Алан Нукланд – Эпоха Полтины. Декста Квинта (СИ) (страница 41)

— Дым! — взревел Костоправ. — Один уходит!

Из-за окутавшего их порохового дыма Кейн не сразу разглядел оставшегося в живых всадника, скачущего во весь опор к городу. Выругавшись, он отдал приказ и они пустились в погоню. Холодный ветер безжалостно хлестал по лицу, грудь горела, а у коня изо рта уже вырывалась пена, но он всё равно гнал его вперёд. Но вскоре стало ясно, что на своих уставших лошадях они беглеца не догонят.

— Костоправ! — завопил Кейн, пытаясь перекричать ветер. — Оставь его! Сворачиваем к порту! Мы должны успеть до того, как он поднимет тревогу!

Бэн скрипнул от досады зубами, но подчинился. Напоследок он попытался дотянуться до патрульного магией, чтобы сжать, сломать ему кости и швырнуть искалеченные останки на землю, но его самого тут же скрутила нестерпимая боль, отозвавшаяся эхом в каждом суставе. Застонав, Уилторс был вынужден сдаться. Развернувшись, он поскакал вслед за Брустером и Армастро.

Они вихрем промчались по улицам Веноваля. Прохожие испуганно жались к домам, уступая дорогу, а встречные патрули гильдии лишь провожали их взглядом — всё-таки то, что они были в мундирах Эгиды, сыграло им на руку.

Когда до порта оставалась одна улица, Кейн натянул поводья.

— Приведите себя в относительный порядок, — поправляя мундир, распорядился он, — постараемся не привлекать внимания как можно дольше.

— А что, вообще остаться незамеченными шансов нет? — нервно спросил Бэн, поспешно перезаряжая мушкетон.

— Скорее всего да.

Кейн, орудуя лишь одной рукой, проверил надёжно ли затянуты ремни панталера и свободно ли выходят из ножен шпага с дагой. Из огнестрела у него остался лишь один пистолет, что само по себе было весьма неплохо, хотя могло быть и лучше — он мысленно обругал себя за то, что не взял ружьё капрала.

— Ладно, пошли. — Он пришпорил коня.

Не обращая внимания на удивлённые взгляды толпившихся на небольшом припортовом рынке людей, они выехали на причал и напряженно осмотрелись. Намётанным за горы работы в порту Акмеи глазом Кейн сразу определил, какой из стоящих кораблей уже загружен и готов к отплытию.

— Вон тот фрегат. — Кейн кивком головы указал на плотно сидящее в воде судно с сидящими на рее моряками, расслабленно привалившимися к мачте, свесившими ноги и ожидающими сигнала к постановке парусов. Видимо приказ встать на якорь застал его перед самым отбытием, но капитан всё ещё надеется на скорое разрешение к отплытию и не распускает моряков, торчащих на своих постах с самого утра. Одна радость — солнце не припекает.

— Кирасиры! — едва слышно прошептал Армастро.

И правда — недалеко от нужного им корабля, сидя на ящиках возле телеги, расположились три синих мундира в кирасах. Перекидываясь в карты, они изредка осматривали снующий по причалу народ.

— Наверняка здесь есть ещё, — заметил Костоправ, делая вид, будто его заинтересовали торговцы рыбой.

"Без сомнений," — про себя согласился с ним Кейн.

Молча тронув коня с места, он направил его к кораблю. По мере приближения троица наконец-то обратила на них внимание и теперь не спускала глаз, но Брустер с напускным безразличием проехал мимо. Не остались они незамеченными и для людей на корабле — особо любопытные выстроились у бортов и поглядывали на них. Кейн видел, как после короткого разговора между собой один из матросов скрылся из вида, а после появился вместе с мужчиной в вылинявшем бардовом сюртуке, редкие волосы которого сосульками свисали до плеч. Остановившись аккурат напротив него, Брустер закричал, кривясь от боли в груди:

— Мне нужен капитан этого судна!

Бардовый с готовностью наклонился вперёд и прошамкал.

— Клошар Дутрун, к вашим услугам.

— Я командор Аэгис Материум Кейн Брустер. Куда держите курс?

— На Эг-Вигади, Новый Телион.

— Под чьей юрисдикцией корабль?

— Дык, эгидовские мы, — с удивлением ответил капитан, указав рукой себе за спину, на развевающийся флаг гильдии.

Брустер досадливо дёрнул щекой.

— А к отплытию готовы?

Клошар сплюнул.

— Поглоти меня бездна, да хоть щас швартовы отдадим!

— Вот и отлично, — довольно кивнул Кейн. — Я, как уполномоченное гильдией лицо, приказываю вам спустить сходню. Возьмёте нас на борт и отплываем немедленно.

— Эээ… да без проблем, командор. — Он обернулся к морякам. — Оглохли что ли? Подать сходню! Отдать швартовы!

Наблюдая за тем, как матросы устанавливают переносную доску и спускаются по пеньковым канатам на берег к кнехтам, чтобы развязать швартовы, Брустер спрыгнул с лошади и тут же пожалел об этом. Правое бедро пронзила острая вспышка боли, от которой помутилось в глазах. Кейн сдавленно вскрикнул и пошатнулся. И если бы он лихорадочно не вцепился в седло, то наверняка свалился бы на землю. Тяжело дыша он прижался лбом к попоне и постепенно приходил в себя.

— Брустер, ты как? — донёсся до него озабоченный голос Бэна. — Дотянешь?

Облизнув пересохшие губы и сглотнув, Кейн кивнул и с усилием отпустил седло, разжав побелевшие пальцы.

— Армастро, напрягись и возьми наши вещи с лошадей, отнеси на корабль. Лошадей оставим здесь. Жаль, конечно, но вряд ли для них есть место.

— Дым, — в голосе Костоправа слышалось напряжение, — к нам гости.

Кейн проследил за его взглядом и увидел троицу кирасиров, прервавших игру и направляющихся к ним.

— Дэйк, грузи. Костоправ, за мной, — бросил он и заковылял навстречу солдатам.

— И что будем делать? — тихо спросил Бэн, поправляя ремень с мушкетоном.

— Они рядовые, а ты офицер Аэгис Материум, забыл?

Бэн удивлённо вскинул брови и посмотрел на свои нашивки младшего лейтенанта, словно впервые их увидел, и усмехнулся.

— А что, может сработать.

Стараясь ничем не выказывать беспокойства, Кейн разглядывал вояк, оценивая их: тот, что шёл чуть впереди, был крупнее остальных, с жёсткими чертами лица, и наверняка руководил парадом. Тот, что шагал рядом с ним, засунув руки в карманы, ничем особенным не выделялся и выглядел не столь примечательно и уверенно. А вот третий настораживал — он держался позади и не спускал руку с пистоля, буравя их взглядом. Прям как в армейском анекдоте: Крупный, Тихоня и Мутный. У всех за поясом Брустер заметил пистолеты, на боку висели шпаги. Он покосился на Костоправа — тот держался расслабленно и предусмотрительно не прикасался к закинутому за спину мушкетону. Интересно, он сможет в случае чего быстро выстрелить? Картечь была бы как нельзя кстати.

Остановившись, они некоторое время рассматривали друг друга, прежде чем приступить к разговору.

— Какие-то проблемы, рядовой? — с лёгким раздражением в голосе поинтересовался Кейн.

— Есть такое. — Как он и ожидал, заговорил "руководящий парадом", Крупный. — Кто вы такие? Назовитесь.

— А субординацию тебя соблюдать не учили? — Брустер поморщился. — Или ты командорские нашивки не различаешь?

Крупный презрительно фыркнул.

— Глядя на этот заляпанный грязью и кровью мундир с оторванными пуговицами, я охотней поверю в то, что он снят с чужого плеча, чем в то, что ты являешься командором.

Кейн окинул взглядом свой мундир: покрыт пеплом и в чём только не вымазан, воняет пороховой гарью, местами порван, немногие из оставшихся латунных пуговиц висят на соплях. Картину дополнял его не совсем здоровый вид, хромота и окровавленная рука с оторванным мизинцем.

— Что ж, справедливо. Я бы и сам себе не поверил. Но у меня есть документы, подтверждающие мои слова. Со всеми печатями и личной проекцией. — Не делая резких движений, он извлёк из внутреннего кармана мундира потрёпанные листки бумаги и протянул их патрульному. — Прошу.

Крупный, сдвинув брови, недоверчиво взял их и принялся тщательно изучать, шевеля губами и изредка бросая взгляд на его лицо — должно быть, сверялся с проекцией. Но, в конце концов, он с кислым лицом вернул документы.

— Ну, убедился? Всё в порядке? — спросил Кейн, заталкивая бумаги обратно в карман.

— Так точно… командор, — пробурчал тот в ответ.

— Ну вот и отлично. Тогда, если позволите, нам пора на корабль.

Кейн уже было хотел развернуться, но Тихоня как бы невзначай заметил:

— К сожалению, по приказу лейтенанта Фальфарда, мы не имеем права позволить, чтобы хоть один корабль покинул порт. — Когда Брустер посмотрел на него тяжелым взглядом, он с печальной улыбкой добавил: — Нам очень жаль, но таков приказ. А приказы лейтенанта Фальфарда отменяются им же. Но, конечно, если у вас есть при себе его разрешение…

Брустер не успел ответить — всеобщее внимание привлёк выскочивший на причал конный патруль. Примерно с дюжину вооруженных карабинами всадников. И по крайней мере одного из них Кейн и Бэн помнили чётко — спасшийся солдат из отряда Джадса. Увидев их, он вытянул руку и завопил:

— Вон они! Хватайте их, не дайте уйти!

Крупный среагировал довольно быстро — его ладонь метнулась к рукояти пистоля и сжала её. Кейн резко перехватил его руку, не давая вытащить пистоль, и, шагнув к нему вплотную, ударил головой в лицо. Хрустнул сломанный нос. Крупный от неожиданности рефлекторно нажал на курок и выстрелил себе под ноги. Кейн не стал медлить и, всё ещё держа его за руку, навалился на него, заставляя пятиться назад. Прикрываясь им словно щитом, он приближался к стоящему позади Мутному, который неподвижно замер, целясь в него из пистолета.

Костоправ же, как только он услышал сбежавшего патрульного, сделал шаг вперёд и со всей силы ударил Тихоню в лицо. Тот, не произнеся ни звука, рухнул на землю и больше не поднимался. А Бэн побежал под защиту рыночных ларьков, на ходу снимая мушкетон.