Алан Чароит – Новые чудеса Дивнозёрья (страница 5)

– Мала ты ещё, чтобы старшим перечить! Между прочим, в древние времена люди кошкам поклонялись.

– Я знаю. Мне Пушок об этом постоянно напоминает, хотя сам даже не кот, а коловерша.

– Половина кота – лучше, чем ничего, – важно заметила Мурка.

Хорошо, что Пушок её не слышал. А то непременно поспорил бы, кто тут лучший, а кто – единственный.

– Вы лучше скажите, как к вам обращаться? – Тайка придвинула себе стул и села.

Мурка глянула на неё с оценивающим прищуром.

– Для тебя я Мурианна Тимофеевна. Ты ведь ещё котёнок человечий, а я – дама почтенная. И заруби себе на носу, девочка: никакого лечения! Хватит с меня дохтуров. Двум смертям не бывать, а одной не миновать.

Тайка мысленно призвала на помощь всё своё терпение.

– Я не ветеринар, а ведьма. На вас кто-то навёл порчу. Но её можно снять, если позволите. Это совсем не больно. Я позову нашего домового, он в два счёта справится.

– А ну стоять! – Мурка щёлкнула зубами. – Не люблю домовых. С тех пор как наш разленился, мне приходится выполнять его обязанности. Я и сама знаю, что порча. И серьёзная. Чай не в первый раз уже.

– Ого! А не подскажете, откуда она взялась?

Если бы Мурка могла пожать плечами, она бы, наверное, так и сделала.

– Скажу одно: зло было предназначено не мне, а моей дылде. Людмиле.

– Ну конечно! Вы защищаете хозяйку! – Тайка хлопнула себя по лбу. И как она раньше не догадалась? Известное же дело, что кошки умеют забирать себе чужие болезни. Значит, и порчу забрать могут.

– Спорный вопрос, кто чья хозяйка, – проворчала Мурка. – Мы смотрим на эту связь несколько иначе. Люди порой неразумны, но очень милы. Они поднимают настроение, за ухом чешут, ещё и дары приносят. Но когда заводишь себе человека – это большая ответственность. На всю жизнь, понимаешь? Человек может предать, а кошки – никогда. Я сама выбрала Людмилу, значит, должна быть готова за неё умереть.

Мурка говорила это так величественно, что впору было поверить в божественное происхождение котиков. Тайке даже захотелось поклониться.

– Ваша самоотверженность достойна уважения. И всё-таки я настоятельно рекомендую…

– Не беспокойся, – перебила её Мурка. – У кошки девять жизней.

– Так вы уже умирали?

– Пока не доводилось.

– Может, не стоит хоронить себя раньше времени? Вам сколько лет? Двенадцать? Ещё жить и жить. Позвольте Никифору снять порчу! Пожалуйста! – взмолилась Тайка.

Благородство обычной серой кисы впечатлило её до глубины души. Тайке подумалось: а она сама могла пожертвовать жизнью ради друга? Наверное, да. Но проверять не хотелось, если честно.

– Порча всё равно вернётся. Всегда возвращается. Если ты такая хорошая ведьма, как говорят, – найди причину. Может, дело в какой-нибудь вредной вещице. Людмила тащит в дом всякое барахло, как сорока. Зачем люди увешивают себя побрякушками? Вот мы, кошки, и без того хороши.

– Мурианна Тимофеевна, а может, в Людочкиной коллекции появилось что-то новое, когда вы начали болеть?

Мурка призадумалась, вспоминая.

– Перстни, браслеты, феньки… О, знаю. Упыриный клык!

– Да ну? – Тайка аж присвистнула, хотя бабушка всегда ругала её за эту привычку. – Прямо-таки упыриный?

– Людмила его так называет. Стоит проверить.

– Да, вы правы. Оставайтесь пока здесь, хорошо? Еды и воды я принесу.

– И Никифора своего позови, – вздохнула Мурка. – Я раздумала помирать.

Уф! Тайка оставила гостью на попечении домового, а сама вернулась к Людочке.

– Мурке стало получше, но теперь ей надо немного отдохнуть. Давай пока сходим к тебе в гости?

Всю дорогу Людочка переживала за любимицу.

– Тай, я с ней вместе росла. Она котёнком в мою кроватку приходила, колыбельные на ухо урчала. Ты уж помоги, а? Это не просто какая-то там кошка, а лучшая кошка на свете. Она мой друг, понимаешь?

Конечно, Тайка понимала. У неё тоже был верный пушистый друг, с которым они через многое прошли вместе, даже в волшебной стране побывали.

Когда они дошли до калитки, Людочка приложила палец к губам.

– Только тс-с, бабу Иру не разбуди. Она после обеда всегда ложится. Проснётся – нам обеим влетит.

– За что?

– Ой, да за что-нибудь! Вредная она у меня. Я стараюсь не спорить, но порой срываюсь. И ругаю себя потом. У неё ведь сердце больное, нервничать нельзя. А она говорит, со мной «одни нервы».

– Хм… В прошлый раз, когда я заходила, мы вроде поладили. Баба Ира подумала, что я тебе с учебой помогаю. Но ты права, людей будить плохо.

На цыпочках они прошмыгнули в дом и сразу же направились в Людочкину комнату.

С прошлого раза тут кое-что изменилось. На стенах появились плакаты с любимыми музыкантами. Тайка знала «Айрон Мэйден» и «Металлику», но были и другие. Лохматые, с гитарами, все в коже – словно созданные для того, чтобы нервировать бабу Иру. Настольную лампу украшали подвески с черепами и розами, какие-то бусины, фенечки, перья. Но ничего похожего на упыриный клык Тайка не заметила, а все прочие украшения – она убедилась – были безобидными.

– Порчу искать будешь? А как она выглядит? – Людочка понизила голос до шёпота, словно пресловутая порча могла их услышать.

– Ты всё равно не увидишь.

– Да мне просто интересно.

Как бы ей объяснить? Тайка подёргала себя за кончик тёмной косички, собираясь с мыслями.

– Представь себе черную редьку. Вот сидит внутри такая штука, а от неё корешочки тянутся, всё больше опутывая человека. Ну или в нашем случае – кошку.

– Редька? Вот это поворот! – Людочка хихикнула.

– Говорят, у тебя есть упыриный клык? – Тайка решила спросить прямо. Чего ходить вокруг да около?

– Кто говорит? – подозрительно прищурилась Людочка.

– Да так… – Тайка сделала неопределенный жест рукой. Не выдавать же Мурку?

Людочка покосилась с подозрением, но достала из ящика письменного стола деревянную шкатулку, порылась в ней и извлекла подвеску. Это действительно был клык в оправе из латуни. Только не упыриный, в лучшем случае волколачий. А скорее всего, просто волчий.

– Откуда он у тебя? – Тайка осторожно тронула подвеску. Что-то волшебное в ней определенно было.

– Заказала через интернет. У одной ведьмы. Не знаю, настоящая она или нет.

– Ведьма?

– Да не. Зуб этот.

– Он точно не упыриный.

Людочка разочарованно вздохнула, но в следующий миг в её глазах загорелся интерес.

– А ты что, живого вампира видела? Они всё-таки бывают? А какие? Как в «Сумерках»?

– Живых – не бывает, – фыркнула Тайка. – Упыри, знаешь ли, по определению мёртвые. Но да, видела. Не красавчики. Тебе бы не понравились.

– Кругом обман, – Людочка поколупала клык ногтем. – Сейчас окажется, что он вообще пластмассовый.

– Кстати, нет. Похоже, это и впрямь оберег. Правда, слабенький. Можешь носить, если хочешь – хуже не будет.

Но Людочка уже потеряла к клыку интерес. Подвеска вернулась в шкатулку.

– Может, ты мне другой сделаешь? Посильнее. О, знаю! Заколдуй лучше противоблошиный ошейник. На Мурку его наденем, чтобы к ней порча не липла. Кстати, а кто нам пакостит-то? Ты уже поняла?

– Нет пока, – Тайка виновато развела руками. Надежды на упыриный клык не оправдались, а других версий у неё не было.