Алан Нукланд – По дороге могущества. Книга четвёртая: Роган (страница 38)

Всё! А теперь драпаем, драпаем, драпаем!!!

Кинувшись к дому напротив, залетел в проулок, забежал на составленные полуразломанные ящики и прыгнул на стену соседнего здания, оттолкнулся от неё ногами и прыгнул на стену дома, затем вновь на здание, а потом опять на дом, на этот раз схватившись за оконную раму. Рывок вверх, зацепиться за выступающий стык, тут же дотянуться пальцами второй руки до трещины, а затем со всей силы ломануться к плоской крыше и схватиться за её край. Быстрое подтягивание — и я уже наверху.

Пригнувшись к настилу, бесшумно добрался до своего схрона у самого парапета и осторожно выглянул наружу. С мгновение ничего не происходило, но затем, как и ожидалось, жертва заглотила наживку — услышав разносящиеся по округе вопли собрата, оборотни из ближайших кварталов хлынули к «Виалкору», и, увидя обезглавленное тело, бросились внутрь гостиницы, запрыгивая в двери и окна. Однако обнаружив в барном зале лишь горящего пленника, твари расползлись по всем этажам.

Выждав ещё несколько мгновений и дождавшись, когда внутрь набьётся побольше выродков, я зажег фитиль дыхдрага и швырнул его в лестницу, ведущую ко входу на постоялый двор, прямо под ноги одной из замерших тварей. Треск стекла и горящая смесь разлетелась по веранде, окатив оборотня и подожгя его лапы, словно лист бумаги. А после прошел лишь краткий миг — и от огненной лужи по все стороны хлынули огненные ручейки: в двери «Виалкора», по всей веранде, по стенам, а также через дорогу, прямо к дому, на крыше которого я засел.

Не медля ни мгновения я поджёг фитиль и метнул следующую бутылку, на этот раз в окна третьего этажа, а затем другую уже в окна второго. Щедро разлитое мною горючее не дало осечки, быстро воспламеняясь и перебрасывая пламя туда, куда только можно: на кровати, тумбочки, шкафы, ковры, и, что самое главное, на набившихся в комнатах и коридорах оборотней, чьи бешеные вопли сливались в единую какофонию хаоса и боли.

Когда последний снаряд разбился о тушу бегущего к моему зданию волколака, я разбежался и перепрыгнул на крышу соседнего здания. Вскочив на ноги, схватил стоящую у края бутылку, поджёг её и швырнул на крышу здания позади — ты верно служила мне, так послужи же в последний раз, перекрыв путь преследователям.

Добежав до второго схрона на противоположной стороне здания, подпалил фитиль дыхдрага и замахнулся, окидывая взглядом раскинувшуюся внизу площадь, по которой со всех сторон мчались десятки ревущих волколаков.

Прицелившись, выдохнул скопившийся воздух, метнул бутыль в одно из мест с разлитым горючим и затаил дыхание. Сердце ударилось о грудину и замерло, глаза не отрываясь следили за падающей огненной точкой, а когда стекло наконец разлетелось о брусчатку, кулаки непроизвольно сжались, и…

И ничего! Словно клякса вспыхнула огненная лужа, но больше ничего не зажглось! Лядь!!!

Зарычав, схватил второй дыхдраг — торчащий из горлышка лоскут занялся огнём и я тут же метнул его вниз, на этот раз метя в другое место. И на этот раз эффект не заставил долго ждать! Ревущее яростное пламя взметнулось подобно бешеному зверю, ступившему на землю, что раскололась от поступи его исполинских лап, и змеящиеся трещины метнулись во все стороны, выплескивая в небеса потоки всесжигающей вулканической магмы. Со зловещей улыбкой безумного восторга я несколько долгих мгновений любовался созданным моими стараниями огненным лабиринтом и со злым наслаждением вслушивался в пронзительные вопли горящих заживо оборотней.

«Что-то? Вам кажется, что маловато огонька? — Весело оскалившись, я взял в руки новый дыхдраг. — О, нет проблем! Сейчас добавим!»

Брошенная бутылка взорвалась прямо посреди столь удачно столпившихся волколаков, и их объятые пламенем фигуры разбежались во все стороны с оглушительным визгом. Схватив следующий снаряд, я метнул его в новую цель и потянулся за очередным дыхдрагом. А затем за ещё одним. И ещё. И ещё!

Поджечь фитиль, размахнуться, швырнуть! Поджечь, размахнуться, швырнуть!

Извини, Гобля, но пришло время и мне немного побыть великим швырагонцем!!!

На площади царил самый настоящий хаос, и я с радостью, щедро и от души подливал масла в этот огонь. Однако я не позволил себе потерять над собой контроль и бросал бутылки только в те места, которые не перекрывали нужные мне ходы пламенного лабиринта — уже совсем скоро они мне потребуются…

К величайшему сожалению дыхдраги вскоре закончились. Но им на смену пришел костяной лук, а значит, настало время точечного уничтожения врага.

Наложив стрелу, вскинул лук к сияющей на небосводе полной луне и с глубоким выдохом натянул тетиву, доведя её практически до самой щеки. Задержав дыхание, выбрал фигуру большого волколака, в сильном прыжке взмывшего в воздух и вонзившего когти в стену дома, на крыше которого я стою. Наклонившись над краем, взглянул в глаза взбешенного зверя и отпустил тетиву — короткий свист и моя стрела, больше похожая на стальной дротик, вспорола воздух и вошла прямо в оскалившуюся морду, проломив череп и сметя оборотня со стены.

Схватить новую стрелу, натянуть тетиву, прицелиться — выстрел! Стрела насквозь прошивает грудину бегущего монстра и он валится прямо в огонь. Подстраиваюсь к ритму и начинаю безостановочно пускать стрелу за стрелой, что пронзали шеи, застревали в животах и переламывали кости ног. Ни на секунду не забывая об ограниченности боезапаса, не позволяю себе рисковать и выбираю только те цели, в которые гарантировано могу попасть — чем больше врагов удастся вывести из строя, тем лучше.

Но вот этот момент настал — последняя стрела сорвалась с тетивы и оборвала жизнь одной из многочисленных тварей. Перекинув лук через голову, я сорвался с места и ринулся налево, с разбегу прыгнув на стену соседнего здания. Краткое мгновение падения и руки цепляются за затрещавший подоконник, затем пальцы разжимаются и я вновь лечу вниз, чтобы в следующую же секунду снова схватиться за оконный отлив этажом ниже. Ещё миг — и ноги больно ударяются о твёрдую землю.

Вход в этот переулок, в котором я оказался, со стороны площади был перекрыт пламенем, но я всё равно не стал здесь задерживаться дольше положенного, а действовал согласно плану.

Вбежав в дверь соседнего дома, пробежал через всю гостиную вплоть до главного выхода и остановился. Затянув потуже ременную застежку под подбородком, удерживающую «шлем» из головы волколака, после надел найденные в гостинице простенькие очки и закрыл лицо тряпичной маской, смоченной в воде, а в завершении продел руки в петли, крепящиеся к рукоятям тесака и кувалдочки.

Я замер напротив двери, крепко стискивая ладонями оружие.

Воздух помимо воли вырвался из груди протяжным, долгим выдохом.

Ну вот и всё…

Теперь предстоит самое главное — выжить.

Толчком плеча распахиваю дверь и оказываюсь прямо посреди оглушительной вакханалии, на которой правили бал хаос, обезумевшие оборотни и бушующее пламя. В лицо пахнуло жаром, глаза на миг ослепила яркость огня, а стоящий впереди оборотень начал разворачиваться в мою сторону. Не сомневаясь и не медля ни мгновения я бросаюсь к врагу и с разбегу вонзаю тесак ему под левое ухо, с разворотом вырываю лезвие обратно и бегу по полыхающему тоннелю. С абсолютной точностью помня нужный маршрут в этом мной же созданном смертельном лабиринте.

Новая тварь заметила моё появление, но не придала ему значения, приняв меня за собрата. И эта ошибка стоила ей жизни — быстрое сближение, удар небольшим навершием кувалды чуть ниже затылка и туша монстра словно подкошенная валится на огненную тропу.

Поворот налево, пробежка прямо и направо.

Лядь! Два оборотня!

Сжимая зубы, подскакиваю к ближайшему выродку и с размаху опускаю кувалдочку на колено, с хрустом разламывая его, и тут же вкалываю лезвие тесака в горло пошатнувшемуся монстру по самую рукоять. Надо отдать должное его напарнику — он быстро сообразил, что к чему, кинувшись на меня.

Уворот от когтей, чуть пригнуться, сделать шаг вперёд и стремительный колющий удар навершием кувалды в кадык. Захрипевший зверь выпучивает глаза и спотыкается, открывая незащищённый бок — с силой вонзаю тесак в печень, проворачиваю лезвие в ране и с полуоборота раздрабливаю морду волколака.

Бежать, бежать, бежать дальше!

И я бежал, убивая всех на своём пути. Подобно незримой косе смерти я на доли мгновения появлялся перед растеряно мечущимися в лабиринте оборотнями и отбирал их жизнь, кроша черепа и кости, разрезая глотки и вспарывая животы. Твари ревели от боли и бились в предсмертных судорогах, захлёбываясь кровью и смотря угасающим взором в спину удаляющегося гуата, что должен был стать их сегодняшней жертвой.

Когда очередное тело валится к моим ногам, я успеваю услышать характерный звук прыжка и рефлекторно ломануться вперёд, но когтистая лапа всё-таки дотягивается до меня и разрывает спину. По инерции делаю ещё один шаг и резко разворачиваюсь — ревущий оборотень тут же наносит новый удар, но я и не думаю уворачиваться, вместо этого ринувшись ему навстречу и вонзив тесак прямо в летящую мне в лицо лапу, я подпрыгиваю и с размаху обрушиваю кувалду на голову ублюдка, а затем ещё раз, и ещё, пока он не валится мне под ноги, орошая землю потоками крови.