Алан Григорьев – Фейри Чернолесья (страница 16)
— А вот это уже интересненько, — Джерри подался вперёд. — То есть, если появится настоящий лорд и скажет этому королю Дрозду, чтобы он летел к болотным бесам… м-м-м, может сработать. Тем более что сон явно им же самим и насланный. А кому принадлежит деревня?
— Дык Артуру Девятому, — вздохнул староста. — Мы на королевской земле живём. Большая честь…
— Ой плохо, — Джеримэйн закусил губу от досады. — Его Величество вряд ли сюда доедет. Да и не пустят его. Этот ушлый фейри наверняка не позволит войти. И вообще негоже самого короля опасности подвергать…
— А вообще-то ничего и не плохо, — Элмерик, напротив, просиял.
Видя недоумение друзей, он поспешил объяснить причину своей радости.
— Сами посудите: Тисовым Логом владеет король. А мы кто? Королевские чародеи! Считай, представители Его Величества. Значит, можем позволить себе говорить от его имени.
— О, Рыжий, да ты голова! — Джерри хлопнул в ладоши.
— А Мэйлис? Вы можете заставить фейри вернуть мою невесту именем короля? — глаза Дилана загорелись надеждой. Расстраивать его не хотелось, но всё-таки пришлось.
— Боюсь, нет, — Элмерик покачал головой. — Слово отца весит больше. Его Величеству не след вмешиваться в дела подданных.
Несчастный и уже не очень трезвый мистер Сэмюэл снова отхлебнул из фляжки и обхватил руками голову.
— Ох, горе горькое! Это всё из-за меня!
Джерри закивал, а Элмерик был близок к тому, чтобы обвинить незадачливого старосту не в злом умысле, так в глупости. Однако Дилан рассудил иначе.
— Нет. Вас обманули. Король Дрозд воспользовался вашим доверием. Не удивлюсь, если выяснится, что он не только сон наслал, но и подстроил так, чтобы вы в болото провалились.
Мистер Сэмюэл от этих слов воспрянул духом и поднял на него покрасневшие слезящиеся глаза.
— Дилан, мальчик мой, прошу, спаси мою дочь! Обещаю, что не буду препятствовать вашей свадьбе. Только верни мою крошку Мэйлис домой…
— Верну! — Дилан ударил себя кулаком в грудь.
А Джерри, закатив глаза, пробормотал:
— Не торопись, а то…
Договорить он не успел, потому что вдруг снова послышался звук охотничьего рожка. Элмерика и мистера Сэмюэла разом встряхнуло, приподняло и повлекло к выходу.
— Что за… — Дилан попытался поймать будущего тестя за рукав, но не удержал — ткань рубахи затрещала и в его руке остался лишь лоскут.
— Король Дрозд зовёт, — старик отмахнулся, невидяще глядя вперёд.
Элмерик осознавал себя чуть лучше — он помнил, кто он и как зовут, осознавал, что не хочет идти на зов, а вот не идти не мог. Золотая нить тянула против его воли.
— Я не могу остановиться, — выпалил Элмерик.
— Да я уж понял, — Джерри схватился за рукоятку ножа. — Ладно, я тоже пойду, посмотрю этому Дрозду в его бесстыжие птичьи глаза. Притворюсь, что меня тоже притянуло, а там, глядишь, как-нибудь выкрутимся.
— И я пойду. Там моя Мэйлис! — Дилан сказал это так, что никто не осмелился перечить. Хотя, конечно, толку от него! Он ведь даже не ученик чародея…
Снаружи стемнело, но улицы деревни не были пусты. Люди вышли из домов, в чём были, побросав дела. Одетый в ночное платье пожилой господин топал по дорожке босиком, и кисточка колпаке била его по плечу при каждом шаге. Дама средних лет так и не выпустила из рук вязание, поэтому спереди её тащила золотая нить заклятия, а позади тянулась обычная, шерстяная. Маленький ребёнок брёл, прижимая к груди игрушечную лошадку…
— Похоже, сегодня у короля Дрозда намечается вечеринка, — фыркнул Джерри, поравнявшись с Элмериком. Ему приходилось бежать вприпрыжку, чтобы поспевать за другом. — Всех решил собрать. Интересно, куда мы идём?
— К мосту, — Элмерик просто знал ответ.
Мир менялся на глазах. Чем ближе они подходили к Рябиновому ручью, тем меньше привычного оставалось вокруг. Уже знакомые кривые шипастые ветки росли по обе стороны дороги, не давая свернуть с тропы, волшебные огоньки освещали путь, а впереди слышалась весёлая музыка. Похоже, Джерри не ошибся: у фейри и впрямь намечался праздник.
Жители деревни столпились на берегу, но никто из них не осмеливался шагнуть на мост. Элмерик почувствовал, что тянуть в груди перестало.
— Нужно ждать здесь, — выдохнул он.
— А чего ждём-то? — Джеримэйн от нетерпения пританцовывал на месте.
А Дилан вдруг закричал:
— Мэйлис! Там Мэйлис!
На мосту стояли двое — девушка со светлыми волосами и высокий юноша. Оба были одеты в плащи из птичьих перьев, на голове у каждого сиял венец. Присмотревшись, Элмерик понял, что у юноши перья вместо волос на голове — коричневые в крапинку.
На перилах сидели дрозды — по меньшей мере десятка три. Наверное, это была свита короля. Теперь Элмерик понимал, что это не настоящие птицы.
Юноша поднял руку. Ответом ему был дружный хор голосов жителей деревни.
— Приветствуем тебя, король Дрозд!
Элмерик с удивлением обнаружил, что кричит вместе со всеми.
— Сдурел? — фыркнул Джерри.
На него тут же зашикали все, кто стоял рядом.
— Мэйлис!!! — что было мочи завопил Дилан.
Вот же лужёная глотка у парня — всех переорал.
Девушка вздрогнула, принялась искать взглядом окликнувшего её, а король Дрозд презрительно скривил тонкие губы.
— Кто смеет беспокоить мою невесту?
— Твою… кого-о? — на перила моста приземлилась ещё одна птица. Элмерик сразу узнал её: это была та самая девица, что притворялась Мэйлис, сидя в её комнате. — Шутишь? Только не говори, что ты нас перепутал, король Дрозд. Это я должна была изображать смертную девицу, а не она меня.
— Нет, Ллуэллин, это вовсе не шутка, — король качнул волосами-перьями. — Я разрываю нашу помолвку. Пока ты была вдалеке, а милая Мэйлис рядом, моё сердце потянулось к ней.
— Но ты же сам попросил меня подменить её! — голос Ллуэллин дрожал от обиды.
— Да, и вижу в том руку судьбы, — король притянул смертную девушку к себе и та, заулыбавшись, прильнула к нему, вызвав у Дилана разочарованный вздох. — Сама посуди: я хотел всего лишь заполучить эту землю, поэтому послал старому скупердяю сон. Мэйлис там не должна была появиться — я ведь не ведал о её существовании. А раз и она тоже приснилась, видно, нам суждено быть вместе.
— Она не будет любить тебя так сильно, как я! — в голосе девы-птицы сквозь отчаяние прорвались гневные нотки, и Элмерик, стоявший у самого входа на мост, невольно попятился.
Даже заклятие золотой нити не могло удержать его на месте — намного страшнее было попасть под руку (или правильнее будет сказать «под лапку»?) разъярённой фейри-птицы. Впрочем, далеко уйти нить тоже не позволила.
— Предательница! — выдохнул Дилан позади.
— Ллуэллин? — удивился Джерри.
— Да нет же, Мэйлис! Забыла обо мне, значит. Обжимается с этим Дроздом!
— Все беды от девчонок, я всегда это говорил, — Джеримэйн хлопнул его по плечу. — Но справедливости ради должен заметить, что на ней могут лежать чары забвения. Фейри и не такое умеют.
— Правда? — Дилан немного приободрился. — А как бы узнать наверняка?
Джерри начал шёпотом втолковывать ему что-то — Элмерик не прислушивался, потому что король Дрозд вновь заговорил.
— Улетай прочь и не мешай моему празднику, Ллуэллин. Видишь, сколько подданных пришло, чтобы присягнуть мне на верность. Нашу минувшую любовь мы можем обсудить позже, не у всех на виду. Посторонись же, обряд начинается.
Он повернулся к толпе и поманил пальцем — Элмерика снова потащило вперёд, но леди с вязанием всё-таки умудрилась оттолкнуть его и протиснуться к мосту первой.
Шаг — и её серое суконное платье превратилось в летящие одежды из золотистого шёлка, второй — с головы упал платок, седина в волосах уступила место медным кудрям, третий — морщины на лице разгладились, четвёртый — на руках звякнули тяжёлые браслеты, а капли осеннего дождя, что упали ей на плечи, сложились в ожерелье, пятый — король набросил женщине на плечи плащ из перьев.
— Как твоё имя?
— Розмина, мой повелитель.
— Скажи «клянусь служить тебе вечно, король Дрозд» и лети домой, Розмина. Тебя ждут танцы и нескончаемый праздник в Полых холмах.
Она повторила фразу слово в слово. Миг — и помолодевшая женщина обратилась в птицу и полетела на другую сторону моста — туда, где играла музыка и звучали застольные песни, слышался смех и рекой лился эль, сваренный в самой волшебной стране.
Толпа ахнула и качнулась вперёд — теперь каждый хотел взойти на мост.