Ал Коруд – Секретарь (страница 48)

Так что свадьбу перенесли на июнь, потом Вася был занят, и вот дата назначена на послезавтра. Так что с бала на бал. А после меня ждут в деревне, дел там накопилось. Родители меня на посадку картофана не дергали, сейчас надо отработать. Да и отдохнуть охота немного. Парней повидать, девчат. Ха-ха. Я уже не какая-нибудь школота. За год вырос в объеме плечей, стал смелее и отчаянней.

— Спасибо, Степа, век помнить буду! — Илья жмет руку искренне, но в нем сейчас бродит хмель.

Мы вышли перекурить, вернее, проветриться. Основная программа кончилась, остались танцы и прогулка по ночному городу. Многие только сейчас поняли, что мы расстаёмся навсегда. Во всяком случае в том виде, каком сидим здесь. Часть нас уедет, кто-то за несколько лет самовыпилиться или погибнет от несчастного случая. Другие разбегутся по закоулкам собственной судьбы. Останутся лишь друзья, да и то не факт. В студенчестве жизнь бьет ключом и здорово отвлекает.

— Да не за что, Фима.

— Не перебивай! Я же видел, как ты пересилил свой страх. Помнишь, говорил раньше — что боишься что-то сделать не так. Как тебя воспримут остальные. Смущался не по делу. Да?

Ничего себе откровения! Об этом я, естественно, не ведал. Какие, однако, у Несмеянова были загоны. Тут психологией попахивает. А ведь умный пацан был. Надеюсь, следующая судьба у тебя получится лучше.

— Было.

— Вот видишь! Потом враз и все поменял! Сбросил шкуру теленка и стал львом, и все у тебя наладилось. Эх, — Илья загрустил, — мне бы так.

— Ты чего, друг⁈ — я бью его по плечу. — Не надо грустить! У тебя красивая девушка, впереди институт. Ты много работал над собой. Вспомни, как висел сарделькой на турнике. А сейчас!

Верховцев оживает, глаза светятся. Пьяный дурман спадает.

— Ты прав, Степа. И я смог. Наверное, во мне меньше заложено.

— Ты еще просто не знаешь сколько. Никто не помешает тебе развиваться и дальше.

Появляется недовольная Светка.

— Мальчики, там танцы медленные начались, а вы тут прохлаждаетесь.

Меня неожиданно ангажировала Ростикова. Она успела выпить и потому смела, прижимается ко мне вплотную. Тонкое платье дает прочувствовать все прелести девичьего тела. Фигура у нее определенно есть. В глазах толстенный такой намек на обстоятельства, но я не ведусь. У меня уже нет страха, просто понимаю последствия. Она же дурочка, вообразит себе непонятно что, не разгребу. А мне тут жить.

— Обними меня покрепче.

— На нас смотрят.

— Чем я хуже рыжей оторвы? Грудь у меня больше.

— Ты сравнивала? — ляпяю я.

— Можешь и ты сравнить.

Ёк макарёк, как сложно в такую минуту совладать с собой. Галка недурна и смотрит с нескрываемым вожделением. Видимо, вообразила себе, что без Наташки у нее есть шансы. Но я знаю, что это очередная «медовая ловушка». У нее на меня планы. Дашь слабину и не отстанет. Так что извиняй, Галка. Все не так просто. С прогулки я также от греха подальше смылся пораньше. Шел домой один и размышлял. О прошлом и будущем. Ведь я его могу изменить. Зачем? Да просто так. Потому что могу. Ха-ха.

Вот вроде самые тяжелые испытания позади: жуткий забег подготовки и сами экзамены, затем выпускной с прогулкой до утра, но все равно кому-то я потребовался спозаранку. Звук у местных телефонов крайне противен. Шлепаю на кухню и поднимаю трубку:

— Але?

— Ты что, спишь еще?

— Ничего, что у меня вчера был выпускной?

— Тебя же выпустили? — ехидничает на том конце Марго. Она звонит от соседей. Дом старый, там все друг друга знают. — Так что ты свободен и мне нужен. Репетиция в пять, костюм не забудь погладить, и я тебе новый галстук принесу. Заодно заценишь мой костюм. И помнишь про цветы! — частит девушка.

Меня же пробивает холодный пот.

«Цветы!»

Если вы думаете, что купить букет цветов в СССР так просто, то я вас огорчу. Есть лишь два варианта: у бабок или парней в шляпах-аэродромах, что торчат на колхозном рынке. И все это здорово зависит от сезона. Бабули продают сейчас так называемые полевые цветы. Такого цветоводства, как в будущем здесь просто нет. Это осенью горожане с дачных участков или от родственников тянут в город цветы на Первое сентября. Обычные колхозники такой ерундой не занимаются. В начале лета постоянные «бабули» около рынка или автовокзала торгуют картошкой втридорога, первыми ягодами и неизменными семечками.

Так что короли на цветочном рынке — это ребята с солнечного юга. Их в русских областях недолюбливают, подозревая в спекуляции, но вынуждены покупать южные дары, потому что больше негде. И такой расклад точно не соответствовал пресловутой «дружбе народов». Да и цивилизационно обычно наши не сталкивались. Разве что под хмельком в ресторанах. Но мне напряги советского интернационализма сбоку припеку. Нужны цветы для подарка. Обалденный букет, который подарить не стыдно. Такое вот условие поставила мне рыжая чертовка.

С тем, что я с ней встречаюсь, были недовольны мои родители, ее подруги. Да и ответственные товарищи не раз выговорили. Потом все резко отстали. Мама убедилась, что больше никуда я не бегаю. Комсомольцам деваться было некуда. Результаты я показываю отличные, наш областной альманах произвел фурор, и я там среди авторов. И не забываем, что ваши покорный слуга — настоящий герой. Потому мы с Марго сейчас вольны в общении. Для меня же три года разницы в возрасте совсем ни о чем.

Я уже собирался ехать на рынок, когда в голову пришла дельная мысль. Немедленно иду к телефону и набираю номер конторы:

— Пахомова можно к телефону? Дядя Олег, это Степан. Нужна ваша помощь.

— Что-то опять случилось?

— К счастью, нет. Помните, вы помогли мне цветы достать зимой?

— Было такое.

— Завтра у друзей свадьба, не хотелось бы подарить обычный веник. Не поможете?

— Интересный поворот сюжета. Но мне он определенно нравится. Ты сейчас дома?

— Да.

— Сиди, скоро подъеду. Мне все равно в ту сторону ехать за запчастями.

Я чуть не подпрыгиваю на месте. Олег в автоколонне занимается снабжением. А снабженцы в СССР — это особый склад людей. У них все ходы и выходы наперед припасены. Кому и сколько заслать, с к кем можно поменяться, где достать и куда отправить. Это фирменное смазочное масло советской промышленности. Прокладка капитализма внутри социалистической индустрии. И зарабатывает дядя Олег точно не ту зарплату, за которую расписывается в ведомости. Вот недавно «Жигули» купил вне очереди. Отец упомянул, что выкупил он и очередь.

Вскоре во двор въезжает бежевая красавица, сияющая свежей краской и хромом. Третья модель «Жигулей»! Я быстро сажусь на пассажирское сиденье и осматриваю «ретро-салон». Бежевого цвета панель и сидушки, кожзам, пахнет новой машиной.

— Ну как?

Дядя Олег явно горд собой. Это вам не «Москвич», а вполне современная машина. Практически копия Fiat 125.

— Во! На такой не стыдно девушек возить.

— Ну, скажешь тоже, — немного смутился Олег. С недавних пор он «несвободен». Угодил в «медовую ловушку». Потому и бывать у нас стал реже. Но его пассия не дура, время от времени отпускает вожжи. Мы смеемся. На эту тему сейчас можем говорить без оговорок, что я маленький. Был пацан, стал мужчина.

Выкатываем из двора, ловя восхищенные и любопытствующие взгляды.

— Ты на какую сумму рассчитываешь?

— Деньги не проблема. За книжку заплатили неплохо.

За альманах я получил внушительный гонорар. Сам удивился. Но все интервью делал я, так что текста получилось много. Считай, целая книга. Так что трехмесячная зарплата квалифицированного рабочего грела мой карман.

— Точно?

— Я и так вам должен.

— Брось! — уж что-что, а Олег не меркантилен. — Тогда я тебе помог, как-нибудь и ты мне. Работал я по молодости на Северах. Так там закон: стоит человек на трассе — остановить и узнай, в чем дело. Иначе быть беде! Такие природные условия, что только вместе выжить можно. Зимой мороз ударит, столько машин на трассе встает! Не придет помощь — смерть!

Я оглядываюсь. Оказывается, у этого мужика за плечами немалый жизненный опыт. И почему в будущем таких людей какие-то гниды хлестко обозвали «совками»? Это ведь они отстроили и создали все вокруг! И никакие они не тупые и озлобленные люди. Умные, с искрометным юмором, и в то же время умеют все.

В район складов около железной дороги нас пропустили, даже не спросив ничего. Видимо, автомобиль и сам хозяин примелькались.

— Сначала решим мою проблему. А ты пока посиди в машине.

— Хорошо.

Дядя Олег скрылся в дверях длинного пакгауза, а я начал повторять на прихваченной гитаре аккорды. В самодеятельно группе неожиданно исчез бас-гитарист, так что мне придется его заменить. Вспомнилась молодость, и нежданно сказались способности Степана Несмеянова. Оказывается, он некоторое время занимался гитарой. И внезапно эти оба эти навыка объединились. Когда я напел песенку Маргарите, то подыгрывал на гитаре, что купил на гонорар. Марго и ее подруги пришли в восхищение. Пусть для данного времени звучит старомодно, но текст классный. Извините, ребята из «Браво», но удержаться не мог. Наступил июнь, мое второе лето в здешней жизни. И я без всякой задней мыслей исполнил любимую песню, потому что был полон жизненного оптимизма. После того случая с бомбой решил жить на всю катушку. Мне это разрешили!

Внезапно идея получила продолжение.

— Это что такое интересное ты бацаешь?