Al1618 – Тени Прерии. Свои среди чужих (страница 68)

Исследователь в итоге перевел его в стандартное 6-тимерное визуально-потоковое представление и с осознанием проблем не возникло. Не так все плохо и оказалось, вот только сам факт…

Кто-то тут планировал, что сможет спокойно управлять процессом контакта? Тут бы «на равных» приняли, а не просто попросили «в сторонке постоять» в качестве необходимой «силовой поддержки» и пугала «на всякий случай». Потому как, к тому моменту, когда «экспрессом» была преодолена половина пути к цели — план вовсю пошел в реализацию силами местных добровольцев.

С выдумкой надо сказать подошли. Сыграли на стайном инстинкте — забота о беспомощных членах стаи в «мягкотелых» заложена на уровне инстинкта, а наличие некоторого симбиоза пусть и с небольшим количеством других видов размыло у местных адамитов понятие «свой».

Так что пострадавшего во время схватки с противником одного из «сторожей» (подростка которого еще не берут на охоту и чья обязанность следить за логовом) вместо того чтобы выхаживать самостоятельно просто подложили на пути следования одной из повозок. В расчете на лучшее, потому как сломанная лапа грозила оставить подростка хромым, а так глядишь чего и выйдет.

Повезло, что там похоже были особи до того не покидавшие местное подобие Улья, иначе-б вместо того чтобы подобрать жалобно мяукающую «кису» рванули бы контактеры как можно быстрее, как можно дальше. Потому как любому хоть чуть знакомому с мегакотиками, было понятно, что те своих не бросают и где-то рядом должна быть мамочка малыша, если не вся стая.

А так «котика» подобрали и даже полечили. Так что расчет на то что и новые «хозяева» умеют заживлять раны не меньше «дерева» про которое Гонцы чего только не напели — оправдались вполне. Правда, по завершению процедур, место для лежки оказалось почему-то огорожено какими-то сплетенными ветками — «клеткой», вот только что это за приспособление было несильно понятно.

Совет трех прайдов, целых два дня ломал головы над странной придумкой приручаемых хозяев. Ведь ничего не мешало отодвинуть всего одну ветку и, после этого, боковая стенка у жилища совершенно спокойно распахивалась. Причем отодвинуть «запор» можно было как изнутри, так и снаружи, что и было проделано, когда больного посетили все желающие ознакомиться с условиями содержания. Ведь ночью, вне пятен света от своих искусственных звезд, двуногие видели плохо, а нюха у них и вовсе, считай что не было.

Впечатления у посетителей остались противоречивые, но ближе к хорошим. Ничего так тут больных кормят — молоко дают и что-то им пахнущее, но из твердых комочков, мясца тоже перепадает. Суетливо только вокруг, только ночью и угомонятся, а так — вполне жить можно.

А по странному логову порешили так — чтобы на защиту больного от зверей от своих странных дел не отвлекаться эту конструкцию хозяева и придумали.

Совет походу разбирательств аж расстроился от собственного коварства, полным составом — ну где это видано чтобы Хозяева вместо того чтобы заботу принимать сами ее проявляли? В итоге порешили — пришлых беречь как котят новорожденных, ведь «Хозяева» все, что вокруг знают не очень, было заметно, и вообще местность сделать безопасной по максимуму.

Так что «выздоровевшего» отправили сразу назад, в логово двуногих — пусть прямо на месте с привычками Хозяев разбирается, ну и караулит заодно. Явившегося «Котика», как его окрестили, приняли настороженно, но покормили и клетку его за ним оставили — вот сила привычки. Так что совет трех прайдов вынес однозначный вердикт — ««хозяева» дрессуре вполне поддаются, будем работать».

Исследователь, наблюдавший за ходом «параллельного эксперимента» через следящую аппаратуру идалту не знал смеяться ему или плакать. В итоге пришлось переходить к полноправному двухстороннему обмену информации (вот удивились местные старейшины возможностью увидеть легендарное «дерево») и просветить, что ищут новые «хозяева».

Вообще-то без подсказки с орбиты она и сама бы от об этом не догадалась — во «внешнем мире» во всю шла скрытая эскалация конфликта и местные адамиты организовывали новые поселения, стараясь вывести молодняк из под удара.

Все это мегакотикам разумеется не сообщили, но концепция, что ищется место не просматриваемое сверху оказалась для них вполне понятной — им «за воздухом» приходилось следить постоянно, так как желающих поживится котятами было больше чем достаточно в том числе и там.

Дальше все взяла на себя «принимающая сторона», они даже как-то саблезуба уговорили пустить в удачно заросшую лесом впадину, считай в собственное логово, целую ораву суетливых «пришлых». Впрочем, этот философ (легко предаваться созерцанию, когда у тебя нет естественных противников) похоже, был даже рад — из всех чувств у старичка только ленивое любопытство и осталось, а уж тут-то развлечение было гарантировано.

А уж процедура «вселения», когда контактер привел саблезуба знакомиться, с пришедшей осматривать новое логово парочкой двуногих… Исследователь чуть глазки не стер, убеждая не провоцировать столкновения. Но «совет» уперся и как ни странно оказался прав — знакомство прошло без эксцессов, постояли, посмотрели. От попыток попробовать друг друга на зуб высокие стороны благоразумно отказались.

Застрявший еще на двух третях пути Исследователь уже с немалой долей паранойи начал относится к происходящему — кто тут голова, а кто хвост стало совершенно непонятно.

По прибытию на место Исследователь пополнил свою коллекцию расшифрованных поговорок еще одной — про «чужого на празднике жизни». Уж очень сноровисто прайд взялся за «приручение» нового хозяина. Чувствуется опыт, тысячелетний, можно сказать.

На ее же долю осталось только указать нужную особь и пересказать мегакотикам предыдущую историю контактов. Выбранный самец, очень удачно, продолжал регулярно проверял плантации каких-то съедобных (и не очень) растений, проводя наблюдая за их ростом.

После чего осталось только нервно стоять в сторонке, наблюдая за развертыванием процесса. Ну и мешаться со своими не прошеными советами, которые хвостатые вежливо выслушивали, но делали все равно по-своему. Пришлось смириться, да предоставить самодеятельным дипломатам свободу придумывать подходы и набивать шишки самостоятельно.

Впрочем, хвостатые решили использовать проверенный и уже один раз сработавший сценарий. Объект регулярно фиксировал стадии роста растений с помощью какого-то технического устройства, вот через него и попытались установить первый контакт.

Как водится — без накладок дело не обошлось. «Искусственный глаз» оказался с сильно ограниченным углом зрения и все позирования Рыжухи, назначенной на совете стать «звездой экрана», прошли двуногим незамеченными. А они-то ломали голову — ведь даже если посылаемую ему считалочку объект не понял, то не прореагировать на появления в местах собственного пребывания стайного хищника… было с его стороны верхом неосмотрительности.

Успешно выйти из непонятной ситуации им помог сам двуногий, что-то видимо его все же насторожило, и он внимательно осмотрел грядки на предмет наличия следов и подложил приманку, на которую и настроил свой прибор. Все дружно оживились — первый шаг навстречу был сделан.

А вот развитие, в соответствии с традицией, пошло совсем неожиданно медленным темпом — «гений контакта» никак свою гениальность не проявил, а просто начал серию экспериментов по выявлению пищевых предпочтений, методично подкладывая под объектив то одну приманку, то другую.

Дело в общем-то правильное, любимое блюдо это отличное основания для установления дружеских отношений, но вот почему он не пытается положить сразу две разных приманки? Вроде бы логичный ход, ведь и так понятно, что голодный просто съест все, чтобы не предложили, а вот если будет выбор, то сначала съедят самое вкусное, а потом уже все остальное.

В тоже время попытки доказать собственную разумность у мегакотиков проваливались одна за другой, с треском и плеском. Даже предложенная Исследователем совершенно безотказная (ранее) технология — передача морганием натурального ряда чисел, никак на ход процесса общения не повлияла. Напрасно Рыжуха все вымаргивала — «один», «два», «три», «четыре». Может он считать не умеет?

Исследователь, однако, склонялся к другому мнению — двуногий просто не мог освоить концепцию передачи сигналов иначе, как акустическими колебаниями, соответственно даже подумать о том, что с ним пытаются общаться не мог.

Косвенным подтверждением этому предположению служила бедность естественной мимики двуногих — они и мышами лица могли выразить очень ограниченное количество состояний, причем большей частью и выражали-то не осознано. А конечностями и вовсе могли в лучшем случае указать направление. Вот ведь ситуация, и как теперь из нее выбираться? Причем ведь в их фольклоре к ней отсылка есть — поговорка про «разговор слепого с глухим.

Исследователь в поисках выхода из тупика даже прикинул возможность собственного участия в переговорах, уж он-то акустической речью владел на достаточном уровне, но счел такой ход преждевременным — совсем не тот уровень контакта выходит, рано еще.

Мегакотики, впрочем, не отступали, терпению их можно было только позавидовать, и благодаря настойчивости результат все же случился. Игорь, а именно таким был акустический идентификатор двуного, опять проявил себя с лучшей стороны. Видимо все это время он, как настоящий исследователь, просто накапливал статистический материал, а к действиям перешел только будучи в полной уверенности об отсутствии ошибок в выводах.