Ал Коруд – Министр товарища Сталина. Генеральный – перевоплощение (страница 23)
А как же всемирное братство? Так вроде и так строим социализм в одной взятой стране. Или я что-то не так понимаю? Восточную Европу нам пришлось взять, потому что был остро необходим буфер против объединившегося Запада. Это доказала жесточайшая война на выживание. Так неужели советский народ не достоин после этого права на приличную жизнь? Какого лешего мы полезли осчастливливать всех? Все равно через сорок лет все просоветские режимы рухнули, нас обозвали оккупантами. Там чего огород городить? Не хотите — и не нужно! Будете только буфером. Эти народы не показали себя передовыми и достойными следующей цивилизации. Можно будет заняться ими позже. Разве что в Болгарии и Югославии поддержать местных. Первую инкорпорировать в СССР, со второй дружить. Русофобия в Польше держалась за счет англичан, так им будет не до нее. А влиять на их политику через рабочие партии после разгрома буржуазных мы сможем. И в Чехословакии и Венгрии так же. Ничего себе я закатил будущее!
Только вот с атомным проектом, пожалуй, несколько припоздал. Буквально через год на Семипалатинском полигоне бахнут. Но можно преуспеть с ракетами и реактивными самолетами. Да и быстрее наклепать ядерных боеприпасов. Тогда к войне мы будем готовы скорее. Так что этот авантюрный план я пока откладываю в сторону, но окончательно не отказываюсь. Остается несколько ключевых моментов: найти способ передать чертежи и данные ученым и конструкторам. Разведкой в США занимается 1 управление, конкретно 1-й отдел под управление полковника Горского. Нет у меня к нему доступа. Так, а ведь Судоплатов долго работал в разведке, остались у него связи? Он сейчас как раз в моем министерстве служит.
Особое бюро при Наркоме было передано из НКВД приказом НКГБ — НКВД №0013/0031 от 9 января 1946 г. В ноябре 1946 на основании решения Политбюро ЦК ВКП(б) П51/IV от 4 мая 1946 г. оно было преобразовано в Службу «ДР». Так -так, в разгар Сталинградской операции Судоплатов получил приказ от Берии считать приоритетной атомную проблему и получение информации о работе ученых за границей по созданию атомной бомбы.
Курчатов тогда назвал 7 наиболее важных центров и 26 ученых в США, информация о деятельности которых имела огромное значение. И Судоплатов начал работу. Его агентура в Англии и США добыла документы из закрытых публикаций об атомной энергии, благодаря чему атомная бомба в СССР была создана всего за 4 года. Да и как диверсант он мне бы очень и очень пригодился во всех делах. Только вот отношения у нас так себе. Будем исправлять! Сегодня сделан шаг к этому.
Ближняя дача Сталина
В эту эпоху доскочить до «Ближней дачи» Сталина в Кунцеве делов на полчаса. Как все-таки без пробок мала Москва! В двадцать первом веке все мегополисы мира стали резко малодоступны в автомобильном плане. Наверное, в большом городе езда на машинах должна быть как-то ограничена. Так что после звонка Самого мы с Судоплатовым прибыл быстро. Охрана тут серьезная, даже не чета моей. Территория окружена тройным забором, рвом, колючей проволокой и круглосуточно охранялась патрулями с собаками. Персонал вышколен, и даже показалось, что смотрят на нас свысока. Уже перед дверями на меня внезапно накатывает мандраж. Я же увижу сейчас Самого Вождя. Умом понимаю, что ничего страшного не произойдет. Обычная рабочая встреча. Но сколько легенд закручено вокруг этой легендарной личности!
И насколько они правдивы? Что это за человек, что рулил Страной Советов тридцать лет?
Кошусь на Судоплатова. Тот также волнуется, но не так. Привычно. Наверное, вспоминает факты и подробности их документов. Вождь любил, когда с ним разговаривали люди компетентные. И он точно не тот душка из попаданческих романов. Порождение и перерождение века. Хм, а я кто тогда? Я страну принял с кучей проблем и оставил великой. Так что нечего меньжеваться. Тем более что двери уже открываются.
Кабинет неожиданно прост. Пол из паркета, шторы, не закрывающие батареи отопления. Светлые деревянные панели на стенах, рабочий стол с неизменным зеленым сукном и двумя телефонами на нем. И еще один небольшой для совещаний. От окна к нам поворачивается невысокий человек. Некоторое время пристально изучает нас, затем спрашивает.
— Виктор Семенович, с чем пришел.
Я же, как назло, застыл на месте. Больно облик этого человека совсем не вяжется той знакомой фактурой. Хотя тот настоящий Брежнев встречался со Сталиным, а я видел много фильмов. Незаметно меня подталкивает Судоплатов. Он лихой диверсант, в отличие от меня.
— Иосиф Виссарионович, появилась интересная информация.
Вождь кивком приглашает меня к столу, я достаю из портфеля папки и начинаю рассказывать.
Глава 10
13 августа 1948 года. Ближний Круг
Дача Сталина Кунцево
Когда я брякнул «Иосиф Виссарионович» вместо «Товарищ Сталин», то мое сердце в один момент ускакало в район пяток. Я кожей почувствовал, как напрягся рядом Судоплатов. Он стоически хранил молчание, видимо, привык говорить здесь, когда спрашивают. Но затем пришло понимание, что эта манера у меня от памяти реципиента. Видимо, у него сложились собственные отношения с вождем. Если тот начал с имени-отчества, то и отвечать стоило таким же образом. Это говорит о текущем расположении, а также явном интересе к моему вопросу. Просто так Абакумов напрашиваться к Сталину не станет. Учтем на будущее.
И еще одна причина, почему я замешкался. Пусть и читал в будущем, что реальности вождь совсем не выглядел, как на плакатах, да и в кино. Хоть советском, хоть российском. Там его показывали так, как видели режиссеры или актеры. Излишне помпезно или издевательски. В СССР при Брежневе режиссеру Озерову после длительного перерыва разрешили показать вождя умным руководителем военного времени. Что, впрочем, не погрешило против истины. Как бы и против истории не пошли, и приличия соблюли. На экране Сталин выглядел мудрым и взвешенным человеком. Его внешний вид пригладили, зачем-то оставили акцент. И потому сейчас никакого сходства с прототипом я не наблюдал.
Невысокий, грузноватый человек, вовсе не походивший на грузина. Землистое лицо с оспинками, рыжеватые усы и потухшие глаза. Совсем не похож на человека, которого описывали во время войны. Может, еще не проснулся окончательно? День у Сталина начинался после пятнадцати. Левая рука заметно хуже работал, да и движения были замедлены. Последствия инсульта. По уму бы отправить человека не пенсию, он же не монарх. Как так получилось, что ему еще мучиться с нами пять лет? Боится, что не на кого оставить страну, которую он создал? Так и есть. Страх мастера над своим произведением не давал ему покоя.
Между тем нам принесли чай с сахаром и лимоном. Вождю на каких-то травках, нам обычный, крепкий. Я много говорил, докладывая, потому и выхлебал стакан быстро. Затем заметил взгляд Сталина, остановившийся на пустом стакане, затем перетекший на меня. В нем было удовольствие старого больного человека, наблюдающего за молодым и крепким мужчиной. Он был явно удовлетворен моим докладом. Коротко и по делу. Затем Иосиф Виссарионович придвинул к себе документы и некоторое время изучал их.
— Хорошо! Павел Анатольевич, ваши люди готовы работать?
— Так точно! — Судоплатов говорил уверенно, глядя в глаза вождю. — Мы уже подтвердили некоторую указанную в документах. Ночью взят и допрошен агент английской разведки.
— Вот как? — Сталин откинулся в кресле и прикрыл глаза. — Я знаю, что эти бандиты здорово мешают нам устанавливать советскую власть в новых районах страны. Очистить прибалтийские республики от гнусной накипи было бы неплохо. Вы также считаете, как ваш начальник, что без удара по зарубежным центрам нам не обойтись?
— Так точно, Иосиф Виссарионович. Иначе так и будем бить по щупальцам, не задавив спрута.
Я невежливо добавляю:
— И про Германию не забыть.
Вот сейчас я увидел тигра. Как он своими жёлтыми глазами на меня зыркнул. Тяжелый взгляд, насквозь пронизывающий. У меня аж майка на спине под кителем вспотела.
— Виктор Семенович, представляешь, какими последствиями это грозит?
Я готов ответить:
— Иначе не стоило ввязываться в игру. Против нас работает враг. Очень опасный враг. Англичане имеют внутри СССР свою агентуру, она же действует против нас в Германии. Активно используется военная и разведывательная машина гитлеровской Германии.
Как у Сталина глаза вспыхнули при упоминании внутренней агентуры. Он еще за нее с меня спросит. И я отвечу, когда буду готов.
— И что вам необходимо?
— Разрешение и содействие нашей внешней разведки. Возможно, даже частично в моем подчинении. Согласование в такой непростой ситуации губительно.
Сталин еле заметно усмехнулся. Какой у него наглый министр! Тут я иду ва-банк. Но если у меня не будет такого мощного прикрытия, то чего тогда начинать? Хватит уже первых дней мучительных раздумий. Даже не знал, за что вначале хвататься! Могущественный министр Советского Союза. В этом мире без битья горшков не обойтись. Я уже внутренне согласился на пролитие крови. Не для того прислан неведомо откуда. История должна пойти иным путем. И ты, старец, мне поможешь. А потом иди отдыхай… Председателем партии. Понемногу контур будущих союзников вырисовывается. После этой операции, и Судоплатов будет полностью мой. А там…