Алан Маршалл – Шепот на ветру (страница 16)

— Увидишь, — ответил я.

И вот Святой Георгий двинулся на меня. Его могучий конь медленно разгонялся и, подгоняемый шпорами, громыхнул галопом. Святой Георгий выпрямил в стременах ноги и подался вперед в седле. Привстав на стременах и закрепив копье, он медленно опускал его до тех пор, пока оно не оказалось направленным прямо в меня. Все рыцари его подбадривали. «Берегись! Это сам Святой Георгий, победитель Дракона!»

Когда между нами оставалось пятьдесят ярдов, я попробовал дальний удар и пустил ему в наколенники две струи из каждой ноздри. Потом я немного поднял голову и пустил несколько струй ему в набедренники, наручники, грудной панцирь, оплечье и забрало. Он покачнулся. В конце концов я выпустил ему в нагрудник все полтораста галлонов. О, видели бы вы это зрелище! Он отлетел к лошадиному хвосту, раскорячив ноги и молотя по воде руками, затем с треском и грохотом бухнулся наземь. Гром раздался такой, будто я перевернул повозку с жестяными котелками. Конь же его продолжал приближаться. Я ударил из правой ноздри прямой наводкой ему в грудь, он встал на дыбы и понесся прочь.

Видели бы вы Святого Георгия! Он поднимался по частям, словно складной метр, и грозил мне железным кулаком. «Ты исключен!» — крикнул он. Его так и подмывало броситься на меня даже без коня, но он был трусоват. «Пошел вон из моих владений!» — продолжал он вопить.

Так я и сделал и отправился к тому месту, где забор шел вплотную к дороге. Но я не мог не думать о папе с мамой. Родители, которые надеются улучшить свое положение с помощью успехов детей, очень сердятся, когда с детьми происходит нечто подобное. Ты просто не имеешь права их разочаровывать, вот в чем беда. Я никогда об этом не забывал. Понятно, что мне было невесело, и я загрустил.

Буньип и в самом деле загрустил даже при воспоминании об этом.

— Теперь все позади, — сказал Питер. — Сейчас мы с Серой Шкуркой вскипятим котелок. Чай пить будешь?

— Буду что? — поразился Буньип.

Глава 12

СЕРАЯ ШКУРКА СРАЖАЕТСЯ С БУНЬИПОМ

Они вскипятили котелок, и Буньип продолжил рассказ.

— Случилось так, что в тот день, когда я, изгнанный из школы, шел по дороге, Король выехал на охоту. Люди из его свиты окружили меня. Это были королевские придворные, они постоянно раскланивались и расшаркивались. Одеты они были богато — в длинные бархатные плащи и узкие в обтяжку брюки. Ехали все на прекрасных конях, но лучше всех был вороной жеребец короля, — он ни секунды не мог стоять спокойно. Когда король натягивал поводья, тот начинал гарцевать кругами.

— Эй, малыш! — окликнул меня король, когда конь повернул головой в мою сторону. — Кто ты такой?

Но конь уже встал ко мне боком, и мне пришлось ждать, прежде чем ответить.

— Буньип, Ваше Величество.

— Не слыхал о таких.

Конь продолжал гарцевать и поворачивал короля то туда, то сюда, так что я снова ловил момент, когда он окажется ко мне лицом.

— Мы живем в болоте возле дворца.

— О боже! — воскликнул король. — Придется мне это место продезинфицировать.

Тут жеребец снова отвернул короля в сторону. Ему это явно надоело, и он крикнул одному из придворных:

— Остановите эту чертову лошадь!

Человек, к которому он обращался, спрыгнул со своего коня и схватил под уздцы королевского жеребца. Было видно, что придворный здорово напуган, и не без оснований — король нагнулся и хлестнул его кнутом.

— Как ты смел подавать королю такого коня? — набросился он на несчастного.

— Но вы же сами просили гарцующего, — запинаясь, пробормотал придворный.

— Гарцующего — да. Но я не просил, чтобы меня непрестанно кружили в вальсе.

Король соскочил на землю и поправил корону, которая во время всей этой кутерьмы успела сползти набок.

— Итак, — обратился он ко мне, — ты говорить, что ты Буньип. Я видел, как ты расправился с рыцарями. Я как раз находился у забора и видел твой оригинальный метод… Несомненно, ты мастерски выбросил всю эту банду учителей со Святым Георгием во главе с их коней.

— Сбросил с коней, — поправил я его. Король изумленно уставился на меня.

— Да ты интеллектуал, — презрительно бросил он. — Но ничего, эту дурь мы из тебя выбьем.

Король мне не понравился. Мой отец говорил, что тот — чистейший деляга. Я не мог этого понять. Деньги для него значили все. И все же именно он был отцом Прекрасной Принцессы, которую держал в заточении в башне, и это знали все.

— Послушай, малыш, — обратился ко мне король. — Хочешь получить работу? За сколько ты согласился бы потрудиться на меня?

— А что я должен делать? — спросил я.

— У меня есть дочь, Прекрасная Принцесса, — отвечал король. — Ее надо надежно сторожить от всяких рыцарей и принцев из других земель, которые придут просить ее руки. Она еще слишком молода для этого, и, естественно, я желаю, чтобы все ее поклонники тут же уничтожались, причем умело и эффективно. Если ты будешь набирать в себя побольше воды, я думаю, ты сможешь ликвидировать их вполне успешно. Вода, разумеется, бесплатно. Итак, — продолжал он, — какова наименьшая цена?

— Десять долларов в неделю плюс содержание.

Я знал, что всякий настоящий деляга обязательно сбавляет запрашиваемую сумму, и поэтому запросил больше, чем рассчитывал получить.

— Хм, — задумался король. — Я сделаю вот что. Я дам тебе пять долларов в неделю плюс содержание.

— Подходит, — сказал я. — Согласен.

Я ответил мгновенно, потому что увидел, как он тут же пожалел, что не предложил мне четыре. Он был хорошим дельцом и без нужды деньгами не сорил.

— Это очень солидная плата, — внушал он мне. — Надеюсь, ты не обжора.

— Нет, я не обжора, — заверил я его. Когда доходит до дела, я тоже умею поторговаться. Как бы то ни было, я получил работу и несу здесь службу уже многие годы.

— Ну как, интересная история? — добавил он.

— О да, — согласилась Серая Шкурка. — А хотел бы ты услышать историю моей жизни?

— Нет, — ответил Буньип, поднимаясь на лапы. — Я слишком занят. После того как я вас убью, мне надо будет организовать могильщиков, чтобы вас похоронили. Так что давайте не будем терять времени.

Он осмотрел Питера и Серую Шкурку с головы до ног, потом перевел взгляд на Мунлайт, которая паслась неподалеку.

— Лошадку я сохраню для Прекрасной Принцессы, — сказал Буньип. Она сможет ездить на ней во время наших ежедневных прогулок вокруг замка. Да! Как вы предпочитаете быть убитыми — вместе или порознь? Гораздо более зрелищно, если вы вдвоем броситесь на меня с расстояния в сто ярдов. Тебе я дам копье, — обратился он к Питеру. — Только будь с ним осторожен. Оно принадлежало одному известному рыцарю, который умер в высшей степени благородно. Он сумел выбраться из доспехов, когда еще был жив, и потонул в одном белье. Эх, бедняга! Я потом не мог ужинать.

— Вот что я тебе скажу, — ответила Серая Шкурка. — Разберись сначала со мной. Я нападу на тебя одна, такая, какая я есть. Мне не нужно ни копья, ни лошади. Я попробую только смеха ради.

Питер остолбенел.

— Ты же утонешь! — воскликнул он. — Не делай этого. — Он подбежал и горячо зашептал Серой Шкурке на ухо:

— Я сейчас дам ему Волшебный Лист. Подожди, пока я не заведу разговор о подарках. Нам пока ничто не грозит.

— Хочется его проучить, — шепотом ответила Серая Шкурка. — Он зазнался. Я видела, как он сбивал тех коров. Я запросто увернусь от его струй, вот увидишь.

Одним прыжком она очутилась рядом с Буньипом.

— Где мне встать?

— Встань вон там на дороге, около большого дерева, и оттуда нападай на меня.

— Согласна, — ответила Серая Шкурка.

Она отошла туда, где росло большое дерево, и на несколько мгновений задержалась, плотно закрывая сумку, чтобы в нее не попала вода. Потом крикнула Буньипу, который в это время делал глубокие вдохи:

— Я готова! Когда захочешь начать, крикни «Давай!»

— Хорошо! — ответил Буньип. И, подождав, крикнул: — Давай!

Сразу он выбросил из правой ноздри струю воды почти в фут толщиной. Он целился кенгуру в грудь, но она так быстро отпрянула в сторону, что он промахнулся. Тогда Буньип повернул голову, чтобы изменить направление струи, но Серая Шкурка вновь отпрыгнула. Буньип мотал головой из стороны в сторону, но Серая Шкурка все время увертывалась. С каждым прыжком она приближалась к извергающему воду Буньипу. Она отпрыгивала и проскальзывала под струями с такой скоростью, что Буньип подключил и вторую ноздрю, послав в кенгуру две струи сразу. Она впрыгнула между ними, потом отпрыгнула назад, перепрыгнула сразу через обе, проскользнула снизу и снова подскочила вверх между струями. Буньипу никак не удавалось попасть в нее. Он свел оба потока вместе, так что образовалась могучая струя толщиной в два фута, от которой Серой Шкурке пришлось увертываться чудовищными прыжками.

Буньип выдохся. Он остановился, чтобы набрать побольше воздуха в легкие — без этого он не мог выдувать воду. Серая Шкурка воспользовалась моментом и бросилась к нему напрямик. Сделав последний мощный прыжок, она опустилась прямо на спину Буньипа.

Эффект был потрясающий. Буньип закачался, закинул голову и издал такой рев, что деревья задрожали и в страхе сбросили листья. По склону холма прокатился сорвавшийся камень, а страшный порыв ветра всколыхнул воды рва.

Огромные зубы Буньипа клацали, словно мечи, когда он рвал мнимых нападавших справа и слева. Тут Серая Шкурка с силой вонзила острые когти задних лап в бока Буньипа, и тот взревел уже от боли.