений на русском и английском языках, скрип тележек и чемоданов. После всех формальностей парень наконец покинул зону прилёта. В холле он увидел ряд автоматов с напитками и закусками. «Я так голоден! Русская шоколадка будет кстати», подумал он и попытался вставить карту в автоприёмник. В ответ автомат настойчиво требовал купюры или монеты.
А вот и первые трудности. Придётся платить наличными, – по-русски с английским акцентом пробормотал парень и начал по одной бросать монеты в монетоприёмник. Автомат радостно зазвенел, принимая оплату. Но тут некстати у парня закончилась мелочь…
Вот чёрт! Придётся взять эту, выругался он и выбрал на экране невзрачную маленькую шоколадку с надписью «ГЕМАТОГЕН». Вытянул её из лотка и положил в сумку. А после быстро вышел на улицу, растерянно огляделся по сторонам. И в ту же секунду к нему подлетел мужчина средних лет с крупным носом с горбинкой.
Куда едем, красавчик?
Такси? – уточнил Лусио у незнакомца.
Да, конечно! Куда вам надо?
Парень быстро порылся в маленькой кожаной наплечной сумке и извлёк оттуда листок бумаги с написанным на нём чётким печатным шрифтом адресом.
Мне нужно сюда! – сказал он и протянул листок таксисту.
Тот быстро ознакомился с ним и утвердительно кивнул.
Любой каприз за ваши деньги!
I am sorry? на автомате произнёс парень, а потом, опомнившись, добавил: Простите, что вы сказали?
А ты похоже не местный? Я говорю, что это будет дорого стоить!
Дорого? – переспросил Лусио. – Цена не имеет значения! Отвезите меня, пожалуйста, скорее по этому адресу!..
Закатное августовское солнце медленно пряталось за кромкой леса, а небо окрашивалось в сине-красные тона. Последние лучи касались верхушек высоких деревьев и крыш домов. Дневная суета наконец стихла, на смену ей пришла тишина, нарушаемая лишь редким стрекотанием сверчков, отдалённым лаем собак и шелестом листьев на ветру. Воздух стал свежим и наполнился ароматом свежескошенной травы, ночных цветов и дымом костра. В начинающем темнеть небе начали загораться первые далёкие серебряные огоньки. Маленькая провинциальная деревня с гордым звучным названием Москва, расположенная где-то в глубине Вологодской области, погружалась в сон, окутанная прохладой и тишиной.
На кухне в небольшом доме с резными наличниками царила атмосфера тепла и уюта. Бабушка Шура в чистом цветном фартуке хлопотала у печи, а за большим деревянным столом, видавшим не одно поколение, сидел дед Матвей и пил чай. На столе уже красовалась накрахмаленная белая скатерть, на которой стоял большой расписной самовар и старенький, но такой любимый старушкой сервиз с красными розами. Баба Шура бережно достала из печи румяный яблочный пирог с корицей, и его сладкий аромат заполнил всю кухню. Тут тишину нарушил звук лежавшего на столе мобильника. Дед Матвей взял в руки телефон и молча пригляделся к экрану. Потом отложил телефон в сторону, достал из старенького потрёпанного футляра огромные круглые очки, хорошо протёр их салфеткой, одел и снова взял в руки телефон.
Эх, ну и кто ж придумал-то эту виртуальную почту! – выругался вслух старичок и обратился к жене:
Шура! Пришло сообщение от внука!
Что пишет-то, не томи? Долетел?
«Самолёт приземлился благополучно. Сел в такси. Скоро буду», дед Матвей процитировал эсэмэску.
Баба Шура, помешивая половником борщ, покачала головой.
Да где ж скоро-то! От Домодедово-то до нашей глуши шесть часов ехать!
Молодёжь! Они время-то ощущают иначе. Лукьян вон целый океан по воздуху преодолел! А ты из-за каких-то пятьсот километров на земле переживаешь! Лучше бы думала, как нам внука к родным истокам обратить, сроднить с землёй русской! Леньку-то в своё время я упустил. По сей день вину за собой чувствую. А помню, как он мальчишкой дни на пролет бегал босой по двору, а по ночам всё звёзды считал, мечтал стать космонавтом! А я слушал его и верил, надеялся! – деда Матвея захлестнули воспоминания. Потом совсем время быстро полетело … школа, институт в городе с отличием окончил, хорошую работу нашёл… вроде бы всё как у людей. Только взгляд у него другой стал, жажда в нём появилась какая-то не здешняя. Про Америку бредить начал… А потом и эта проклятая командировка случилась. Я промолчал, удерживать не стал. Думал, душой-то всё равно здесь останется. Побывает на чужбине, убедится, что на родине лучше, вернётся, и вся эта дурь испарится. Эх, Шура, как же я тогда ошибался… Как околдовала его эта мексиканская ведьма, так и забыл он напрочь дом родной!
Да что ты такое говоришь, старый! – женщина кинулась отчитывать мужа. – Ещё, чего доброго, не вздумай при внуке мать его ведьмой назвать!
А в чём я, собственно, не прав, Шуша? Ты пойми меня правильно, я-то против других народов ничего не имею! Земля круглая и места всем на ней хватит! Но чтоб вот так всё бросить и улететь ради какой-то бабы в чужую страну… Видишь ли, любовь у них там такая, что мир перевернёт! А скажи, помнит ли он сейчас, что где-то есть земля, на которой предки его кровь проливали, где всё родное и язык, и песни душевные, и каждая берёзка в лесу! И на что мой сын это всё променял? Что эта Америка ему дала такого, чего здесь не было? Свободу? Деньги? Любовь?
Эх, дед, внука она тебе дала! Вон какой славный парень вырос! Красавец, жених, загляденье! А ты всё о былом да о былом! Вперёд надо смотреть, радоваться, что Лусио спустя столько лет решил нас навестить! Да и Мария-то чем тебе не угодила, не пойму? Разве не она тебя с сыном-то помирила? Тут я не согласна с тобой, хорошая она девочка! Каждое Рождество от неё подарки получаем!
Вот, вот! На чердаке уже свободного места не осталось от её пончо, сомбреро да шалей! – старик ехидно усмехнулся.
Сомбреро да пончо говоришь? – баба Шуша укоризненно посмотрела на мужа и осуждающе покачала головой. И быстро же ты забыл, дед, как с Петровичем дегустировал текилу и мескаль, присланные ею в этом году нам в подарок к двадцатипятилетию внука! Эх, стыдно должно быть!..
Да мы это ради интереса только! Разве может сравниться это мексиканское пойло, непонятно из чего сделанное, с нашим родным чистейшим самогоном! Да ты и сама знаешь, как плохо нам с Петровичем потом от него было…
Ещё бы не было! Вы на двоих-то поди три литра тогда выжрали!
Ну полно, полно тебе, Шура, былое поминать! Сейчас для нас с тобой главное делать так, чтобы русские корни в душе у нашего Лукьяна не засохли! Чтобы они крепко проросли в его сердце! Что Леньку-то я не уберёг уже давно смирился, но внука так просто без боя не отдам! – поставил твёрдую точку дед Матвей.
Ну поняла я уже, поняла! Хватит разглагольствовать! Вставай уже, расселся тут. Помощь нужна…
Ночь обволакивала своей чернотой узкую двухполосную трассу, змеёй вившуюся сквозь тёмный, непроглядный лес. Фонари такси выхватывали из мрака лишь небольшие участки дороги, заставляя деревья по обеим сторонам казаться ещё более зловещими и безмолвными. Лусио с напряжённым лицом прильнул к стеклу. Его взгляд был прикован к такому незнакомому и холодному пейзажу. Только что прилетев в Россию, он представлял себе встречу с бабушкой и дедушкой в уютной городской квартире, но водитель такси упрямо вёз его всё дальше и дальше, вглубь этой тёмной, пугающей глуши. В глазах парня читалось замешательство и лёгкое беспокойство. Наконец он обратился к водителю:
Почему мы так долго едем? Москва уже давно осталась позади.
Таксист с недоумением посмотрел через зеркало заднего вида на пассажира.
Конечно, позади! Ведь мы едем в одноимённую деревню, расположенную в Вологодской области! Какой адрес ты дал, туда и везу. Нам ещё ехать и ехать!
Как в деревню??? – удивился парень.
А так! Я же только что объяснил, ты что не расслышал? Ох, уж мне эти иностранцы… ДЕ-РЕ-ВНЯ МОС-КВА ВО-ЛО-ГОД-СКАЯ ОБ-ЛАСТЬ! – медленно и чётко по слогам повторил водитель. Ты ж вроде современный молодой человек, вот сам и проверь геолокацию по адресу в своей записке!