Алан Нукланд – По дороге могущества. Книга четвёртая: Роган (страница 30)

— Если ты считаешь, что это что-то изменит, то ты ошибаешься! Я никогда не откажусь от мести!

— Ой, да брось! Неужели ты до сих пор продолжаешь обманывать сам себя этой чушью?! Всё ещё убеждаешь и утешаешь себя тем, что ты невиновен в случившемся, Флодигарт?! Будь же наконец честен с самим собой! Это ведь ТЫ решил вместе со своим приятелем устроить охоту на гуатов, и это именно ТЫ заманил меня на ту лядскую поляну, и это ТЫ и только ТЫ натравил на меня своего горячо любимого кабанчика! Причём не просто натравил, но ещё и нисколько не помог ему, а в конце вообще сбежал, спасая собственную шкуру! Так что уж великодушно прости за то, что не понимаю, за что это ты вообще вздумал мстить мне! А?! За свою глупость? За свой позорный побег? Или за то, что я защищался от вас? Причём, заметь, с одной лишь грёбаной палкой в руках!!!

Яростно дыша, енот вскочил на ноги и, ощерившись, стиснул кулаки и прижал уши.

— Не строй из себя невинную овечку! Легратос пал по твоей вине!!!

— Да ну? — Я не отказал себе в удовольствии гнусно ухмыльнуться. — А ты точно уверен, что по моей, а, Флодигарт?

Оскал мгновенно слетел с его лица и в его глазах вспыхнуло недоумение.

— Что? Что ты имеешь в виду?

Я посмотрел ему в глаза.

— То, что я был лишь марионеткой, выполняющей приказ, а вот тот, кто выдал мне этот приказ, и помог убить Легратоса, затаился среди вас, силзверов.

Зрачки Флодигарта расширились.

— Ты лжешь…

Я пожал плечами.

— Хочешь верь, хочешь нет. Дело твоё. Однако задайся вопросом — что вблизи города делал юный пастухар Энкелад, и почему Ша-Гриад собрался так быстро? Да что там Ша-Гриард — силзверская армия была полностью готова к осаде уже на следующий день! Ты не находишь это донельзя странным, а? Так я тебе отвечу — всё это было спланировано с самого начала: смерть Энкелада подстроили и использовали её на суде Ша-Гриарда как повод для начала войны, к которой войско уже было готово. Я ещё не знаю, почему сам Легратос одобрил всё это, быть может, он изначально поддерживал идею войны между силзверами и силпатами, но одно я знаю точно — его правая рука, пастухар Кальмуар, заключил сделку с королём Драйторном — он даёт нам оружие, способное убить Легратоса, а он, заняв его место и став Царём, прекращает осаду. И мы согласились, потому что выбора у нас не было.

Енот неверяще покачал головой, однако в его движениях чувствовалась неуверенность.

— Бред… Все пришли на войну также, как и я — услышав зов Легратоса…

Я хмыкнул.

— Прям на следующий день? Со всем продовольствием на несколько недель осады, уже сформированными отрядами с закреплёнными командирами и полностью готовым планом нападения? Если так, то прям в восхищении рукоплескаю силзверской военной машине! — Я громко похлопал, а затем чуть подался вперёд. — Да вот только вот это и есть самый настоящий, наинаивнейший бред. Потому что будь иначе, к вам бы уже через несколько дней прибыло подкрепление в несколько сотен тысяч зверосилпатов, которые смели бы Рэйтерфол за считанные часы и двинулись бы дальше на Архион. О, и кстати! Признаюсь честно, я был страшно удивлён, увидев самозабвенно сражающегося Лютера Рича в ваших рядах. Позволь же поинтересоваться — отчего ты, весь такой из себя жаждущий возмездия и справедливости, оставил в живых гуата, нанёсшего последний удар Легратосу, оборвавший его жизнь? М?

Флодигарт в презрении скривился.

— Ты заврался, Саргон. Все силзверы видели воспоминания Лютера и знают о том, что он сражался вместе с Легратосом против вас, и что Царь добровольно позволил ему забрать свою жизнь, дабы его сила не досталась вероломным гуатским убийцам.

Мои брови удивлённо взлетели, а спустя несколько мгновений я уже не смог сдержать улыбку восхищения.

— Вот оно, значит, как! Умно. Лядь, до чего же всё-таки умно! — Я вновь перевёл взгляд на нахмурившегося Флодигарта, мрачно наблюдающего за мной. — Дай угадаю — эти воспоминания показал вам не кто иной, как великий и благочестивый Кальмуар? — Судя по выражению морды енота, я попал в самую точку, и с усмешкой продолжил: — Кальмуар, который передал с Лютером своё предложение об убийстве Легратоса королю Драйторну, и который лично вложил ему в руки оружие против своего горячо любимого царя? Ах да, он же ещё и купол специальный кристаллический подвесил вокруг жилища Легратоса, чтобы верные силзверы не дай Древние пришли на помощь своему вождю. Что ж, если это действительно был Кальмуар, тогда я нисколько не удивлён, что он прикрыл Лютера и показал вам всем слащавую сказочку о величайшем самопожертвовании владыки силзверов.

Несколько долгих мгновений Флодигарт молча смотрел мне в глаза, но, в конце концов, отвёл взгляд. Так он и стоял, спокойный и недвижимый, погруженный в безрадостные размышления, сжав лапой висящий на цепочке кабаний клык.

— Ты прав, — вдруг негромко сказал он, разжав ладонь и с тоской в глазах посмотрев на клык друга. — Я виновен в его смерти, потому что это я предложил ему охоту на гуатов. Однако, — Флодигарт опустил руку и поднял взгляд на меня, — несмотря ни на что, убил его именно ты, Саргон — лимрак, выбравший сторону гуатов в этой войне. И даже если рассказанное о Кальмуаре действительно является правдой, ты всё равно виновен в смерти Легратоса, Владыки силзверов, Царя Храстранхолма.

Мы долго смотрели друг на друга сквозь падающий между нами снег, два врага, ставших таковыми по воле Древних. А ведь реши тогда Знамиир отправить меня не в Рэйтерфол, а в Храстранхолм, то, быть может, всё бы сложилось иначе, и мы бы даже стали лучшими друзьями.

И тогда это была бы совершенно новая история…

Флодигарт повернул голову и устремил свой взгляд на скованную зимним сумраком деревню.

— Что бы ты знал — я не трогаю мирянские деревни. И обычных женщин и детей тоже не убиваю. А сейчас, — он вновь посмотрел на меня, — я собираюсь уйти отсюда. Вернуться обратно в Рэйтерфол. Если, конечно, ты меня отпустишь, — на его морде появилась кривая ухмылка. — Я ведь не наивен, и прекрасно понимаю, что сейчас ты намного сильнее меня, а значит, и мои шансы убить тебя не очень-то и высоки.

Я хмыкнул.

— Признаюсь честно, твой соплеменник волколак внутри меня сейчас был бы очень не прочь разорвать тебя в клочья. — Я пристально взглянул ему в глаза. — Уходи. У нас ещё будет возможность сойтись в битве. — Я вернулся к созерцанию деревенских огней, едва пробивающихся сквозь пелену постепенно усиливающегося снегопада. — А на сегодня уже хватит крови.

Постояв несколько мгновений, Флодигарт развернулся, сделал несколько шагов в сторону леса и неожиданно замер. А затем его голова чуть повернулась и он негромко произнёс:

— По твоему следу идут другие, и они уже близко. И они, уж можешь мне поверить, не пожалеют никого. — Секундное молчание. — Даже если ты уйдешь отсюда до их прихода.

Не сказав более ни слова, Флодигарт отправился дальше и вскоре растворился в зимней ночи. Я же задумчиво подался вперёд, облокотившись о колени и свесив между ног сцепленные в замок руки.

Может, и не стоило его отпускать… Однако влиятельный враг, в котором посеяны семена сомнения, может оказаться намного полезнее хладного трупа. К тому же, принятое решение уже дало свои плоды в виде новой информации.

Я тяжело вздохнул.

Значит, силзверы уже совсем рядом… И не только они — если верить словам Горзата, сюда скоро прибудет некий афилемский капитан… Н-да. Это может стать проблемой. Особенно в моём нынешнем состоянии…

Я опустил взгляд на свою звериную лапу.

Трансформацию необходимо ускорить, чтобы завершить слияние до появления здесь незваных гостей. И, помниться, сестричка упоминала об одном действенном способе.

Я вспомнил слова Скайдэн и моё ухо словно вновь опалило её горячее дыхание:

Нужно лишь выпустить инстинкты на волю и дать ему то, чего он хочет…

Моя когтистая лапа сжалась в кулак.

Дать ему то, чего он хочет?

Губы медленно растянулись в ухмылке.

Что ж, так тому и быть.

Когда за спиной Скайдэн скрипнула входная дверь, она обернулась.

Несколько кратких мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а затем я решительно подошел к ней, грубо прижал к стене и впился в губы. Спустя миг девушка страстно подалась вперёд, прижавшись ко мне разгоряченным телом, и моя ладонь жадно скользнула по узкой талии на выгнувшуюся спину. Звериные когти прошлись вдоль позвоночника, царапая нежную кожу, и вместе с опалившим моё лицо жарким дыханием с губ Скайдэн сорвался сладострастный стон. Её зрачки внезапно хищно сузились, превратившись в две вертикальные, горящие огоньком щелки, и она с рычанием запустила пальцы мне в волосы и вонзила заострившиеся клыки в пульсирующую шею.

Лядь, до чего же приятное чувство боли!

Оскалившись, я с плотоядным рыком разорвал платье на её груди и, тяжело дыша, припал к окаменевшим от возбуждения соскам. Но неожиданно Скайдэн железной хваткой сжала мою шею ладонью и заглянула прямо в глаза. Облизнув язычком алые губы, она двинулась вперёд, вынуждая меня пятиться назад, и швырнула спиной на кровать. Сбросив с себя порванную одежду и оголив идеальное тело, лимра села на меня сверху, наклонилась и страстно поцеловала, с яростью кусая губы.

Мелькнувший мысленный приказ скрыл всю мою одежду и я, чувствуя быстрое биение её сердца и жадно вдыхая дурманящий, сводящий с ума запах дрожащего от нетерпения тела, через мгновение стал с ней частью одного целого, и мы слились в экстазе удовольствия нашими видоизменяющимися, лимрачными телами…