Альберт Зубко – Два Цвета. Магический реализм (страница 2)
– Я могу познакомить вас с островом. Здесь есть, что посмотреть, – сказала Наталья и как-то невпопад, по-детски, громко рассмеялась.
– С удовольствием, буду благодарен, – ответил я.
Мы допили свои напитки и вместе пошли по узкой улочке, прочь от кафе, в сторону дикого пляжа.
Миновали магазинчики, прокат велосипедов и автомобилей, еще несколько кафе, экскурсионное бюро с рекламой местных достопримечательностей, одно- и двухэтажные белые домики, бассейн.
Наталья все подробно объясняла, что где расположено, как пройти в супермаркет, жестом показала, где находится песчаный пляж.
Периодически ее рассказ прерывался заливистым девчачьим смехом, причем чаще совершенно не к месту.
Уже когда подходили к морю, я обратил внимание на домик, первый в ряду себе подобных. Беленький, с синей крышей, патио и садиком. Именно в нем я впоследствии и проводил несколько недель каждый год.
Наталья показала мне секретную тропку к морю, которая шла через заросли цветущих кустарников. Мы спустились по ступенькам вниз и сели на скамейку. Я смотрел на волны, разговор продолжался, хотя больше говорила моя спутница.
Рассказала о своем сыне, о разводе, о том, как оказалась на острове, не забывая похихикивать время от времени.
Неожиданно Наталья прервала свое щебетание и спросила:
– А ты не замечаешь, что я наркоманка?
Я с удивлением посмотрел на нее, только сейчас догадавшись о причинах странных смешков.
– Это какой-нибудь кокаин, морфий?!
– Нет, что ты! Всего лишь Cannabis, – не без гордости сказала она. – Марихуана, травка, дымок – называй, как нравится.
Я был поражен.
– Да ты что? Зачем тебе это?
– С ним я становлюсь более веселой, вижу светлые стороны жизни, чувствую себя свободно, раскованно. Cannabis, – ей нравилось это название, – мой друг, он никогда не подведет.
– Но это же вредно для здоровья!
– Я курю уже много лет и прекрасно себя чувствую!
Познаний о наркотиках у меня практически не было, но я вспомнил своих приятелей, погибших от передоза и, проявляя участие, ринулся спасать свою новую знакомую.
– Но, насколько я знаю, проблема легких наркотиков в том, что потом хочется попробовать более тяжелые, а это путь в никуда, разве нет?
– Я это понимаю. Нет, мне не захочется, я точно знаю.
Я пытался найти новые доводы, но моих знаний и опыта не хватало. У Натальи наоборот, все сомнения уже развеяны, а фразы, подтверждающие ее мнимую правоту, продуманы, совесть давно успокоена.
Если я задавал какой-то каверзный вопрос о вреде наркотиков и Наталья не могла придумать достойный ответ, то она говорила:
– Нет, это мой друг. Друг верный и надежный. Друг не может подвести, принести вред, он мне помогает много лет. Всегда и везде.
Спор зашел в тупик, я понял тщетность моего желания спасти мир в лице Натальи и почти отказался от своей затеи. Мы начали говорить о чем-то другом, на нейтральную тему.
Потом она засобиралась домой, мы встали со скамьи, пошли в сторону городка.
И каким-то шестым чувством я понял, что именно я скажу ей на прощание и как она воспримет мою фразу.
– Значит, ты сейчас домой?
– Да, сын уже ждет, пора.
– Ну да… Сейчас придешь и с сыном покурите травку?
Спросил спокойно, без укора, как само собой разумеющееся. Наталья резко остановилась, на лице отразилось удивление.
– Да нет, ты что?! Я с сыном никогда не курю.
– А почему? Марихуана – это же твой друг, который тебе помогает. И если это так хорошо, почему не предложить сыну?
По сути, я Наталье предложил Духовный Выбор. Вся ее система самоубеждений по поводу наркотиков рухнула. Она осознала, что в глубине души не считает свое пристрастие правильным и безопасным.
Забегая вперед, скажу, что после этого разговора Наталья перестала употреблять наркотики, вышла замуж за хорошего человека, а сын вырос и ведет здоровый образ жизни. А когда женился и я, то мы стали дружить семьями.
Меня круто подставили!
…Я проснулся от сильного стука в дверь.
– Отклойте, политсия! – по-английски, но с сильным акцентом потребовал голос за дверью.
Я открыл, меня впихнули во внутрь бунгало.
– Вот олдела на обиск!
Ордер на обыск? Что за черт?!
Меня усадили в кресло, один полицейский заглянул в спальню, двое других встали рядом со мной, нависая и давя авторитетом.
– Ты зачем плиехала наса стлана? Налкотики пладавать? – спросил полицейский, видимо, старший по званию.
– Какие наркотики? Я турист! Я буду жаловаться в посоль… А!
Не успев договорить, я получил удар в лицо, почувствовал кровь во рту, верхняя губа моментально распухла.
– Плигласить понятых! – скомандовал старший по званию.
Подчиненный метнулся на улицу и привел местных парня и девушку.
– Внимание! Нацинаем осмотл! – скомандовал старший.
Не прошло и пяти минут, как из подушки дивана в гостиной был вытащен пакет с белым порошком.
– Это не мое! – запротестовал я.
– Молчать! Подонок, свинья замолская!
Ругательства у него получались отлично, почти без акцента. Не успел я оценить лингвистические способности полицейского, как получил еще один удар.
– У тебя только одна выхода! Ласказать плямо сисяс, где ты блала налкотики и кому пладавала!
Полицейский стоял рядом, думая, дождаться ли повода или снова меня ударить без дополнительных причин, просто для профилактики. Я захотел рассказать все, даже то, чего не знал.
Полицейский наклонился к моему уху и тихо прошептал: «Тебе больсая пливет от твоего босса!»
И тут я понял: меня круто подставили! Моя наивная надежда, что в корпорации я смогу диктовать свои правила, рассыпалась вдребезги. Несколько дней назад я подошел к Боссу с финансовыми отчетами и показал ему несостыковки.
– Босс, но ведь неуплата налогов достигла почти полмиллиона долларов!
– Это твои проблемы, сделай так, чтобы комар носа не подточил!
Босс любил вставлять в речь различные пословицы и поговорки, иногда невпопад.
– Я тебе за что плачу деньги, и немалые? Любишь кататься, люби и саночки возить! Разберись со всем. Если придет налоговая, проблем не должно быть!
– Я не собираюсь ничего скрывать, Босс! Тут можно сесть до конца жизни! Я иду в полицию! – ответил я.
Босс решил сменить тактику и поиграть в своего парня.
– Хорошо, сядь, успокойся. В ногах правды нет.
Достал два стакана, начатую бутылку виски, налил «на три пальца» себе и мне, протянул мою порцию, приветственно поднял свой стакан, отхлебнул глоточек.