Алан Брэдли – Сэндвич с пеплом и фазаном (страница 37)

— Джун Боулз, — прокаркала я своим лучшим старушечьим голосом. — Мисс Джун Боулз.

Повисло тревожное молчание, потом Фицгиббон ответила:

— Пожалуйста, оставайтесь на линии, сейчас мы ее отыщем.

— Благодарю, — прокаркала я.

Мне показалось, что, судя по количеству времени, понадобившемуся на поиски, Джун была в Замбези, но на самом деле, думаю, прошло минуты две-три.

Продавщица отошла за прилавок и погрузилась в вязание. Через каждые пару взмахов спиц она бросала на меня ободряющий взгляд, и я слащаво улыбалась в ответ.

— Алло? — произнес голос Джумбо, я крепко прижала трубку к уху и отвернулась.

— Это де Люс, — прошептала я. — Флавия. Мне нужен твой совет.

Я предусмотрительно продумала разговор, пока шла из академии к телефону, и осторожно подбирала слова. На земле нет существа, которое откажется дать совет, и я собиралась воспользоваться этим фактом в полной мере.

— Конечно, — сразу же ответила Джумбо, и я поняла, что выиграла. — Ты звонишь из лавки зеленщика на Данфорт-стрит? Где мы встретимся?

— В моей комнате — «Эдит Клейвелл». Я буду там через десять минут.

— Конец связи, — радостно сказала Джумбо. — Жду не дождусь.

Я аккуратно положила трубку.

— Ты далеко от дома, судя по твоему произношению, — заметила женщина. — Ты, верно, из Англии?

Я кивнула, чувствуя себя одновременно виноватой и глупой.

— Ученица в мисс Бодикот, я полагаю, — сказала она. — Мы иногда видим кое-кого из вас, когда вы заходите за тем или за сем. Как тебя зовут, деточка? Приятно знать имена постоянных покупателей.

— Флавия, — ответила я.

— И все? Просто Флавия? Фамилии у тебя нет?

— Де Люс, — пробормотала я. — Флавия де Люс.

Женщина уставилась на меня так, словно увидела привидение.

— Ты сказала «де Люс»? — Ее глаза расширились, потом сузились, как бывает у людей, которые складывают два и два. Очевидно, что она знала Харриет, но я не хотела об этом слышать. Я была еще не готова к постоянному сравнению с покойной матерью — не говоря уже о том, что я могу скомпрометировать себя, выдавая личную информацию посторонним людям.

Ужасно, но я повела себя совершенно неподобающим образом: поставила бутылку шипучки и выбежала прочь.

Я сделала два или три шага, когда обнаружила, что навстречу мне торопливо идет мисс Фолторн. Поскольку ее внимание отвлек водитель трамвая, пытавшийся вернуть штангу обратно на электропровода с помощью длинного шеста, она меня еще не заметила.

Я нырнула в темные глубины скобяной лавки по соседству и из-за переплетения лестниц и шлангов наблюдала, как ее голова приближается.

— Мисс! Мисс! — Это продавщица из лавки зеленщика. — Вы забыли сдачу!

Она последовала за мной в скобяную лавку и через секунду оказалась рядом со мной, втискивая монеты мне в ладонь.

Мисс Фолторн подумала было, что обращаются к ней, и резко остановилась посреди улицы. Быстро осмотревшись во всех направлениях, она проследила взглядом за зеленщицей и — увы! — заметила меня.

Она медленным шагом с саркастическим выражением лица направилась ко мне.

— Так-так, — промолвила она, и ее голос был холодным, как льды Антарктиды.

— О, мисс Фолторн! — воскликнула я. — Я так рада вас видеть. Мне намного лучше, и я думала, вероятно, мы можем продолжить наши разговоры? На самом деле я вышла проверить, не идете ли вы в сторону кладбища. Простите, если расстроила мисс Фицгиббон, но больше всего я нуждалась в свежем воздухе.

Я слишком много всего наговорила. Главное правило эффективного лжеца — краткость.

Мисс Фолторн окинула меня взглядом, слово сквозь микроскоп, и чем дольше она на меня смотрела, тем крошечней я себя чувствовала.

— Боюсь, у меня назначена встреча, — ответила она, неожиданно бросая нервный взгляд в сторону.

Я осторожненько взглянула туда же, куда и она. За сломавшимся трамваем образовалась очередь из машин, и за рулем одной из них я заметила знакомое лицо.

Райерсон Рейнсмит собственной персоной. Я едва сдержалась, чтобы не помахать ему.

— Хорошо, — сказала я, будто не видя его. — Не буду вас задерживать. Лучше пойду назад. Уильям Палмер и все такое.

И я ушла, остановившись по пути, чтобы столкнуть носком туфли пару бутылочных крышек с тротуара — просто для демонстрации беззаботности.

Прекрасно, что она не поймала меня на слове, подумала я. Джумбо уже наверняка ждет.

За углом я остановилась и, притворившись, будто читаю вывеску, бросила взгляд назад.

Мисс Фолторн садилась на пассажирское сиденье рядом с Рейнсмитом.

Глава 18

Я открыла дверь, и мое сердце остановилось.

Джумбо сидела на моей кровати и листала мой дневник. Как давно она здесь? Много ли прочитала?

Я остановилась у бассейна с золотыми рыбками лишь на пару секунд, чтобы избавиться от ненужных монет. У меня есть парочка недостатков, но воровство из источника желаний не входит в их число. То, что я потратила, верну при первой же возможности.

— Очень любопытно, — произнесла она, переворачивая страницу. — Очень информативно.

— Любопытно? — переспросила я, бросая взгляд на страницу. Если она добралась до моих записей, я погибла.

— Сочинение об Уильяме Палмере… зловещий тип, не так ли?

— Мисс Фолторн задала мне его, — ответила я. — На самом деле довольно скучная история.

— Однако ты провела выдающееся исследование. Как ты умудрилась выкопать всю эту информацию?

— О, я просто недавно читала в библиотеке книгу об этом человеке. Довольно подробную. Кое-что мне запомнилось.

Она придет в ужас, если узнает правду.

— Гммм, — протянула она, возвращая мне записную книжку. — Итак, о чем же ты хотела поговорить? Ты сказала, тебе нужен мой совет.

— Да, — подтвердила я. — Откровенно говоря, я нацелилась на твое место. После того как ты покинешь школу, разумеется, но я должна признаться, что хочу стать старостой в мисс Бодикот. Буду благодарна за любой совет.

Джумбо была захвачена врасплох.

— Думаю, что наилучший способ — выиграть как можно больше медалей и наград. Конечно, у меня много времени, и если начать пораньше…

— Постой-ка, — сказала Джумбо. — Дело не только в медалях, знаешь ли.

— Да, — согласилась я, — но надо с чего-то начать. Солидная академическая работа, науки и прочее плюс кучка медалей дадут мне шанс. Скарлетт сказала мне, что получила награду за стирку и глажку.

— Ты хочешь проводить дни, как она, шатаясь с разрешением на освобождение от уроков ради стирки и награды, приколотой к пиджаку?

— Ой, нет, — сказала я, хотя на самом деле имела в виду «да». — Но я думала, ты можешь мне посоветовать, какие медали можно получить. Боюсь, я не сильна в спорте, но я очень хороша по части химии и религии.

Насчет религии — это была наглая ложь, но она сработала.

— Ха! — воскликнула Джумбо. — Что ж, если тебя интересует теология, ты пришла в правильное место. Женская академия мисс Бодикот настолько тесно связана с церковью, что…

— Что достаточно табуретки, чтобы вознестись на небеса, — подхватила я. — Да, я это где-то слышала.

— В таком случае есть епископская медаль за знание Нового Завета, награда Таннера за исследование на тему пророчеств Ветхого Завета, Святой Михаил за историю церкви, Дочери Марии за отличное знание основ древнегреческого и латыни и Хукер за герменевтику.

— Боже мой! — воскликнула я, и мы обе расхохотались.

— Но сейчас получить их никто не стремится. Хукера не давали с тех времен, когда мисс Бодикот была еще жива. Но если тебя интересует теология, стирка и глажка вряд ли тебе помогут.