Ал Коруд – Генеральный попаданец 5 (страница 13)

Уже в дверях Хелмса остановили:

— Мистер Директор, вас просят к телефону.

Разведчик удивился. Кто его ищет так срочно?

— Хорошо.

После короткого разговора по телефону Директор ЦРУ вышел из здания штаба сильно раздраженным. Садясь в служебную машину, он размышлял о том, кому сейчас звонить и стоит ли вообще это делать. Но сразу по приезде домой он все-таки набрал номер.

— Это Ричард. Представляешь, они выбрали ирландского недоумка!

— Кандидатом будет Роберт Кеннеди? Они там на Уолл-Стрит с ума сошли?

Хелмс решил не мешать напитки и быстро набулькал себе односолодового.

— Есть только один ответ. Бобби устроил обе стороны.

На том конце телефонного провода некоторое время молчали, затем осторожно произнесли:

— В прошлые разы оба клана на букву Р совершали подобное перед грядущими глобальными изменениями. Например, мировыми войнами. Которые сами и устраивали.

Директор ЦРУ очень быстро думал. Рузвельт, которого с помощью полковник Хауса, именовавшего себя «властью за троном», приводили к власти Ротшильды, на деле оказался креатурой Рокфеллеров. Не случайно самого Хауса в окружении нового президента сменил Б. Барух — крупный биржевой спекулянт, существенно поправивший свои дела на посту председателя Комитета военной промышленности США, который он занимал всю Первую мировую войну. Главной причиной двух мировых войн было не что иное, как изъятие у Ротшильдов и консолидация Рокфеллерами евразийских нефтяных активов. Именно для этого Германию дважды натравливали на Британию. Гитлера, как и кайзера, Рокфеллеры исправно финансировали всю войну.

«Горячая» война закончилась и началась холодная. Рокфеллеры — прежде всего «нефтяная» династия, а для Ротшильдов главное — это «золото» и другие драгметаллы. Ротшильды начали с подкопа под доллар, поставив целью заменить его золотом. Главный рычаг для этого — цена на золото. Она устанавливается не рыночным, а директивным путем. Начиная с середины 1940-х годов ежедневно, без перерывов на выходные и праздники, два раза в день Лондонской ассоциацией рынка драгметаллов проводятся так называемые «фиксинги», в которых участвуют пять банков: головной банк британской ветви Ротшильдов «N M Rothshild Sons», близкий к их французской ветви «Societe Generale» (он нам еще потребуется), памятный еще по «турецко-иракской» сделке 1910−1920-х годов «Deutsche Bank», китайский «филиал» Ротшильдов — глобальный банк «Hong Kong Shanghai Banking Corp.», взросший в XIX веке на торговле наркотиками, а также мировой лидер в сфере оборота золота и драгметаллов «ScotiaMocatta» — подразделение «Scotiabank Global Banking Markets».

Внезапно Хелмса озарило: американского золота в Форт-Ноксе больше нет! Чертовы ублюдки! Не отсюда ли отчаянные провалы их агентов? И наступающая гегемония Советов?

— Ричард, что мы будем делать?

— Я свяжусь с тобой.

Первым порывом было позвонить Даллесу, но директор вовремя отдернул руку. К черту этих махинаторов! Данную проблему нужно решать самому. Ибо ввергать державу в новые испытания в угоду банде ублюдков он не желал. С них станется устроить новую Великую депрессию. Только не сейчас, когда Брежнев строит сверхдержаву. Неужели упыри с Уолл Стрит не понимают, чем это грозит им, Америке? Но Хелмс еще не ведал, что все телефоны предвыборного штаба прослушиваются. И что у молодого работника с немецкой фамилией имеется собственный интерес и главное — доступ к записям.

Информация к размышлению:

В течение десятилетий после знаменитого убийства 1963 года фактически никаких подозрений не было направлено против Израиля, и, как следствие, ни одна из сотен или тысяч книг о заговорах с целью убийства, которые появились в 1960-х, 1970-х и 1980-х годах, не намекала на какую-либо роль Моссада, хотя почти все остальные возможные виновники, от Ватикана до иллюминатов, подвергались тщательному изучению. Кеннеди получил более 80% голосов евреев на своих выборах 1960 года, американские евреи играли очень заметную роль в его Белом доме, и его очень превозносили еврейские медиа-деятели, знаменитости и интеллектуалы от Нью-Йорка до Голливуда и Лиги плюща. Более того, люди с еврейским происхождением, такие как Марк Лейн и Эдвард Эпштейн, были среди ведущих ранних сторонников заговора с целью убийства, а их спорные теории отстаивали влиятельные еврейские культурные знаменитости, такие как Морт Саль и Норман Мейлер.

Учитывая, что администрация Кеннеди широко воспринималась как произраильская, не было никаких возможных мотивов для вмешательства Моссада, а странные, совершенно необоснованные обвинения столь монументального характера, направленные против еврейского государства, вряд ли получили бы большую поддержку в подавляющем большинстве произраильской издательской индустрии.

описываются экстремальные усилия администрации Кеннеди, направленные на то, чтобы заставить Израиль разрешить международные инспекции его якобы невоенного ядерного реактора в Димоне и тем самым предотвратить его использование для производства ядерного оружия.

«Опасные связи: внутренняя история тайных отношений США и Израиля» Эндрю и Лесли Кокберна появились в том же году и охватывали схожие темы. Хотя в то время политический конфликт между американским и израильским правительствами в начале 1960-х годов по поводу разработки ядерного оружия был полностью скрыт от общественности, он представлял собой главный внешнеполитический приоритет администрации Кеннеди, которая сделала ядерное нераспространение одной из своих центральных международных инициатив. Примечательно, что Джон Маккоун, которого Кеннеди назначил на пост директора ЦРУ, ранее работал в Комиссии по атомной энергии при Эйзенхауэре и именно он раскрыл информацию о строительстве Израилем ядерного реактора для производства плутония.

Давление и угрозы финансовой помощи, тайно применяемые к Израилю администрацией Кеннеди, в конечном итоге стали настолько серьезными, что привели к отставке основателя Израиля премьер-министра Давида Бен-Гуриона в июне 1963 года. Но все эти усилия были почти полностью остановлены или обращены вспять после того, как Кеннеди был заменен Джонсоном в ноябре того же года. Еще одной важной областью беспокойства для израильских чиновников могли быть усилия администрации Кеннеди по резкому ограничению деятельности произраильских политических лоббистов.

Во время своей президентской кампании 1960 года Кеннеди встретился в Нью-Йорке с группой богатых сторонников Израиля во главе с финансистом Авраамом Файнбергом, и они предложили огромную финансовую поддержку в обмен на контрольное влияние на политику на Ближнем Востоке. Кеннеди удалось отмахнуться от них с помощью неопределенных заверений, но он счел инцидент настолько тревожным, что на следующее утро он разыскал журналиста Чарльза Бартлетта, одного из своих ближайших друзей, и выразил свое возмущение тем, что американская внешняя политика может попасть под контроль сторонников иностранной державы, пообещав, что если он станет президентом, то исправит эту ситуацию.

И действительно, как только он назначил своего брата Роберта генеральным прокурором, последний инициировал серьезные юридические усилия, чтобы заставить произраильские группы зарегистрироваться в качестве иностранных агентов, что резко сократило бы их власть и влияние. Однако после смерти Кеннеди этот проект был быстро заброшен, и в рамках урегулирования ведущее произраильское лобби просто согласилось преобразоваться в AIPAC. American Israel Public Affairs Committee, Американо-израильский комитет по общественным связям, целью которой является оказание влияния на проведение произраильского курса во внешней политике США

Глава 5

23 февраля 1968 года. Удачи в новой жизни!

Хайфа

Вдоль набережной Бат Галим неспешно прогуливалась пожилая парочка. Свежий ветер с моря полоскал их плащи, пытался сорвать шляпы, но люди не поддавались, продолжая идти. В этой паре ощущалась некая скрытая энергия, которую никакой стихии было не задавать. Набережная еще не приобрела лоск будущего, не была толком озеленена и ее не загораживали высотки. Зато тут очень хорошо дышалось. Песок, камень, узкая полоса зелени, бьющие по береговой линии волны. Синеет вдали гора Кармель. Еще нет изматывающего летнего жара, и никто их не торопит. Покой, ветер и движение. Но это только тут. Город был рядом, и он жил широко.

«Иерусалим молится, Хайфа работает, Тель-Авив веселится».

Пожилые люди дошли до уличного кафе и устроили в уголочке на террасе, где не дуло. Они заказали латкес и цимес из моркови с изюмом.

— Ты сегодня шикуешь, Ицхак?

Когда-то эта женщина была обворожительно красива. Как и смертоносно опасна, к тому же служила в штабе ударного батальона Пальмах. «Сионистская военная подпольная организация в Палестине Хаганы». Мужчина провел руками по шикарным усам и со смешком в голосе ответил:

— Могу же я отметить свой успех и разделить его с любимой женщиной?

— Мы для этого сюда приехали из Тель-Авива?

— Мне здесь нравится в это время года.

— Брр-р-р, холодно.

— А знаешь, я иногда тоскую по холоду. Вспоминаю нашу русскую зиму, мороз и снег.

— Ужас! Никогда этого не понимала, я привыкла с молодости к жаре.

Ицхак унесся мечтами в далекую северную страну, где родился и за которую воевал перед тем, как приехать в Израиль в сорок восьмом. Его умения, как артиллерийского офицера тут же пригодились в войне с арабами. Какое было время! Он, еще не старый статный военный. Она, в черном берете и с развевающимися волосами. Как они тогда спорили, куда ставить батарею!