Ал Коруд – Генеральный попаданец 4 (страница 71)

— Так мы все-таки идем туда?

— Вызови командование и доложи обстановку. Но думаю, что они поступят так же.

Полонин взял в руку небольшой «кирпич» новой «немецкой» радиостанции, напоминающий американский «Handie Talkie». К его огромному удивлению в бардаке, что практически всегда сопровождает масштабные операции, проблем со связью не было. И майор догадывался, что за кажущейся легкостью стоит чей-то колоссальный труд.

Москва. Генштаб

Над огромной картой склонилось множество фигур в камуфляжной форме. Генералы в стремлении не вызывать у Генерального аллергии на лампасы малость перестарались, но уже как-то обвыкли к новой форме и появлялись на публике чаще всего в ней. И что показательно, публика смену имиджа приняла положительно. Потому что фотографии из Маньчжурии с офицерами с солдатами в таком же обмундировании публиковались в прессе постоянно.

Генерал-полковник Огарков повернулся к своему заместителю генералу Макарову:

— Что скажете? Информация скудная, американцы слили. Но другой у нас нет.

Недавний командующий 6-й гвардейской танковой армии Киевского военного округа, отлично показавший себя на учениях, позже побывавший военным советником в Индии и сделавший стремительную карьеру специалиста по маневренным боевым действиям, был по-военному короток:

— Южанам не справится. Большая часть сторонников Линь Бяо занимали важнейшие посты в командовании НОАК. Армия пошла за ними.

— Но после его смерти там нет лидера.

— Этого мы дословно не знаем, а он точно есть. Посмотрите результаты воздушной разведки. Судя по радиоперехватам, несколько общевойсковых армий движутся в сторону мятежников в провинции Цзянси и Чжэцзян. Их поддерживает авиация. А если есть слаженные действия таких крупных сил, то должен быть общий штаб.

Командующий ВВС генерал-полковник авиации Кутахов засомневался:

— Как бы американцы по ним не ударили.

— Генеральный обещал, что такого не будет.

— Ну да, только в августе позиционные районы ПВО кто китайцам ровнял?

— Это были сторонники Мао. Их уже можно не принимать в расчет.

Макаров оглядел напряженные лица генералов и заявил:

— Кормчий своим смелым решением по существу обезглавил южную оппозицию.

Кто-то мрачно ответил:

— Заодно и несколько миллионов сограждан списал в утиль.

Генералы переглянулись. Ситуации тогда и в самом деле буквально в течении пары дней сложилась жуткая. Первые дни кризиса Министерство Обороны и Генштаб пребывало на казарменном положении. МИДовцы пытались тщетно связаться с Линь Бяо, которого старые китайские коммунисты подняли в виде знамени. Затем начало происходить непонятное. Самолет с маршалом упал в море при загадочных обстоятельствах. Но рядом с ним ни одного самолета не видели. Поговаривали, что он летел в КНДР на переговоры с Косыгиным. Затем уже случилась попытка обстрелять самолет советского премьер-министра, чудом самолет дотянул до советской территории.

Но сейчас стороны определились и стало легче хоть как-то планировать свои действия. ЦК дал отмашку на вторжение в Маньчжурию, отодвигая конфликт за границы СССР. И это решение армия горячо поддерживала. Иначе зачем они свой хлеб жрут?

Огарков еще раз глянул на карту и спросил:

— Что в полосе двадцать девятой армии?

— Спокойно. Мотострелки только что сообщили, что сейчас на подходе к Харбину. Очень быстро идут орлы. В городе паника.

Начальник Генштаба удивился?

— С чего бы это?

— Боятся.

Огарков бросил красный карандаш на стол.

— Черт с ними! Давайте связь!

— Товарищ генерал, Бондарев на связи.

— Доброго вечера, Степан Маркович, как у вас дела?

— Прекрасно, Николай Васильевич. Мотострелки уже в пригородах Харбина. Мобильные части обошли город с флангов и взяли под контроль основные дороги, ждут танкистов из пятой гвардейской дивизии.

— Отлично! Как связь, как снабжение?

— Спасибо большое за поставки новой техники. Отлично работает. Офицеры довольны. И усиление в виде вертолетных полков вышло удачным. Мы оперативно забрасываем наступающим подразделениям запасные части, ремонтников. В ближайшее время для переброски резервов задействуем железную дорогу.

— Много отказов бронетехники?

— В пределах нормы, Николай Васильевич. Все-таки условия сложные. Горы, пустынные районы. Но согласно новым распоряжениям у нас усиленный состав рембатальонов и авиационные поставки запчастей. Так что справляемся! 26-я бригада материального обеспечения выдвинута сразу за передовыми частями. На важнейших направлениях установлены усиленные пункты охранения. В каждой не менее роты танков и артиллерийская батарея, плюс группа быстрого реагирования из мотострелков. Несколько раз уже помогло разогнать «хулиганов».

— Я рад за вас. Чуть позже с вами свяжутся партийные. У них есть новости.

— Вас понял, товарищ генерал.

Начальник Генштаба повернулся и подошёл к окну. Ему тут же подали чашку чая.

— Ну что ж, товарищи. Армия выполняет свой долг с честью. И проводимые нами реформы уже начинают работать. Без накладок не обходится, но это успех, товарищи!

Генералы снова переглянулись. Они отлично понимали, на что намекал Огарков. Это прежде всего усилия и рекомендации Генерального, его стремление сделать Советскую армию боеготовой так повлияли на нынешние события. Новые рода войск, умение маневрировать резервами, технологически продвинутая связь, в том числе и с помощью космических спутников, изменения в Боевом уставе и материальном обеспечении войск.

Казалось бы, чего сложного: использовать вертолетный парк для разведки, поддержки войск и доставки необходимых для ремонта техники запчастей? Но кто бы подумал раньше! Да и после арабо-израильской войны и Вьетнамского конфликта отношение к вертолетам резко изменилось. Зато сейчас зампотылу передовых колонн знают, что все необходимое им доставят не спустя неделю пререкательств и отписок, а буквально через несколько часов. Как такой простой подход помог наступающим войскам! А новые виды техники! Их создавали для мобильных войск, но пригодились в итоге всем. Пришлось срочно перебрасывать ее на восточную границу. Зато отзывы командиров всех рангов великолепные. Повод в очередной раз подумать, какая техника на самом деле нужна армии. А не идти на поводу конструкторов и заводов.

Кстати, еще один нестандартный подход от Генерального, поддержанный Огарковым. После любых маневров или «загранкомандировок» идет массовый опрос участников. Как вела себя техника и вооружение? Чтобы вы предложили в качестве рационализации, есть ли пожелания в бытовом плане? Опросники согласно квалификации могли быть тонкими или толстыми. Но специальная служба в Генштабе тщательно их анализировала. И горе тому командиру, что сочтет опрос излишним или заставит в нем врать. При новых властях не забалуешь!

Москва. Кремль. «Высота»

Михаил Озеров, стажер отдела «И» очень волновался. Он в первый раз находился на этом этаже. Но больше послать оказалось некого. Неожиданная хворь подкосила половину коллектива, шеф отдела месяц мотался по всему миру, так что отдуваться послали его. Тем более что в кожаной фирменной папке в вытесненными буквами АП находились именно его материалы, которые он готовил ночью. Но молодости хватило четыре часа для сна, и Озеров ощущал себя вполне бодро. Выпускник журфака МГУ еще раз задумался, почему именно эта аббревиатура используется при подаче свежей аналитики. Поговаривали, что означает «Администрация Первого». Но у Первого, а нынче Генерального секретаря нет никакой администрации. Есть помощники, референты, но они никак не оформлены в некую структуру. Хотя, может, так планировалось, и заказ на папки был сделан заранее.

Боже, какая чушь лезет в голову!

— Молодой человек, кого-то ждете?

Знакомый голос заставил вздрогнуть. Леонид Ильич умудрился подойти к стажеру вплотную. По мягким ковровым дорожкам это несложно сделать. Охранники придирчиво осматривают Озерова. Но у него «визитка» на шее и на лацкан приколот значок отдела «И».

— Да я, да вот…

— Давайте папку! — Брежнев быстро окинул листы глазами, затем с интересом уставился на Михаила. — Твоя писанина?

— Так точно! То есть да.

Он густо покраснел.

— Журфак?

— Та… Да, успел поработать корреспондентом ТАСС в Шри-Ланке. Писал в другие издания, в частности, в «Комсомольскую правду».

— Как зовут?

— Михаил Озеров.

Брежнев посмотрел на наручные часы, вздохнул и вымолвил:

— Слыхал. Хорошо отзываются, умеешь крупинки нужной информации выуживать. И слог хороший. Ты пиши, парень, пиши. Мне грамотные тексты, ой как нужны.

— Постараюсь.

К Леониду Ильичу подошел человек из МИДа. Генсек выслушал новости и помрачнел, затем повернулся к Озерову:

— Ты готовил эти материалы? Знаком с фактурой?

Михаил внезапно осознал, что дело важное, и со всей серьезностью ответил:

— Да. И даже больше.

Брежнев оценивающе окинул его взглядом: