Алан Чароит – Новые чудеса Дивнозёрья (страница 6)

– Жа-а-аль, – протянула Людочка. – Ух я бы этому гаду! Или гадине – не суть.

– Скажи, может, у тебя есть враги? Или недоброжелатели?

– Нет вроде. Разве что… математичка меня чмырит.

– Меня она тоже не любит. Просто вредная тётка. Порчу на учеников не наводит, за это могу ручаться, – Тайка вздохнула, вспомнив свои вечные проблемы с алгеброй.

– Постой. Ты сказала, «на учеников»? И про моих врагов спросила? Хочешь сказать, на мне тоже порча? – ахнула Людочка.

Надо же, какая сообразительная. Пришлось признаваться:

– Именно что на тебе. А Мурка защищает, как умеет.

– Ох, кися моя любимая… – Глаза Людочки заблестели. Но вскоре слёзы уступили место страху. – Что же нам делать?

– Будем искать источник. За Мурку не беспокойся. Я с ней Никифора оставила. А если домовой берётся защищать гостью в своём доме – никакое зло не пройдёт.

Людочка хотела ещё что-то спросить, но тут скрипнули половицы, и в комнату вошла баба Ира.

– Девчонки, может, чайку?

– Я же просила стучаться! – рявкнула Людочка.

– Ой, подумаешь, ба не постучала. Тук-тук! Довольна? Ты прости, Таюшка. Людка совсем от рук отбилась. Ты девочка хорошая, уж вразуми её. Пусть снимет со стен своих чертей лохматых.

– Хватит меня позорить перед подругами!

– А ты на бабушку не ори! Бабушка тебе добра желает. Ишь, разоделась, как на погост. И черепа кругом. Тьфу! Что люди скажут?

– Мне всё равно.

– Тебе-то всё равно, а бабушке перед соседями оправдываться. Ох и стыдно мне за тебя, Людмила! Так бы и проучила крапивой по заднице, как в детстве.

– Только попробуй! Я тогда из дома вообще уйду!

– Ой, напугала! Тебя и так вечно нет. По хозяйству помочь не дозовёшься. Одни гулянки на уме. Фьють – и упорхнула к ребятам на лавочки. А я, старуха, должна горбатиться.

Тайка тихонько, пока никто не слышал, снова прошептала заклинание и сложила пальцы в колечко – если посмотреть сквозь него, можно увидеть незримое. Она ожидала обнаружить покрытые серой паутиной заросли, которые так любят растить кикиморы-раздорки. Но увидела совсем другое. Вокруг Людочки и бабы Иры колыхались сгустки чёрного тумана, от которых тянулись тонкие, но очень цепкие корешки. И чем громче бабушка с внучкой кричали друг на друга, тем больше становилось этих корешков. Это была не всамделишная порча. В смысле, не со зла наведённая. Но корни пустила совсем как настоящая.

– Перестаньте ругаться, пожалуйста! – что было мочи крикнула Тайка. – Разве не видите? Вы себе же хуже делаете.

Людочка послушно замолчала, а вот баба Ира тоненько запричитала:

– Ой, как неловко-то. Ты не подумай, Таюшка, мы живём дружно.

Людочка фыркнула, а Тайка покачала головой.

– Баба Ира, зачем вы постоянно ругаете внучку?

– Чтоб она человеком хорошим стала. А то на чёрт-те кого похожа.

– А знаете, какую силу наши слова имеют? Скажете что-то в сердцах, может, даже не желая плохого, а оно раз – и проклятием обернётся. Начнутся всякие мелкие неприятности, болезни, неудачи. Кому это надо?

– Выходит, это ба на меня чёрную редьку наслала? – Людочку, похоже, впечатлило Тайкино объяснение про порчу.

– Да вы тут обе целый огород насадили. Может, пора извиниться друг перед другом?

Людочка привычно вздёрнула нос и сплела руки на груди.

– Ха! Она никогда не извиняется. У меня уже крыша едет от её придирок. Даже домой возвращаться не хочется. Вот закончу девятый класс и уеду. В училище поступлю. Уж лучше в общаге жить.

Баба Ира мяла в руках передник. Губы её дрожали.

– Людок, я же того… хотела как лучше… чтоб всё было правильно, как у людей. Предостеречь от ошибок.

– Но это моя жизнь, ба! – Людочка всё ещё смотрела волчонком. – Ты ничего не понимаешь, потому что старая.

Ох, как же сложно бывает людям достучаться друг до друга. Вроде на одном языке говорят, а всё равно не слышат.

– Вот я в твои годы!.. – Баба Ира вдруг осеклась и задумалась. – Ох, что ж это?.. Неужто от меня и впрямь доброго слова не дождёшься?

– Угу.

– Правда, что ль, уехать хочешь?

– А что ещё остаётся? Ты ведь меня совсем не любишь. Зачем тогда друг другу глаза мозолить?

– Да что ты такое говоришь? – у бабы Иры дрожали губы.

Она на некоторое время задумалась (а может, просто пыталась не заплакать?), потом насупилась.

– Неужто из-за меня и впрямь несчастье могло приключиться?

Баба Ира неверяще смотрела на Тайку. Пришлось ей пояснить.

– Да. Каждое дурное слово – как камешек. Один или два легко нести, а когда их десятки, то под ношей сгибаешься, злишься и добавляешь ближнему ещё камней. Пока доверие окончательно не переломится.

– Ох, прости меня, Людок… Я тебя очень люблю, – баба Ира сказала это очень тихо, но Людочка услышала. Её глаза округлились.

– Серьёзно?

– Можешь оставить своих чертей волосатых. Пущай висят. И стучаться я буду, если для тебя это так важно. Только не уезжай.

Некоторое время Людочка молчала, теребя цепочку на джинсах. Потом всё же выдавила:

– И ты меня прости, ба. Я буду по хозяйству помогать, обещаю. Хочешь, прямо сегодня начну? Пропущу разок тусу на лавочках. Ничего страшного.

– А давай вместе пирог испечём? – обрадовалась баба Ира.

Тайка улыбнулась. Она видела, как чёрный туман начал понемногу рассеиваться. Весь сразу не исчезнет, конечно. Но начало было положено.

Украдкой она выскользнула из дома. Бабушке с внучкой и без неё было о чём потолковать.

Придя домой, Тайка поведала обо всём Мурке. Та очень внимательно выслушала и промурлыкала:

– Отличные новости, ведьма. Теперь я могу вернуться домой?

– На вашем месте я бы подождала пару дней. Со здоровьем шутки плохи.

Но Мурка уже всё решила.

– Я им помогу. Лягу рядышком и буду урчать, чтобы чёрный туман побыстрее ушёл. Мы умеем создавать уют. А дылды пускай учатся говорить и слушать друг друга. Уже пора, не котята всё-таки. Доброе слово – оно и кошке приятно. А уж человеку тем более. Заруби это себе на носу, ведьма. Почаще говори хорошие слова своим близким. Хвали их, радуйся успехам. И тогда в доме будет царить мир.

Похоже, Мурке нравилось поучать неразумных «дылд». Но Тайка не стала напоминать, что вообще-то это она нашла причину порчи, а значит, не нуждается в наставлениях. Вместо этого важно кивнула.

– Конечно, Мурианна Тимофеевна. Я с вами полностью согласна.

Она ожидала новых поучений, но кошка вдруг опомнилась:

– Прими мою благодарность, ведьма. Приятно встретить такую необыкновенную дылду. Нашим расскажу – не поверят.

– Маруся поверит, мы с ней тоже недавно разговаривали, – улыбнулась Тайка.

– Это та, у которой старая Валентина живёт?

– Она самая.

– Ну дела! – в глазах Мурианны Тимофеевны впервые появилось уважение. – Знаешь что? Я хочу тебя отблагодарить. Сейчас ведь март, а значит, скоро большой кошачий праздник. – Она произнесла название, но Тайка услышала только мяуканье. Видимо, перевести его на человеческий язык было невозможно. – Ты приходи. Но сразу предупреждаю: угощать будут мышами.