Альберт Дивный – Ням Ням Экспресс (страница 3)

Отец зашел в комнату, нервно теребя руки, как будто не зная, куда их деть.

– Где вы вчера были? – поинтересовался я, лениво потянувшись.

– Мы были у Вани с Мариной.

– Это та подруга с маминой работы? И её новый муж?

– Ну, он не такой уж новый… Они уже пять лет вместе.

– Я помню ещё её первого мужа… Как там его звали? Олег, кажется… Мать частенько таскала меня к ним в детстве.

– Да, и теперь вместо тебя она таскает к ним меня, – отец улыбнулся и присел на край кровати.

Я усмехнулся и, приподнявшись на руках, сел.

– Ты хотел о чём-то поговорить?

– Да, Глеб. Вчера утром некрасиво получилось с твоей стороны. Мама очень расстроилась, понимаешь… Она, конечно, может строить из себя железную леди, но внутри она тоже очень ранима…

– Ага, конечно, – я с недоверием посмотрел на него. – Это она тебе сама сказала?

– Ей и не нужно было ничего говорить. Она вчера плакала, когда ты ушёл… А потом дома у Марины перебрала сильно… Я давно её такой не видел…

– Ну да, она расстроилась, что всё пошло не по плану.

– Не будь таким жестоким, сын… Она всегда хочет тебе как лучше. Да, может, она иногда перегибает палку, но она же не со зла это…

– Да причём тут зло, пап? Ты думаешь, я считаю её плохой? Что она хочет мне навредить? Нет! Вовсе нет. Я искренне считаю, что она со всей безграничной добротой пытается сделать мою жизнь лучше. Вот только её представления о том, что для меня хорошо, не совпадают с моими представлениями об этом. И я это понимаю, а она нет. И поэтому с упорством, достойным барана, продолжает пытаться меня осчастливить.

Отец умолк, понурив голову, словно погрузившись в омут воспоминаний. Тишина затянулась, и наконец он заговорил:

– Почему ты так противишься медицине? Ведь ты сдал экзамены по профильным предметам. Значит, есть способности к такого рода предметам.

– Просто не моё, – бросил я, отворачиваясь.

– Но ты ведь даже не попробовал…

– Зато ты попробовал сполна! Сам рассказывал о бессонных ночах, о зубрежке, о стрессе, когда сокурсников выгоняли пачками. И эти годы учебы… Шесть лет, потом ординатура! К тридцати годам, в лучшем случае, станешь врачом.

Отец нахмурился, словно болезненное воспоминание коснулось его души. Он взглянул на меня с какой-то виноватой настороженностью.

– Прости, если мои рассказы тебя напугали. Я не хотел запятнать твое представление о студенческой жизни, отбить охоту. Там ведь было и много хорошего. Хочешь, как-нибудь расскажу?

– Не стоит, – отрезал я с раздражением.

– В любом случае, жизнь полна трудностей. Чтобы добиться чего-то стоящего, нужно приложить усилия…

– Да-да… Без труда не выловишь и рыбку из пруда… Знаю, пап, не вчера родился.

– Ты очень умный парень, Глеб, – сказал отец, кладя теплую ладонь мне на плечо. – Ты просто не представляешь, на что способен.

– А она представляет? – ответил я, глядя ему прямо в глаза.

– Мама знает, что у тебя огромный потенциал и не хочет, чтобы ты спустил его в унитаз.

Его взгляд был мягким и добрым, и в этот момент что-то дрогнуло в глубине моей души. Казалось, отец видит меня насквозь, знает меня лучше, чем я сам. В нем чувствовалась какая-то мудрость, и я подумал, как повезло маме. Хотелось бы мне когда-нибудь встретить такого же человека…

Глава 2

Весь тот день мать избегала меня. Встала она довольно поздно, видимо, сказалось излишне выпитое спиртное. Поначалу я и сам не горел желанием с ней встречаться лицом к лицу, но всё равно понимал, что рано или поздно нам придется обсудить то, что я ей наговорил в порыве гнева.

Когда время близилось к вечеру, я всё же решил, как бы случайно наткнуться на неё. Услышав, как мать стучит посудой на кухне, я подумал, что это идеальный момент помириться с ней. Правда, когда я подходил к кухне, она вдруг достала свой телефон и, прижав его к уху, начала изображать, что разговаривает по телефону, а затем поспешно прошмыгнула мимо меня, даже не удостоив взглядом.

Настал понедельник. Когда родители вернулись с работы, мать начала постоянно искать поводы не находиться со мной в одной комнате: то срочно нужно сходить в магазин, то прогуляться с собакой, а то соседка вроде как просила зайти к ней поговорить.

Меня это поведение матери начало сильно раздражать. Я не переставал удивляться, как это человек, который пытается научить меня быть взрослым, едва услышав приближение собственного сына, убегает, как десятилетняя девочка, чтобы не находиться с ним в одном помещении.

Я решил, что надо просто дать ей время и когда она успокоится и переживет всё это, то простит меня и тогда мы сможем наконец поговорить. Первым начинать разговор я не решался и даже когда на следующий день мы оказались в одном помещении слова извинений словно застряли у меня внутри.

Отец в этой ситуации чувствовал себя вполне комфортно. Хотя он общался только с каждым из нас по отдельности, но не с обоими сразу, ему и раньше приходилось выполнять роль посредника. Наблюдая за ним, я вдруг понял, как это можно использовать.

В среду я встал рано утром, нашел буклет с номером ресторана быстрого питания, который я взял в торговом центре, и заполнил анкету на обратной стороне. Затем, дождавшись, когда родители окажутся вдвоем на кухне, я оделся, забежал взять из холодильника яблоко для перекуса и как бы между делом сообщил отцу, что иду на собеседование. Реакция матери не смогла ускользнуть от меня. Она хоть и пыталась это скрыть, но с интересом посмотрела в мою сторону с явным желанием разузнать у меня побольше об этой работе.

Хотя реально ходить на собеседования не было никакой необходимости, я все же решил подстраховаться на случай, если матери вдруг вздумается связаться с работодателями, которые якобы меня продинамили, и выяснить, приходил ли к ним такой-то молодой человек. Поэтому причина, по которой меня не должны были взять на работу, должна реально существовать, и мне очень захотелось с этим поразвлечься.

Моей первой жертвой стал ресторан "Бургер Хаус", который располагался на втором этаже молла, в одной из секций фудкорта. Подойдя к стойке обслуживания клиентов, я подождал, когда освободится один из кассиров, и молча положил перед низенькой девушкой в жёлтой футболке и такого же цвета козырьке свой заполненный буклет с анкетой. Она посмотрела на меня с явным удивлением, ожидая, что я скажу, что мне нужно, но так и не дождалась и поэтому решила, что я, видимо, глухонемой.

– Вы насчёт работы? – спросила она.

Я кивнул, пристально смотря на неё немигающим взглядом.

– Я сейчас позову директора, подождите здесь.

Она ушла вглубь кухни, явно с ощущением, что со мной что-то не так. Я понадеялся, что, быть может, она расскажет директору о том, что там пришёл глухонемой претендент, и он сразу откажет мне.

Через пару минут подошел директор ресторана, одетый в черную рубашку и брюки. Он был очень высокого роста и довольно крупный. Размах его движений при ходьбе и гордо поднятая голова давали понять, что он считает себя очень важным. Он показался мне большим черным петухом, который зашел в курятник, и вся эта жёлтая масса людей, так похожая на цыплят, разбегалась перед ним в сторону.

– Здравствуйте, – прогремел он звучным басом. – Вы на собеседование по поводу работы?

Я молча кивнул.

– Смотрите, – продолжал он напористо и громко. – Света сказала мне, что вы не говорите. Давайте пройдем ко мне в офис, я дам вам листок с ручкой, и мы вроде как побеседуем… Вас из другого ресторана прислали, наверное… Нам звонили на днях, спрашивали, осталась ли у нас ещё квота для инвалидов… Нам как раз нужен сотрудник на кухню… Работали когда-нибудь в этой сфере?

Не дождавшись ответа на свой вопрос, он вышел из-за прилавка и подошёл ко мне, взяв за плечо.

Я понял, что план мой начинает трещать по швам, и поэтому решил наконец заговорить.

– Эмм… Я вообще-то не глухонемой. Девушка, видимо, что-то перепутала…

Он посмотрел на меня удивлённо.

– А, ну так даже лучше. Вот Света, конечно, даёт… Надо будет поговорить с ней потом… Вы извините за такую ситуацию.

– Да ничего, бывает… – ответил я.

Мы вышли за пределы полукруга фудкорта, прошли вдоль бутиков в дверь с надписью "Только для сотрудников" и зашли в коридор, в котором одна из дверей оказалась входом в подсобные помещения ресторана.

Кабинет директора больше напоминал чулан, чем рабочее пространство. Втиснутый между стенами, он едва вмещал стол с монитором, клавиатурой и мышью да пару тощих стульев. Удивительно, как в этой каморке умудрялся разместиться такой крупный мужик. Впрочем, создавалось впечатление, что времени на долгое просиживание в этом заточении у него попросту не было.

Он присел на стул рядом с монитором и слегка развернул его в мою сторону, я же сел на второй стул напротив него.

– Ну что же, давайте знакомиться. Как вас зовут? – спросил он, откинувшись на спинку стула.

– Глеб, – ответил я, сделав то же самое.

– Меня зовут Александр, и я директор этого ресторана.

– Спасибо, что приняли. Не думал, что такие заведения нуждаются в высококвалифицированных кадрах, как я.

Он, явно в лёгком замешательстве, попытался натянуто улыбнуться, услышав мои слова, но у него получилась только кислая мина, как будто он проглотил целый лимон.

– Мы всегда рады приветствовать новых сотрудников. Расскажите немного о себе, о вашем опыте работы, – сказал он.