Альберт Сафин – Взрослые истории. Перестать страдать и начать жить (страница 12)

– Где твоя семья? – интересуется Наталья.

– У мамы вышло время, – отвечает Артур, не признаваясь, однако, что это произошло по его вине.

– А отец?

– Он давно умер. Он был бойцом. Битвы за время.

Достойная профессия, что и говорить. Искусно отбирать время у других бедолаг и потом самому подохнуть, оставив вдову и маленького сына – весьма плодотворная жизнь.

– Он был не очень сильный, но умел побеждать.

Скажу к слову, что самый лучший бой – это тот, который не состоялся. Одолеть противника, не начиная битву – вот высшее мастерство стратега.

Но Артур, конечно же, боготворит отца и его сомнительные победы. И решает показать Наталье, чему его когда-то научил папа.

– Он делал так: его рука была снизу. И потом он позволял забирать у него время. Когда у тебя остаются секунды, он смотрит на твои часы, забывая следить за своими.

Да лучше бы папа Артура научил сына заниматься ремеслом, быть полезным, отвечать за себя и своих близких! Какая польза обществу в этих мошеннических трюках? Но обоим героям кажется, что это так классно. Вот потому-то сынок вырос безмозглым: как говорится, яблоко от яблони…

– Его убили, – продолжает Артур, – за то, что раздавал время, которое выигрывал.

Как я говорил, такие бесплатные подачки убивают в людях желание что-то делать самим, способность самим о себе позаботиться, приучают их к паразитированию. Так что эта помощь на самом деле медвежья услуга. Кроме того, нарушение равновесия должно было быть остановлено – поэтому его и убили.

– Он не просто давал людям время. Он давал им надежду.

Что ещё хуже, кстати. Ни на чём не основанные надежды усыпляют, уводят в мир иллюзий, отрывают от реальности.

Есть такой анекдот. После пожара, причиной которого была неисправная электропроводка, у несчастных погорельцев спрашивают: «А что вы делали, чтобы предотвратить пожар?» – «Мы надеялись!»

Надежду можно себе позволить, когда для её осуществления всё подготовлено. Когда вы действуете как стальной кулак в бархатной перчатке, наведя порядок в своей жизни и в своих мыслях.

Я люблю лозунг «Без надежды, без жалости, без гнева» – он является антитезисом к треугольнику Карпмана. Жертва надеется, спасатель жалеет, преследователь гневается – и в итоге все они сидят в этом замкнутом треугольнике. Другими словами, тот, кто проводит свою жизнь в надеждах – всегда жертва.

Перестаньте надеяться, начните что-то делать для себя, перестаньте вызывать жалость у других людей. Малые шаги постепенно приведут к процветанию и богатству. Это гораздо лучше, чем сидеть и ждать, что придёт добрый дядя и подарит времечко.

Папа Артура лез на рожон, подвергал себя риску, портил людей подачками. Конечно, он оправдывал себя тем, что помогал другим. Но лучше бы он помог себе, своей семье и вырастил сына полезным и ответственным человеком, а не мошенником.

Наталья переводит разговор на другую тему:

– Сколько ты в этом возрасте?

– Три года, – отвечает Артур.

– А я два года. Когда часы пошли, ты где был?

– Я был на улице. Я чуть не упал. Мой год ушёл за неделю.

Растранжирил год за неделю! Зная, что скоро часы пойдут, и у него будет один год, он сам не научился, и никто его не научил, как сохранить и приумножить время. Неудивительно, что он и ему подобные остаются бедняками.

– После этого я жил одним днём.

Бедняк заклинает себя на потребность жить одним днём.

Долгосрочно мыслить не способен, ещё и гордится этим.

– Никто не выбирает, каким родиться, – философствует Артур.

Да, это верно. Но каждый сам выбирает, как организовать свою жизнь в дальнейшем. В нашей с вами действительности доступ к информации, к любым знаниям есть у каждого – только бери. Но как мало людей пользуется этой роскошью!

Утром Артур и Наталья смотрят из окна квартиры на двери благотворительной организации, куда Кирилл Петров должен перевести время по требованию Артура. У дверей уже стоит очередь за халявой.

– Они открываются, – говорит Артур. – Сейчас увидим, насколько щедр твой отец.

Но над дверью загорается надпись: «Времени нет». Кирилл Петров принял правильное решение не поддаваться шантажу и не плодить тунеядцев. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

– Ему не позволили это сделать, – так Артур старается объяснить Наталье поступок её отца.

– Ничего не говори, – останавливает его девушка. – Как ты думаешь, отец построил все эти здания, раздавая тысячелетия?

Конечно, нет! Если бы Кирилл Петров раздавал время направо и налево, то здания не были бы построены, и беднякам было бы негде жить.

А Наталья, как мы уже поняли, целиком на стороне Артура. Они выходят на улицу, Наталья звонит отцу:

– Ты не можешь отдать ни секунды? Знаешь, я не удивлена.

Так она хочет заставить папочку чувствовать себя виноватым.

– Я на всё готов ради тебя, – отвечает отец, – они заберут тебя. Они знают, где ты находишься. (Он имеет в виду хранителей времени, направляющихся в гетто, чтобы спасти его дочь.)

Но тут Наталья замечает Стража, который уже держит Артура на прицеле.

– Артур, берегись! – кричит она и стреляет в Стража.

Тот падает, слава Богу, только раненый. Наклонившемуся над ним Артуру он говорит:

– Не надейся, мы с собой много не берём. Чтобы не привлекать ворюг.

И Артур, играя роль благородного разбойника, делится с ним своим временем, после чего голубки уезжают на полицейской машине.

Страж, зажимая рану, идёт по улицам гетто, и со всех сторон доносятся издевательские выкрики:

– Эй, Страж, куда спешишь? Оставайся! Ты нас полюбишь, когда узнаешь!

Молодые бездельники не понимают, что Страж охраняет их же самих, что они живут лишь благодаря таким, как Страж и его помощники.

А тут помощники и приезжают, вовремя избавив Стража от неприятной ситуации.

Артур и Наталья, остановив машину в укромном месте, решают, что им делать:

– Нельзя больше ездить на этой тачке. Она коповская.

Разумеется, наилучший выход – украсть другую. Парочка останавливает дорого́й автомобиль с шофёром и богато одетой пассажиркой. Отбирают машину, украшения и время у дамы. А шофёр чем виноват?

Они грабят человека, зарабатывающего себе на жизнь-то есть становятся тем, против чего якобы хотят бороться.

Во время этого грабежа Наталья с явным удовольствием палит из пистолета, лишь по случайности не попав в шофёра. Видимо, воображает себя этаким Робин Гудом в юбке. Пустая голова, уже столько дров наломала и продолжает ломать.

Вот очередной трогательный разговор между ними.

– У меня нет выбора, – доверительно признаётся Артур.

Жертва всегда считает, что у неё нет выбора. Более того, она рада этой возможности не иметь выбора – ведь это оправдывает все глупости, а иногда и подлости, которые она совершает. Однако выбор есть у всех и в любой ситуации. Знаете это выражение: «Даже когда тебя проглотили, у тебя есть как минимум два выхода»?

– Похоже, и у меня его нет, – задумчиво откликается Наталья.

Ах, бедняжки! Что же им остаётся делать? Только целоваться…

Теперь посмотрим, чем занят отец героини. Кирилл в своём кабинете разговаривает по видеосвязи с кем-то из высших слоёв иерархии.

– Ваша зона под угрозой, Кирилл, – говорят ему. – Это угрожает нам. Время в неподходящих руках может обвалить рынок.

– Уверен, что ситуация с заложницей скоро будет решена, – отвечает он. В этот момент в кабинет входит Страж.

– Когда мою дочь освободят? – спрашивает у него Кирилл.

– Она не хочет, чтобы её освобождали.

Так и есть. По правде говоря, отец уже давно понял, что дочь стала соучастницей, и никто не будет заниматься её освобождением. Он пытается подкупить Стража.