Алан Чароит – Новые чудеса Дивнозёрья (страница 12)
– Ну чо вы! – гнусаво заканючил он. – Сначала сами призвали, а таперича ещё и трясуть-трепыхають, изьверги!
– И как я сразу не догадался! – Яромир хлопнул себя по лбу. – Думал, уж их и не осталось вовсе, а смотри ж ты: ещё встречаются…
Ага, значит, нелепый человечек был редкой нечистью. Вот почему Тайка о нём и слыхом не слыхивала.
– Размахалися мечами туть, – снова заныл баечник. – Собаками лають, бросаюца. Мешають честному мне робить свою честную работу…
– А что ты тут делаешь? – Тайка шагнула вперёд. Страх до конца не ушёл, но уступил место любопытству.
– Понимаешь, ведьма, похоже, мы и впрямь приманили его своими историями, – улыбнулся Лис. – Баечники – они такие. Их хлебом не корми – только дай всякие сказки послушать. Особенно любят страшилки всякие. Ну а потом что услышат, то и изображать пытаются, людей пугают и страхами этими питаются. Но так-то вреда от них особого нет.
– Вкусненькие байки, – гнусавый человечек облизнулся. – Нямка.
– Значит, капусту нашу этот оглоед не жрал? Огурчики малосольные не трогал? – Пушок на плече у Тайки выдохнул с облегчением. Вот кто про что, а коловерша – всегда про еду.
– Нет, ему другая пища по нраву, – подтвердил Яромир. – Похоже, сегодня кто-то попировал всласть.
– Начала кормють, а потом трясуть, – тонкие губы баечника плаксиво искривились. – Ну что за люди, а? Тьху на вас, окаянные!
– Э-э-э… и что нам теперь с ним делать? – Тайка почесала в затылке.
– Да просто не кормить, он тогда сам уйдёт. Ну, пару дней ещё, может, погудит холодильником по старой памяти, – Лис посадил баечника поверх кадушки и отряхнул руки от пыли. – Ты только никому об этом не рассказывай, ведьма. Лады? А то кто-нибудь ещё решит его байками покормить, тогда вовек не выведешь эту заразу. Он ещё и друзей с собой притащит. Они, знаешь ли, хуже тараканов.
– Ладно, я никому не скажу, обещаю, – кивнула Тайка.
Она, конечно, поняла: не о Дивнозёрье Лис беспокоится, а о том, что кто-то прознает, как великий и могучий Кощеев сын простого баечника испугался. Да и Яромир, наверное, такой славе рад не будет. Не говоря уже о Пушке.
Когда они гуськом поднимались наверх по скрипучим ступенькам, в спину им донеслось сердитое бормотание:
– Как поманить – это, значица, завсегда. А как покормить добра молодца – так никого нетути. Уходять, понимаешь. Бросають. А я сиди тут один. Ни попужать кого, ни словом перекинуться. Ишь, какие хитренькие!
Потом они ещё долго стояли на крыльце, любуясь восходящим солнцем – с первыми лучами все ночные ужасы рассеялись, словно их никогда и не бывало, мрачные тени отступили, новый день вступал в свои права. В воздухе пахло свежестью после минувшей грозы, и листва казалась ярче и зеленее обычного. Яромировы псы послушно сидели на крыльце, но Тайка по глазам видела, как сильно тем хочется поваляться на росной траве. Дивий воин тоже понял – и едва заметным движением руки разрешил. Собаки тут же умчались прочь.
Следом за ними упорхнул гуляка Пушок – услышал из кустов призывное курлыканье кого-то из диких коловерш, махнул крылом – да и был таков. Эх, хорошо ему: может вот так запросто полететь, отвести душу в дружеской компании…
Яромир, видать, почуял, что Тайке сейчас совсем не хочется оставаться одной, и, помявшись, спросил:
– Слушай, дивья царевна, а может, сходишь со мной в магазин за молоком, а? Он, вроде, ещё работает. Поможешь с этой… как её? С кассой, во. – Он звякнул монетками в кармане. – А потом к Марьяне в гости на пироги!
И Тайка, конечно, с радостью согласилась. Вытьянку можно было не бояться разбудить – та всё равно никогда не спала. А ей так хотелось хоть с кем-нибудь поделиться историей о Птице-Юстрице. Ведь не зря говорят, что страх, рассказанный другу при свете дня, совсем нестрашным становится.
Пока Тайка запирала дом, Лис тоже начал прощаться:
– Ну, спасибо за гостеприимство, ведьма. Футболку я тебе потом верну, ладно?
– Да можешь насовсем оставить, – Тайка махнула рукой. – Мне она всё равно велика.
Она помнила, что Лису по душе человеческие одёжки. Вон как в джинсы влез, так зимой и летом и не снимает. А в шерстяном свитере щеголять скоро жарковато станет.
– Правда? Вот спасибо, – Кощеевич, заулыбавшись, сбежал с крыльца и помахал рукой. – Тогда пока! Ещё увидимся.
– Надеюсь, что нет, – буркнул Яромир ему вслед. – Гроза-то прошла, перемирие закончилось.
Лис мотнул головой, будто прогоняя назойливую муху, но отвечать не стал, только, пройдя несколько шагов по садовой дорожке, вдруг обернулся и добавил:
– А холодильник ты всё-таки разморозь, ведьма. А то мало ли, какие там хищные вареники завелись от наших баек…
Не без удовольствия понаблюдав, как вытягивается Тайкино лицо, он усмехнулся и зашагал себе дальше, весело насвистывая.
Городская ведьма
Новую дачницу Тайка заприметила издалека. Уж больно цвет волос интересный – светлый, но не как лён, а яркий такой, с лёгкой рыжинкой. Та то искала что-то в телефоне, то озиралась по сторонам, и выглядела такой растерянной, что Тайка на всякий случай решила узнать, не нужна ли помощь.
– Может, вам что-нибудь подсказать? – она остановилась возле нарядного дачного домика. От забора ещё пахло свежей краской.
– Кажется, у меня телефон сломался. Можно с вашего позвонить?
– Конечно, – Тайка достала мобильник, смахнула экран блокировки и… как же это? Почему нет сети?
– Наверное, это не у вас с телефоном проблема, а у оператора что-то сломалось. Ещё полчаса назад всё работало.
– Может, тогда подскажете, где здесь найти врача? – дачница от волнения не знала, куда деть руки. Она то одёргивала футболку с лисичкой, то поправляла очки.
– Врача нет, только фельдшер. И это до Ольховки надо идти. Отсюда – полчаса, не меньше. А что случилось-то?
– Не знаю. Похоже на отравление. Мы с друзьями приехали на шашлыки. Только всё приготовили, ещё поесть не успели, как всех сложило.
– То есть, получается, что все ели ещё дома и разные продукты?
– Да. Действительно странно… Может, дело вообще не в еде? Симптомы необычные: ребятам вроде как не очень плохо. Просто лежат и вставать отказываются. Мистика какая-то!
А вот это было очень даже вероятно. Нечисти в Дивнозёрье хватало. Те же кикиморы над дачниками порой подшучивали. Вроде как не свои они – значит, можно покуражиться. Тайка старалась хулиганство пресекать, но не всегда успевала.
– Давайте я взгляну, – предложила она. – Как специалист.
– А вы медсестра? – удивилась дачница.
Сомнения были понятны: с двумя косичками и в летнем сарафане Тайка выглядела даже моложе своих семнадцати. Ох, зря она про «специалиста» ляпнула. Врать не хотелось, признаваться в ведьмовстве – тоже. Обычные люди в чудеса не верят. В лучшем случае на смех поднимут. В худшем – сочтут мошенницей.
Но дачница после недолгого раздумья распахнула перед ней калитку.
– Заходите. Меня, кстати, Тина зовут.
– Я Тайка. И можно на «ты».
Пройдя по дорожке между клумб с флоксами, они поднялись на крыльцо и вошли в дом. Внутри Тайка сперва не заметила ничего необычного. Ну дача и дача. Аккуратная. Тюлевые занавесочки на окнах, скатерть с бахромой, дощатый пол, астры в вазе, сервант с посудой – такой же, как у бабушки. Домового не видать, но это нормально. От чужаков они прячутся.
– Ой, мои, похоже, заснули, – Тина заглянула в соседнюю комнату. – Подожди, сейчас я их разбужу.
Оставшись одна, Тайка сотворила заклинание и осмотрелась: нет ли в доме какой зловредной нечисти? На первый взгляд, всё было чисто. А вот на второй… прямо на пороге Тайка заметила тёмный отпечаток босой ступни. Кикиморин след!
Теперь стало всё ясно. Любого, кто вступит в такой подарочек, ждут неудачи. Много маленьких бед или одна серьёзная – это уж как получится. А что может быть печальнее, чем отравление, когда собрался поесть вкуснющего шашлыка на природе?
Тины долго не было, и Тайка решила постучаться в комнату. Уже занесла кулак, как вдруг рука налилась свинцом. И не захочешь – опустишь. Да и вообще, так ли ей надо стучаться?
Поймав себя на этой мысли, Тайка насторожилась. Без колдовства явно не обошлось.
В это время за дверью какой-то мужчина бубнил, немного растягивая слова:
– Не на-адо никакой медсестры. Со мной всё норма-ально.
– Но ты же встать не можешь, – уговаривала Тина.
– Не «не могу-у», а «не хочу-у». Это ра-азные вещи.
– Мы же отдыхать приехали? Вот и отдыхаем, – добавил недовольный женский голос.
– А как же шашлыки?
– Ну их! Не в шашлыках счастье.
– Тин, да ты не волнуйся почём зря. Прилегла бы тоже, чего скачешь?
– Ребят, хватит болтать. Спать мешаете!
По голосам Тайка насчитала ещё пятерых, кроме Тины. И все как один утверждали, мол, с ними всё в порядке. Звучало довольно убедительно, если бы не одно «но» – почему упадок сил настиг всех одновременно?
Тайку вдруг осенило: это же кикимора-ленивка! В деревнях они редки и чаще всего живут в студенческих общагах – там для них самое раздолье. Значит, ленивкины чары не дали ей поднять руку, чтобы постучаться. Похоже, кикимора окопалась там серьёзно. И куда только домовой смотрит? Или ему тоже лень?