Аластер Рейнольдс – На стальном ветру (страница 42)
Они проникли глубже, путешествуя по шахтам свободного падения, лифтам, эскалаторам, даже быстро проехались на поезде по району Гипериона, еще не расчищенному для художников.
- Мы, должно быть, уже далеко зашли, - сказала Чику.
- Приближаемся к центру масс, - сказал Глеб. - Это место, где Аретуза проводит большую часть своих дней.
- Я знаю ваше имя - или, по крайней мере, мне кажется, что знаю. Я проводила кое-какие исследования о своей семье, писала ее историю. Или я делала это до того, как все это взорвалось. - Было также, конечно, воспоминание о беседах Чику Йеллоу с Юнис, о разговорах о слонах.
- Я знал вашу мать, - любезно сказал Глеб. - И вашего отца, а позже вашего дядю. Мы были хорошими друзьями.
- Вы познакомились на Луне?
- Действительно. Мы устроили что-то вроде подземного зоопарка в Непросматриваемой зоне. Мы, как в случае с Чамой и мной.
Туман в ее памяти постепенно рассеивался. - Чама - ваш напарник.
- Был, - мягко поправил Глеб. - Чама умер около ста лет назад.
- Мне очень жаль.
- Все в порядке, Чику. - Глеб улыбался ее неловкости. - У нас была очень долгая и счастливая жизнь. Воспитание детей, все остальное. Воспоминаний больше, чем может вместить голова. И я был счастлив с тех пор.
- Рада с вами познакомиться, - сказала она. Они четверо - Имрис Квами, Чику, Педру и их хозяин - были единственными пассажирами поезда. - Вы упомянули, что были связаны с зоопарком - это тот, который имел какое-то отношение к карликовым слонам?
- Боже мой, это действительно древняя история.
- Насколько я помню, это были первые слоны, достигшие космоса.
- Это правда.
- Вы также участвовали в другом проекте, связанном со слонами?
Он одарил ее вежливой, но уклончивой улыбкой. - Вам следует быть более конкретной.
- Создание слонов с улучшенными когнитивными способностями. Слонов, которые могут использовать сложные инструменты. Слонов с языком.
Последовавшая за этим тишина, казалось, поглотила вечность. Поезд вильнул и нырнул в голубую пропасть. Выражение лица Глеба было напряженным, его лицо напоминало маску. Чику задалась вопросом, допустила ли она какой-то ужасный просчет или Юнис предоставила ей ложную информацию.
- Откуда вы об этом знаете? - спросил он в конце концов.
- Это немного запутанно.
- Просветите меня.
- Я видела их - танторов, если это то название, под которым вы их знаете.
- Как вы могли их видеть?
- Вообще-то я этого не делала. Но на борту корабля, который их перевозит, есть моя версия.
- Когда вы их увидели?
- По ощущениям, это версия "нескольких дней", но на самом деле это было около двадцати лет назад, если принять во внимание временную задержку.
- Но в течение последнего столетия?
- Да. Моя версия видела их несколько раз, прежде чем отправить свои воспоминания обратно на Землю.
- Значит, они живы. Я имею в виду, насколько вам известно.
- Они живые, и они великолепны. Они говорили со мной, Глеб. Они назвали мне свои имена... Дредноут, Афродита... Но их было больше, гораздо больше. Целое самоподдерживающееся стадо.
- Она. Вы сказали "она".
- Вы точно знаете, что произошло, не так ли? Как Юнис и танторы попали на борт?
Маска соскользнула. Снова была эта улыбка, и в его глазах появились слезы. - Кое-что из этого, не все. Это было трудное дело, выполненное в спешке, и никто из нас не знал всех деталей. Но с ними все в порядке? И с ней все в порядке? После всего этого времени? Вы ведь не лжете, не так ли? Вы должны были бы знать о танторах, чтобы лгать о них, и тогда зачем бы вам лгать?
- У них все хорошо, Глеб. Юнис была... повреждена, я полагаю, тем, что вынудило ее скрываться, но она сумела компенсировать это. Она была непреклонна в том, что я должна посетить Аретузу. Я не знаю, что ждет Юнис и стадо в будущем - впереди трудные времена, это точно. Но они зашли так далеко, а это уже кое-что, вам не кажется?
- Вы правы, Чику, это определенно что-то. Вы сделали меня очень счастливым.
- Жаль, что вы их не видели.
- Вы можете рассказать мне о них позже. Уверен, что еще будет время.
- То, что вы с Чамой сделали тогда... на какой бы риск вы ни пошли, оно того стоило. И я расскажу вам все, обещаю.
Глеб сжал ее руку. Он плакал, но, казалось, это его не смущало. Потом она почувствовала, что и у нее на глаза навернулись слезы, и заплакала вместе с ним. У нее было так много забот, так много страхов, но она была рада, что принесла этому человеку хорошие новости.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
В конце концов поезд доставил их в пустое сердце Гипериона. Лунный камень был намеренно вырезан из сердцевины путем соединения воедино многочисленных природных включений, а затем сглаживания и армирования стен.
Поезд оторвался от рельсов и превратился в крошечный независимый космический корабль, дрейфующий в пустоте.
Пустота содержала в себе две вещи. Посередине находилась полупрозрачная сфера из темно-синего стекла диаметром в несколько десятков метров. На поверхности стекла, светящегося мягким белым светом, был выгравирован чрезвычайно сложный узор из петляющих линий и узлов. С одной стороны сферы плавала более темная форма, удлиненная и металлическая, которую Чику сначала приняла за космический корабль, заключенный в сердце спутника.
Но это был не корабль. Форма, закругленная спереди, постепенно расширялась по всей своей изгибающейся, волнистой длине. Пара ласт располагалась примерно на полпути между передней частью и серединой, за которой форма начинала сужаться, достигая кульминации в том, что безошибочно можно было назвать плавником в форме полумесяца на другом конце. Когда существо изменило свое положение, загребая ластами в вакууме, Чику поняла, что смотрит на скафандр, предназначенный для кита.
- Аретуза, - объявил Глеб. - Ваши гости прибыли, если вы сможете ненадолго оторваться от своей работы.
Ответивший голос был мягким, женственным. Это звучало так, как будто принадлежало не киту, а маленькой китайской девочке со склонностью к учености.
- Это та, у которой появился странный новый интерес к Крусиблу?
- Джун Уинг поверила ей, - сказал Квами. - Это достаточная причина для меня, чтобы доверять ей.
- Она познакомилась с Юнис и танторами, - добавил Глеб.
- Встречались?
- У нее есть двойник на голокорабле - они обменялись воспоминаниями.
- Очаровательно. И спасибо тебе, Глеб, за то, что позаботился о них. Я не хотела так увлекаться. Подведи их поближе, ладно? Но остерегайтесь луча - мы не хотим, чтобы кого-нибудь разрезали на части.
- Сделаю все, что в моих силах.
Следуя указаниям Глеба, они приблизились к Аретузе. Чику вспомнился фрагмент фильма о ранней космической эре, который она видела: космический корабль с длинными шипами и круглой головкой выбрасывает крошечный сферический внешний модуль, похожий на безделушку с когтями. Рядом с Аретузой она чувствовала себя такой же уязвимой, как, должно быть, чувствовал себя астронавт в том модуле - так много массы, так мало защиты. Когда одна ласта дернулась, она инстинктивно вздрогнула от ожидаемой обратной волны, поскольку сочлененная броня скользнула сама по себе в хитроумной, герметичной конфигурации. Но, конечно, там не было воды, только почти вакуум, разбавленный какими-то благородными газами.
- Вы, конечно, Чику и Педру. Вы были с ней на Венере, когда она умерла?
- Поблизости, - сказала Чику.
- Как мне жаль узнавать об этом, Имрис. Она много значила для нас обоих. Я наблюдала за тем, что вы делали с телами. Когда она доберется до колец, она оставит свой след.
- Думаю, она уже оставила свой след, - сказал Имрис. - Я также думаю, что она была убита.
- Согласна. Она неоднократно делилась со мной своими опасениями. И я, конечно, поделилась с ней своими. У нас обеих были свои стратегии совладания. Это было мое... убежище, тайна... погружение в мое искусство. Вам нравится сфера?
- Это очень красиво, - сказала Чику.
- Я очень довольна этим. Центр сферы точно совпадает с центром масс Гипериона. Несоответствие никогда не превышает миллиметров, даже при появлении и уходе космических кораблей и людей, нарушающих равновесие нашей маленькой луны. Вы знаете о нашей хаотической динамике. Гиперион падает совершенно непредсказуемо, когда Титан и другие спутники толкают и притягивают его. В теории хаоса есть величина, называемая показателем Ляпунова, которая говорит вам, как предсказать границу хаотической системы - ее горизонт знаний, если хотите. Показатель Ляпунова Гипериона составляет всего сорок дней - мы не можем предсказать движение этой луны дальше следующих сорока дней. Это максимальный предел нашего предвидения! Если бы моя жизнь зависела от движения этой луны, я все равно не смогла бы сказать ни слова о ее состоянии в течение свыше сорока дней.
- Что это за луч, о котором вы упоминали? - сказала Чику.
- Лазерный луч, выходящий из стены ограждающей камеры. Конечно, вы этого не видите, потому что мы находимся в вакууме. Кроме того, его фокус очень узок. Там, где он касается синей сферы, в стекле остается ямка, которая проявляется в виде белого обесцвечивания. За исключением того, что это малая ямка, потому что лазер закреплен на камере, а камера всегда движется, всегда поворачивается в ту или иную сторону из-за крутящего момента Титана. Таким образом, лазер оставляет на стекле след, воспоминание об истории Гипериона.